Ханс Ребка был поражен. Но Дари, вскочив с койки, захлопала в ладоши от восторга.

– Фаги! Да это же восхитительно.

– Восхитительно? – Ребка с недоверием посмотрел на нее. Не знаю, имела ли ты дело с фагами. Дари, но я вот что скажу: возможно, они и медлительные, но чрезвычайно мерзкие создания.

– А эти фаги вовсе не так медлительны, – спокойно сказала Каллик. – Они быстрее всех, о которых я читала.

– Что делает их еще противнее. – Ребка уставился на возбужденную Дари. – Тебе очень хочется быть убитой?

– Конечно нет. Мы прошли Летний Прилив, и ты все еще задаешь мне такие вопросы? – Дари не смогла сдержать улыбку. – Я хочу жить не меньше твоего, но поставь себя на мое место. Я притащила нас всех сюда, в центр неизвестно чего, обещая, что мы найдем здесь ключ к тайне Строителей. А в результате мы нашли лишь обломки да следы старых горных выработок. Еще несколько минут назад мне казалось, что это, возможно, все, что нам посчастливится обнаружить. Но ты знаешь не хуже моего, что фагов можно встретить только возле артефактов Строителей, и только там. Возможно, они сами являются артефактами Строителей – многие специалисты поддерживают эту гипотезу. – Она встала и подошла к иллюминатору корабля, чтобы рассмотреть сверкающую и подозрительно правильную поверхность планетоида. – Я была права, Ханс. Я поняла это еще на Тектоне, а сейчас совершенно уверена. Мы попали именно туда, куда надо! Строители ушли давно, но мы вскоре выясним, куда они ушли.

Каллик хотела поскорее влезть в скафандр и бежать на поверхность планетоида. Корабль Луиса Ненды был в пределах прямой видимости – всего в нескольких сотнях метров, и ей не терпелось впасть на него. Стремление узнать судьбу своего господина заставило ее позабыть обо всех предосторожностях.

Хансу Ребке пришлось отдать прямой приказ, чтобы остановить ее.

– Ни в коем случае, – произнес он. – Здесь тебя может подстерегать с десяток известных мне опасностей и еще штук двадцать, о которых я ничего не знаю. Ты пойдешь с кем-то из нас, и только после первичного осмотра.

Даже при подлете планетоид показался им аномально массивным и аномально сферическим. Час, проведенный за наблюдениями и замерами, выявил новые странные свойства. Когда Каллик и Ханс Ребка надели наконец скафандры и вышли наружу. Дари заносила в бортовой журнал «Летнего сна» результаты измерений, поглядывая время от времени в иллюминатор. Копию она отправила Ж'мерлии на Дрейфус-27 вместе с сообщением об их благополучной посадке и местонахождении. Для передачи по узконаправленному лучу на Опал Дари подготовила другую копию с просьбой переслать ее по Бозе-сети на Врата Стражника.

Перечитав сообщение, она улыбнулась. Просто скучная статистика, сказало бы подавляющее большинство людей. Она приводила только голые факты. Но какая шумиха поднимется вокруг этой скучной статистики, когда она дойдет до ее коллег на Вратах Стражника и распространится среди специалистов по Строителям во всем рукаве. Даже самому нерадивому из них захочется здесь побывать.

Она продолжала наблюдать краем глаза за Каллик и Хансом, осторожно удалявшимися от «Летнего сна», заново прослушивая послание перед отправкой его на Опал.

ТЕМПЕРАТУРА НА ПОВЕРХНОСТИ: 281 К; ПОВЕРХНОСТЬ ТЕЛА ТЕПЛАЯ, ВЫШЕ ТОЧКИ ЗАМЕРЗАНИЯ ВОДЫ. ЕСЛИ УЧИТЫВАТЬ ПОЛОЖЕНИЕ ТЕЛА И УДАЛЕННОСТЬ ОТ МЭНДЕЛА, ЗДЕСЬ ДОЛЖНО БЫТЬ НА ДВЕСТИ ГРАДУСОВ ХОЛОДНЕЙ.

ФОРМА: С ТОЧНОСТЬЮ ДО ОШИБКИ НАБЛЮДЕНИЯ ТЕЛО ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ ПРАВИЛЬНУЮ СФЕРУ, РАДИУСОМ 1.16 КИЛОМЕТРА.

СИЛА ТЯЖЕСТИ НА ПОВЕРХНОСТИ: 0.650; С УЧЕТОМ РАЗМЕРОВ, ОНА ДОЛЖНА БЫТЬ МЕНЕЕ ОДНОЙ ТЫСЯЧНОЙ ДАННОЙ ВЕЛИЧИНЫ.

МАССА: 128 ТРИЛЛИОНОВ ТОНН.

ПЛОТНОСТЬ: СЧИТАЯ ТЕЛО ОДНОРОДНЫМ, ОНА РАВНА 19600 ТОНН НА КУБИЧЕСКИЙ МЕТР. СЛЕДУЕТ ОТМЕТИТЬ, ЧТО ЭТО МЕНЬШЕ ПЛОТНОСТИ НЕКОТОРЫХ КОММЕРЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ КЕКРОПИЙЦЕВ, НО ПРИМЕРНО В 1000 РАЗ БОЛЬШЕ ПЛОТНОСТИ ЛЮБОГО ВЕЩЕСТВА ЕСТЕСТВЕННОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ.

