Клаймич вопросительно посмотрел на меня.
"Наверное, надо решать проблемы, по мере их поступления. Как показала первая жизнь, большинство неприятностей приносят не сами проблемы, а их ожидание. И 90% этих ожиданий никогда не трансформируются в реале... В конце концов, и КГБ показал, что это - говенная организация с дутой репутацией, просравшая свою собственную страну. Или ее предавшая. Как посмотреть...".
Я поднял глаза и увидел, что Клаймич, с нескрываемой тревогой, пытается что-то прочитать у меня на лице.
- Вы, Витя, думаете иначе?
- С чего вы решили, Григорий Давыдович? - я успокаивающе улыбнулся.
- У вас сейчас было такое мрачное лицо... - покачал головой Клаймич.
"Ну, да... мне с таким самоконтролем только с КГБ и тягаться... мууууууdаку...".
Квартиры мы сняли.
Николай и Леха взяли деньги и поехали с Эделем к их хозяевам. "Трясти мошной и делать счастье" , - как выразился Яков Ефимович.
Клаймич и я не смогли сдержать смеха, видя, как двухметровый Леха складывается вдвое, забираясь в маленький "Жопик", тем более, что позади уже уселся Завадский.
Ну, а мы, с Клаймичем, поехали на Огарева 6...
***
...-...и чем тебя не устраивает быть вокально-инструментальным ансамблем Министерства Внутренних Дел СССР? - недовольно, и уже слегка раздраженно, повторил свой вопрос Щелоков.
Я скорбно покачал головой, а Клаймич печально улыбнулся...
"Не... ну, ладно я... мне простительно!.. Но каков ЭТОТ!".
- Меня не "не устраивает", для нас всех это, наоборот - БОЛЬШАЯ ЧЕСТЬ! - начал распинаться я, - здесь... А когда начнутся выступления на Западе, то в их газетах сразу напишут: "КГБ на гастролях!".
- Какое мы КГБ?! - недовольно скривился Щелоков.
- А для иностранцев все едино, что КГБ, что МВД... - мягко вступил Клаймич, - мы были на фестивале в Сопоте, так там все иностранцы считали, что в СССР "Кей-Джи-Би" и преступников ловит и шпионов из артистов готовит!
- Так вы на эти "гастроли" сначала попробуйте приглашения от капиталистов дождаться, а потом уже будете шкуру неубитого медведя делить... - поддержал шефа Чурбанов.
- Вот-вот... - назидательно поднял палец Щелоков.
Я деловито поднялся из-за сервированного к чаю стола и прошелся по огромному министерскому кабинету, провожаемый заинтересованными взглядами трех пар глаз:
- Хорошо... Юрий Михайлович, вы видели меня в боксе... как оцените?
- Ну... - Чурбанов немного растерялся от неожиданности вопроса и осторожно ответил, - я не большой специалист в боксе, но ты был молодец...
- Но я мог проиграть? - я остановился напротив замминистра и настойчиво уставился на него.
- Мог, конечно... Ты был ранен и он ударил тебя не по правилам... Ты это к чему? - Чурбанов не понимал куда я клоню и поэтому, как и все, заинтриговано ждал продолжения.
- А к тому, что если бы я ЗНАЛ куда меня собираются бить противники, то я бы, наверное, никогда бы не проигрывал? - вкрадчиво задал я следующий вопрос.
- Скорее всего, - допустил зять генсека.
- Так вот... - я остановился у стола и навис над сидящими "ментами", - я запросто могу проиграть в боксе, потому что не знаю, куда и как меня ударят, но я НЕ могу НЕ быть композитором и поэтом, потому что я НЕ СОЧИНЯЮ музыку и НЕ РИФМУЮ слова...
В тишине, которую нарушало только мерное тиканье огромных напольных часов, стоящих в углу кабинета, я вернулся к своему стулу и с размаху на него плюхнулся.
- ...потому что музыка и стихи у меня возникают в голове из ниоткуда... я ЗНАЮ какие слова и как поставить, я ЗНАЮ какие звуки и как должны прозвучать. И вообще... Я ЗНАЮ, КАК ПИСАТЬ ПЕСНИ, ЧТОБЫ ОНИ НРАВИЛИСЬ ЛЮДЯМ!.. - буднично закончил я и потянулся к очередному эклеру.
