Рыцарь почтительно поклонился и невинно поинтересовался:
- И как проходит сватовство?
Мирдана хихикнула:
- Ой, ты знаешь, там такой конфуз случился... Помнишь Злодея?
- Еще бы, - кивнул Кархад.
- Ну в общем, принц Синтэн на портрете чем-то неуловимо напомнил мне его. Вроде бы не урод, с виду нормальный, но... вот есть что-то крысиное в его портрете - и все тут. И, скажем так, случайно вышло, что послы-сваты об этом сходстве узнали.
При этих словах Лэтти покраснела еще сильнее, потупив взор.
- Ну и что такого, если его высочество Синтэн слегка похож на Злодея? - шутливо ответил рыцарь, - ваше высочество, помнится, во всех этих мышках, крысках да хомячках души не чаяли. Они же такие миленькие...
Принцесса с серьезным выражением лица покачала головой.
- Так то крысы, Карх. Им богами предусмотрено быть крысами и походить на крыс. А человеку крысой быть не позволительно, равно как и другому животному уподобляться. И ладно бы, если только лицо - его ведь не выбирают. Если человек лицом на крысу похож - не повезло бедняге. Но если вот это крысиное не в чертах лица, а в выражении его? Нет, конечно, я понимаю, что судить о Синтэне по портрету, еще неизвестно кем малеванному, не годится - а вот остался на душе осадок такой, и что тут поделать?
Кархад, внутренне обрадовавшись, все же на людях решил отвечать нейтрально: Айни и Лэтти - девицы приличные, но что одна, что другая - весьма болтливы.
- Мне видится выход в визите принца, если его величество так решит. Не исключено, что портрет весьма обманчив.
На самом деле, Мирдана поняла эту фразу совершенно верным образом, они оба знают, что король своих дочерей помимо их воли не выдаст, так что решать в любом случае Мирдане.
- Возможно, но... Ты знаешь, он еще и ростом коротковат, - заметила принцесса в ответ.
- Как? Совсем?
- Ну не совсем - чуть выше меня. Тебе до подбородка едва.
- Так это же нормальный рост, - возразил рыцарь, - это я просто высок.
- Хм... Ну да, - кивнула Мирдана. - Но... ты знаешь, я как-то привыкла людей по тебе мерять. Выше тебя или ниже.
Кархад смутился подобным поворотом и перевел беседу в другое русло, осведомившись, а не видел ли кто Р'Энкора.
- Да вот мелькал только что рядом. А зачем он тебе?
Тут рыцарь вспомнил, что сотрудничество с ним надо хранить в тайне, и ответил:
- Да разговорчик есть к этому поганцу... Я вот принялся королевское задание выполнять и разузнал... Он вчера привилегиями, милостиво ему дарованными, злоупотреблял, скажем так. Бесчинствовал в городе слегка. Надобно пояснить негодяю, что так негоже поступать.
Мирдана неожиданно чуть склонила голову набок и легонько приподняла одну бровь, и по этому верному признаку рыцарь определил: быть спору.
- А Р'Энкор что, перешел границу закона?
- Да нет, но... как бы это сказать, не вдаваясь в подробности... Он злонамеренно использовал закон, чтобы причинить нескольким горожанам ущерб исключительно ради причинения ущерба. Это, мягко говоря, нехорошо.
Принцесса с сомнением покачала головой:
- Думается, не стоит тебе этого делать. Твои намерения благие, но в итоге может совсем обратное получиться. Лучше я сама с ним поговорю.
- Не королевское это дело - всякую шваль воспитывать! - решительно возразил Кархад.
- Мир, порядок и справедливость в стране - как раз королевское. Ты только усугубишь ситуацию, потому что, во-первых, слишком прямолинеен, а во-вторых, потому что Р'Энкор тебя ненавидит точно так же, как и тех горожан, и слушать не станет.
- Откуда ты знаешь?! - опешил от неожиданности Кархад и даже забыл на миг, что они на людях.
- Ты разве не знаешь его историю? Ты же ее, помнится, и привез от эльфов. У Р'Энкора есть одна причина ненавидеть людей лютой ненавистью. Если бы, положим, орки убили твоего отца - ты ненавидел бы их до гроба, не правда ли? А ненависть Р'Энкора стократ сильнее.
