В комнате никого не было. Ни теней, ни монстров. Только пустота, которая физически раздавливала человека.

— Проснись! Открой рот! Дыши! — Рита вцепилась в запястья сестры, пытаясь заставить ее согнуть руки, но те словно приросли к кровати. Пространство над Дашей обжигало холодом.

Рита с силой встряхнула сестру, в панике ударила ладонью по матрасу.

— Очнись!

Внезапно невидимый пресс исчез. Матрас резко выпрямился.

Даша со свистом втянула в себя воздух, разрывая легкие, перевернулась на бок и зашлась в сухом, мучительном кашле. Тело забилось в крупной дрожи.

Рита упала на колени возле кровати, тяжело дыша. Руки тряслись. Она потянулась к выключателю бра. Комнату залил мягкий, теплый свет. Абсолютно пустую, обычную комнату.

— Всё закончилось, — забормотала Рита, гладя сестру по мокрым волосам. — Это таблетки. Врач предупреждал. Химия дала обратный эффект, паралич усилился. Это просто сбой...

Даша перестала кашлять. Она медленно повернула голову. В ее глазах осталась только черная обреченность.

— Ты не чувствовала? — прохрипела она.

— Что?

— Запах. Сильный. Земля и полынь. Он стоял здесь.

Рита неопределенно мотнула головой.

— Это не таблетки, Рита, — Даша села на кровати и закатала длинные рукава серой толстовки до локтей.

Рита замерла. Слова утешения застряли в горле.

На бледной, тонкой коже Даши, на обоих предплечьях, прямо над запястьями, проступали страшные, налитые багровым цветом гематомы. Синяки были свежими, они темнели прямо на глазах, превращаясь в черно-синие пятна.

Они имели четкую форму. Форму огромных, неестественно длинных и толстых пальцев, сомкнувшихся вокруг рук стальной хваткой. Четыре следа сверху, один широкий, смазанный след большого пальца снизу. Симметрично на обеих руках.

Рита протянула дрожащую руку и коснулась синяка. Кожа в этом месте была ледяной.

Левицкий был неправ. Галлюцинации не оставляют синяков на теле. Сбои в архитектуре сна не ломают кости.

— Оно приходило не пугать, — тихо сказала Даша, не сводя глаз со своих изуродованных рук. — Оно пыталось меня забрать. Оно прижало мои руки к кровати, чтобы я не сопротивлялась. В следующий раз оно сломает меня.

Рита смотрела на багровые отпечатки чужих пальцев, и в ее сознании с оглушительным треском рушился фундамент всего ее мировоззрения. Наступила тьма, и в этой тьме скрывалось нечто, обладающее массой, силой и жестокостью.

Нечто реальное.

Рита поднялась с колен. Спина выпрямилась. В глазах старшей сестры, привыкшей решать любые проблемы, загорелся холодный, расчетливый огонь. Ужас уступил место пониманию ситуации. Враг перестал быть диагнозом. Враг обрел физическое воплощение. А значит, его можно было найти.

— Собирайся, — коротко бросила Рита, направляясь к выходу из спальни.

— Куда? — Даша вскинула голову, не веря своим ушам. — Ночью?

— Я не позволю тебе спать в этой квартире. Мы уезжаем. А утром я найду человека, который сможет нам поверить и помочь.

В голове Риты всплыла новостная сводка. «Денис Соболев. 28 лет. Остановка сердца». И брат, который поднял тревогу. Ей нужен был этот брат. Человек, столкнувшийся с тем же самым кошмаром.

Глава 6

Квартира Славы находилась на первом этаже старой кирпичной пятиэтажки. Тяжелые блэкаут-шторы были наглухо задернуты, отсекая солнечный свет и превращая знойный вечер в вечную искусственную полночь. Вдоль стен тянулись стеллажи с разобранными системными блоками, мотками кабелей и серверами, монотонно гудящими кулерами.

Илья сидел на продавленном кожаном диване, вытянув длинные ноги, и пил черный, невыносимо горький кофе из щербатой кружки. Рукава рубашки были закатаны до локтей, воротник расстегнут. За окном нещадно палило солнце первых дней августа, но здесь время словно остановилось.

Они не виделись со времён увольнения Ильи из органов. Да и пока оба числились в отделе, друзьями не были — просто коллегами. Слава всегда держался обособленно, а Илья просто время от времени обращался к нему по работе за помощью — когда нужно было быстренько «пробить» чей-то цифровой след или вытащить стертые файлы.