Повисло молчание.
- Хм... - кашлянул, подхватывая эстафету, Клаймич, - я уже давно наблюдаю за Витей... смотрю, за творческим процессом... Музыку он выдает прямо из головы... а потом замирает на несколько минут, и пишет текст песни... основную часть... почти без правок... Я знаю много поэтов и композиторов... это тяжелый труд... месяцы на одну песню... а тут...
Григорий Давыдович с силой потер переносицу, под скрестившимися взглядами Щелокова и Чурбанова, и закончил:
- Скорее всего, Виктор... э... хм... - ГЕНИЙ!
Генералы ошарашенно молчат. Я "незаметно" напыжился и перестал жевать.
Наконец, Щелоков скептически хмыкает:
- Гений... любите вы, творческая интеллигенция, громкими словами разбрасываться... Пушкин! Вот гений был...
Клаймич упрямо мотнул головой:
- Можно и с Пушкиным сравнить... Если бы Пушкин жил сейчас... наверняка, писал бы не только гениальные стихи, но и гениальные песни...
"Да, Григорий Давыдович... вот уж, действительно, все поставил на одну карту... Ладно, не ссыте, Гриша... Прорвемся!".
Общее молчание.
"Надо дожимать!".
- Вот мне иностранные языки понравилось учить... Сначала просто нравилось слушать звучание другого языка... потом захотелось понять о чем поют... оценить, как совпадают мелодия и ритм с содержанием... - я задумчиво закатил глаза к потолку и "подбирал" слова, как бы пытаясь донести до собеседников свою мысль.
Сделал глоток остывшего чая и продолжил витийствовать дальше:
- Дико удивился убогости их текстов... Там нет ничего, ни нашей глубины, ни нашей "красивости" фраз и образов... А потом, внезапно осознал... Я могу написать тексты ЛУЧШЕ, чем они! НА ИХ ЯЗЫКЕ...
"Ща спою вам "Скорпионов", не зря же меня тогда Завадский впервые "гением" назвал!..".
- Вот, кстати... Написал недавно на а... - и замер с открытым ртом.
"О-па!!! Жопа?!... Новый год?!.. А ну-ка... а не настало ли снова время для рекламного слогана писькиных пилюлек: - А что?! А вдруг?!...".
-...нааа... итальянском... Это второй, который я после английского выучил... - я похлопал глазами на пребывающих в явном смятении "ментов".
"Не их тема... Не знают, как реагировать... Ничего, додавим!".
- Эту песню надо с девчачьей группой петь... И сопровождения музыкального сейчас нет, но вы люди грамотные, просто оцените звучание и мотив...
Я нахально хапнул со стола очечник Щелокова, взял как микрофон и, вернувшись на середину кабинета, вкрадчиво начал в него напевать:
Felicita
e tenersi per mano
andare lontano
la felicita
E' il tuo sguardo innocente
in mezzo alla gente
la felicita
E' restare vicini come bambini
la felicita, felicita!
- А теперь хором в четыре голоса!..
Я значительно прибавил в громкости и протяжно заголосил куплет:
Senti nell'aria c'e gia
La nostra canzone d'amore che va
Come un pensiero che sa di felicita.
Senti nell'aria c'e gia
Un raggio di sole piu caldo che va
Come un sorriso che sa di felicita!
- Ну... и так далее, в таком же духе... Называется песенка "Счастье", собственно, по-итальянски это "феличита" и есть... Я вам гарантирую... прокрутить эту незамысловатую "текстуру" по радио и через неделю ее будет петь вся Италия... Русскую песню, русского автора! Слова простые... мотив тоже... Так и будет... Зуб даю!...
Я победно посмотрел на министра и зама. От растерянности Щелоков перешел к задумчивости, Чурбанов смотрел на шефа и негромко барабанил пальцами по поверхности стола.
- Что там с текстом... переведи... - наконец, потребовал министр.
- По-русски будет звучать коряво, это по-итальянски в рифму... - предупредил я.