Кархад состроил понимающую гримасу:
- Это да, что дроу хорошо умеют - так это ненавидеть...
- Не потому. Когда ты теряешь одного из самых дорогих тебе людей - у тебя остаются остальные самые дорогие и другие, менее дорогие, но все равно дорогие. У Р'Энкора только отец и был. Он разом потерял все, чем дорожил, ты понимаешь, Карх? Все. И теперь в его душе только боль и пустота.
- Да я просто ушам своим не верю! Ты... Ваше высочество, вы... защищаете этого мерзавца?!
Принцесса скептически на него посмотрела.
- Вообще-то, короли именно этим и должны заниматься - защищать своих подданных. Скажи, Карх, как ты собираешься носить по стране справедливость, если не можешь разглядеть в Р'Энкоре жертву, а не преступника? А он и есть жертва человеческой жестокости, ненависти и несправедливости. И не обманывай себя: в нем нет ничего ужасного и монструозного. Был бы ты на его месте - стал бы таким же.
- Ладно, я сдаюсь, - развел руками Кархад, - но не могу понять, как вы собираетесь с ним сладить, если это мне не по плечу. Он понимает только силу и уважает только силу.
Мирдана пожала плечами:
- Ничего сложного. Я всегда со всеми хорошо лажу. И тебе тоже станет проще иметь с ним дело, если ты будешь видеть в нем Р'Энкора, а не 'проклятого дроу'.
Рыцарь согласился, но про себя подумал, что Р'Энкор как-то уж слишком быстро втерся в доверие к принцессе.
Несколько позже явилась пара посыльных стражников: принесли золото. А когда за окном ночь окончательно спустилась на землю, Кархад сумел переговорить с Р'Энкором без свидетелей.
- Вот твое золото, - без предисловий сказал он, вручив эльфу мешочек с монетами.
- Убийца не взял? - уточнил тот, пряча деньги.
- Как ты догадался?
Р'Энкор пожал плечами:
- Подозревал, что все может быть хуже, чем кажется. Как его убили?
- Клинком в затылок, скорее всего метательным. Чистая работа.
- Стало быть, наш враг ограничен в помощниках, но накоротке с оружием, - подытожил дроу.
- Почему ты так решил? - удивился Кархад, - нанять головореза - дело не особо затратное...
- Потому что убили моего помощника, а не меня, хотя если убить меня - то и дело решено. Убийца точно знал, кто я такой и что он против меня не потянет. Если б был нанят головорез - целью был бы я, ведь головореза, если не выгорит, не жалко.
- Разумно...
- Я всегда говорю разумные вещи, если ты до сих пор этого не понял.
- И что теперь?
- Что-то придумаю. А ты теперь оглядывайся на всякий случай, будь настороже. Если заговорщик узнает, что мы заодно - ты можешь стать следующим.
Кархад же подумал, что теперь шлем будет не только скрывать обрубленное ухо, но и защищать затылок.
***
Ночь перевалила за середину, когда вернулся барон Гэрри с колдуном, и по дворцу прокатился сигнал призыва. Дворяне, до того отдыхавшие в гостевых комнатах после ужина, начали вновь собираться в зале совета. Кто-то даже настоял, чтобы на всякий случай при допросе присутствовал жрец Арианта, потому главного жреца немедленно привезли из ближайшего храма.
Колдун был с виду довольно благообразный человек лет пятидесяти, в потрепанном балахоне, худощавый, с резкими чертами лица и умными, глубоко посаженными глазами.
- Прибыл, понеже ваше величество рассудило так повелеть, - поклонился он королю, - чего изволите?
- Изволю, дабы ты, чернокнижник, поведал нам про демонов, - распорядился король.
- Эм-м-м... И что же я должен о них поведать?
Дэнбар чуть задумался, формулируя вопрос, а потом махнул рукой:
- А давай, посол, рассказывай еще раз свою историю.
От Кархада не укрылось, что маг смотрит на посла как-то очень уж неприязненно.
Когда рассказ был закончен, король кивнул магу:
- Вот теперь, чародей, я хочу, чтобы ты рассказал нам, как может быть такое, о чем посол говорил, и как нам бороться против чернокнижника Норлаша и демонов в его услужении.