Пока хакер стучал по клавишам, Илья бросил на него оценивающий взгляд, вспоминая краем уха услышанные слухи. Слава ушел из полиции почти сразу за ним. То ли мать тяжело болела и требовала постоянного ухода, то ли не сошлся характерами с новым жестким руководством. Парень уволился и наглухо закрылся в этой квартире, утянув всю свою жизнь на удаленку.

Слава — бледный, худой парень с воспаленными от мониторов глазами — непрерывно щелкал по клавиатуре. Последние четыре часа он не отходил от стола, вскрывая защиту ноутбука Дениса.

— Готово, — хрипло произнес хакер, откидываясь на спинку кресла. Он с хрустом потянулся, разминая затекшую шею. — Ваш брат был параноиком высшей пробы, Илья Николаевич.

Илья поставил кружку на пол и подошел к столу, встав за спиной Славы.

— Что там?

— Полный набор диссидента. Двойное шифрование, система подставных паролей. Если бы вы попытались угадать код и трижды ошиблись, сработал бы скрипт, и жесткий диск самоуничтожился бы на программном уровне. Затер бы все сектора нулями...

— Слава, — тяжело вздохнул Илья, массируя переносицу. — Давай по-русски. Я опер, а не сисадмин. Что это значит?

— Это значит, что ноут превратился бы в бесполезный кусок пластика, а данные исчезли бы навсегда, — покорно перевел хакер.

— Но ты же его вскрыл?

— Да. Я вытащил жесткий диск, подключил через программатор и... — Слава осекся, поймав хмурый, не обещающий ничего хорошего взгляд бывшего коллеги, и поспешно упростил: — Короче, Денис оставил для себя «запасную дверь» на случай, если сам забудет пароль. Я ее нашел и взломал замок. — Слава вывел на экран структуру папок. — Система чистая. Никаких вирусов или шпионских программ. Никто за ним через вебкамеру не следил. Микрофон не включали. Угроза была не снаружи.

Илья придвинул второй стул и сел рядом. Свет монитора выхватил глубокие тени под его глазами.

— Открывай историю браузера. Последние два месяца.

Слава кликнул мышкой. На экране развернулась бесконечная таблица — логи посещений, поисковые запросы, время. Илья впился взглядом в строчки, начиная скрупулезно восстанавливать хронологию чужого падения в бездну.

До пятнадцатого июня Денис жил обычной жизнью. Рабочие переписки, доставка еды, заказ запчастей для велосипеда, пара подписок на кино. Стандартный цифровой след благополучного горожанина с хорошей зарплатой.

Семнадцатого июня характер запросов резко изменился.

«Причины бессонницы». «Почему я просыпаюсь посреди ночи». «Сводит мышцы во сне».

Илья мысленно сделал отметку. Денис столкнулся с первыми приступами. Как человек с техническим складом ума, он начал искать медицинское обоснование.

Двадцатое июня. Запросы стали конкретнее, длиннее.

«Сонный паралич форум». «Катаплексия пробуждения методы лечения». «Задыхаюсь во сне причина». «Как заставить себя проснуться».

— Посмотри на время, — тихо сказал Слава, указывая ручкой на правую колонку.

Илья присмотрелся. Три часа ночи. Четыре пятнадцать. Пять сорок. Денис гуглил симптомы глубокой ночью. Он просыпался в панике и больше не мог сомкнуть глаз, судорожно листая статьи до самого утра.

Первое июля. Медицина перестала давать ответы. Денис переключился на фольклор.

«Кто приходит во сне». «Демон сонного паралича». «Тяжесть на груди эзотерика». «Сущности нижнего астрала».

Илья сжал челюсти. Рациональный, педантичный Денис, который не верил ни во что, кроме физики и сопромата, искал в интернете статьи про демонов. Степень его отчаяния и животного ужаса читалась между этих сухих строчек поисковых запросов ярче, чем в предсмертной записке.

— Дальше начинается самое интересное, — Слава переключил вкладку. — Третьего числа он скачивает специальный браузер для Даркнета и уходит в теневой интернет. Там всё анонимно, история не сохраняется. Но я смог вытащить обрывки текста, которые «залипли» в оперативной памяти ноута, пока он его не выключил.