АТМОСФЕРА: 16 ПРОЦЕНТОВ КИСЛОРОДА, 1 ПРОЦЕНТ ДВУОКИСИ УГЛЕРОДА, 83 ПРОЦЕНТА КСЕНОНА. ПОДОБНОЙ АТМОСФЕРЫ НЕТ НИ У ОДНОЙ ИЗ ПЛАНЕТ РУКАВА; КОНЦЕНТРАЦИЯ КСЕНОНА СОВЕРШЕННО НЕВЕРОЯТНА; ТЕЛО ТАКИХ РАЗМЕРОВ ВООБЩЕ НЕ МОЖЕТ ОБЛАДАТЬ АТМОСФЕРОЙ. СЛЕДУЕТ ОТМЕТИТЬ, ЧТО ДАННАЯ АТМОСФЕРА ПРИГОДНА ДЛЯ ВСЕХ КИСЛОРОДОДЫШАЩИХ ФОРМ РУКАВА.

СОСТАВ МАТЕРИАЛОВ: ВНЕШНЯЯ ПОВЕРХНОСТЬ НАПОМИНАЕТ ОПЛАВЛЕННЫЙ КВАРЦ. ВНУТРЕННИЙ СОСТАВ НЕИЗВЕСТЕН. ОБЪЕКТ НЕПРОНИЦАЕМ ДЛЯ ЭЛЕКТРОМАГНИТНОГО ИЗЛУЧЕНИЯ ЛЮБОЙ ДЛИНЫ ВОЛНЫ.

Дари выключила рекордер и посмотрела в иллюминатор. Каллик и Ребка ползали по поверхности планетоида – перед выходом она попросила их взять образцы материала, надеясь добавить еще что-нибудь к своему краткому описанию.

– Ну как, есть результаты, Ханс?

Ребка встал.

– Нам не удалось сделать то, что ты хотела, но мы определили практически все возможное. Образцов взять не удалось. Поверхность слишком тверда и совершенно не поддается тепловому воздействию. Но мы попробовали зондировать ее направленными импульсами и наблюдать отраженные сейсмоволны. Фазочастотная зависимость выглядит более чем странно. Похоже, ты права – он полый внутри и, возможно, имеет сотовую структуру.

Каллик тоже приподнялась.

– Что делает высокую гравитацию на п-п-поверхности еще более непонятной, раз он полый.

– Верно. Я добавлю это к описанию. Более подробную информацию дадите, когда вернетесь. Других проблем нет?

– Пока нет. Направляемся к кораблю Ненды. Продолжай наблюдать за нами.

– Хорошо. – С явным удовлетворением Дари добавила в свой рапорт еще один раздел:

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ: ПО-ВИДИМОМУ, ТЕЛО ЯВЛЯЕТСЯ ПОЛЫМ, С ВНУТРЕННИМИ ПОМЕЩЕНИЯМИ. УЧИТЫВАЯ АНОМАЛЬНЫЕ ФИЗИЧЕСКИЕ ПАРАМЕТРЫ, ВСЕ ЭТО УКАЗЫВАЕТ НА ЕГО ИСКУССТВЕННОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ. ВОЗРАСТ ПЛАНЕТОИДА ПОКА НЕ УСТАНОВЛЕН. ВПОЛНЕ ВЕРОЯТНО, ЧТО ЭТО АРТЕФАКТ СТРОИТЕЛЕЙ. ДАННАЯ ГИПОТЕЗА ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ ФАКТОМ НАХОЖДЕНИЯ ПОБЛИЗОСТИ БОЛЬШОГО КОЛИЧЕСТВА ФАГОВ – МЕНЕЕ ЧЕМ В СТА КИЛОМЕТРАХ ОТ ПОВЕРХНОСТИ ТЕЛА.

Дари сделала паузу. Пожалуй, лучше оставить все именно в таком виде и не высовываться. Сама она, однако, была уверена, что это действительно артефакт, а если так, то ему необходимо дать собственное имя и идентификационный номер.

Она сделала последнее добавление к посланию: «В соответствии со „Всеобщим каталогом артефактов“ искусственному планетоиду присвоен условный номер 1237, а также условное наименование… – она вспомнила блестящие пылинки на изображении сферы, – условное наименование – Жемчужина».

– Дари? – Голос Ханса Ребки раздался в тот самый момент, когда она как раз вводила последнее слово. – Дари, мы уже на «Все – мое». Он, похоже, в рабочем состоянии, но тебе самой следовало бы взглянуть. Ты можешь надеть скафандр и прийти сюда?

– Буду через пять минут.

Дари включила передатчик, установила на «Летнем Сне» режим самозащиты и вошла в шлюз. Через минуту она была уже снаружи.

Гаргантюа смутно вырисовывался в отдалении позади второго корабля. Высоко над ее головой летали фаги, слишком маленькие, чтобы быть различимыми с расстояния пятидесяти – ста километров, но она не сомневалась, что они все еще там. Фаги всегда там, где они менее всего нужны.

И какие фаги! Достаточно разумные, чтобы отличить корабль от каменной глыбы, достаточно быстрые, чтобы гнаться за этим кораблем и чтобы вцепиться в него.

Дари медленно двинулась по гладкой искривленной поверхности. Горизонт находился всего в нескольких сотнях метров. Чем ближе становился корабль Луиса Ненды, тем чаще она озиралась по сторонам – не пикирует ли на нее какой-нибудь хищный фаг.

Фаги никогда не залетали в мощные гравитационные поля; они их избегали. Именно так. Это общеизвестно. До сегодняшнего дня она сама в это верила. Но кто может поручиться, что здешние фаги не поведут себя как-нибудь необычно?

Дари вдруг поняла, что Каллик пошла на значительно больший риск, чем они думали, когда домчала их сюда. Чужая поверхность Жемчужины, возможно, столь же опасна, как и нашпигованное фагами пространство. Но стремление Каллик узнать, что же произошло с Луисом Нендой, притупило ее чувство опасности.