С одной стороны, неделя учёбы вместо пяти с половиной лет – это просто праздник. С другой – лучше уж десять сессий с пересдачами, госы и защита, чем… – Защита! Следи за защитой! Я сплюнул кровавую слюну, откашлялся и поднялся на ноги. После четырёх часов тренировок с оружием губы у меня были разбиты уже в какой-то солёный студень. Надеюсь, свадьба нескоро: на заживление потребуется много времени. Хотя Жар и утверждал, что теперь мои способности к регенерации должны ощутимо возрасти, надо только научиться грамотно просить об этом Великую Силу. Ох, тут не напросишься… И ведь так бодро всё начиналось. Кодекс Джедаев я оттарабанил наизусть прежде, чем Жар успел задать вопрос. Причём даже напрягаться не пришлось: слова сами собой вылетали из памяти. Магистр начал задавать вопросы по толкованиям – я отвечал так же автоматически… пока не сообразил вдруг, что целыми абзацами цитирую Вукипедию, форумные темы и некоторые комментарии с Самлиба. Твилекк смотрел на меня с широко распахнутыми глазами, нервно подёргивая тентаклями. – Мастер Жар, – проникновенно сказал я, – Вы учили меня прежде: я стараюсь быть достойным своего учителя. Я страстно жажду знаний! Лишь бы эта страсть не подтолкнула меня к Тёмной Стороне Силы… Тентакли поджались, Магистр отреагировал правильно и предсказуемо. Я «сдал квест» на прохождение теоретической части курса. Справедливости ради, эффект суперпамяти мне с тех пор повторить так ни разу и не удалось. По крайней мере, в том объёме, что попёр из меня в первый день обучения. Сила не лишала меня никаких из обретённых способностей, просто некоторые на время убирала подальше. Я «сдал квест» – «скилл» перестал быть востребованным. Если бы всё остальное было так же просто… Очень быстро выяснилось, что в Силе я полный ноль. Ну, не полный, это я от огорчения так говорю. Чувствовать-то я Силу чувствовал – а вот управлять ею не мог. Мидихлориям, глобально-разумным клеточным симбионтам, дающим доступ к Силе, я был глобально пофиг. Они объявили итальянскую забастовку. Из всего арсенала возможностей в моём распоряжении оставались лишь те трюки, что удалось освоить в самом начале: ускорение, прыжок, предчувствие опасности, командный голос. Причём подавить волю хоть немного сведущего в Силе собеседника мне уже не удавалось. Я не мог зажечь свечу и погасить свечу. Не мог поднять самый лёгкий предмет. Не видел сквозь стены и даже сквозь закрытые веки. Молния из пальцев? Забудьте, карьера Палпатина (или хотя бы простого электрика) мне явно не светила. Физические проявления тоже оказались почти бесполезны: похожими способностями обладал любой начинающий джедайчик. Мастер Жар быстро и очень чётко объяснял мне принципы работы с каждым конкретным Силовым приёмом: как сосредотачиваться, как вызывать в сознании нужные образы, как направлять энергию в нужном направлении… По всей видимости, у Ордена имелись отработанные методики такого ликбеза, уж не знаю, на какой случай: вряд ли джедаям каждую неделю приходилось восстанавливать навыки очередного Тёмного Лорда ситхов с амнезией. Вот только не был я никаким Лордом и никаким ситхом. И за три часа инструктажа не сумел освоить ни-че-го. – А-а-а! – сказал мастер Жар. – Не беда! У каждого свой путь в Силе, попробуем раскрыть твой потенциал через упражнения с клинком. Лишь много позже до меня начало доходить, насколько, должно быть, неуютно чувствовал себя тогда твилекк. Ведь он учил молодого Ревана и очень хорошо осознавал, о каком «потенциале» идёт речь. Жар выдал мне защиту для глаз и тренировочный меч: внешне копия боевого, но место плазмы занимала безопасная голограмма. Из рукояти торчал длинный, прозрачный и тонкий, как смычок, стержень из неизвестного мне материала. Этой-то прозрачной арматуриной мастер Жар и избивал меня остаток дня. В первую же минуту учебного поединка я получил более сорока ударов, вернув лишь один, да и тот случайно. Жестокая правда жизни в один миг лишила меня самодовольства. Я-то привык уже считать себя неплохим мечником, а оказалось, что всё это время убивал… практически безоружных. Великая Сила – великое оружие само по себе, никто из моих былых противников не имел и шанса. Лишь столкнувшись с настоящим форсером, я понял, насколько беспомощен против тренированного бойца. Жар Лестин, супер-мечником отнюдь не считавшийся, делал со мной что хотел и как хотел. Бастила Шан, считавшаяся бойцом исключительным, а кроме того чрезвычайно одарённая в Силе… вот Бастила меня как раз жалела. Нет, следующие четыре часа она лупила меня похлеще, чем твилекк, но регулярно извинялась и лицо имела грустное. Приуныл и я. Меня лупили в два смычка, так старательно, словно мстили за Тёмное прошлое. А всякий раз, как я начинал злиться, мастер Жар останавливал избиение и читал небольшую речугу на тему опасностей Тёмной Стороны. Бастила согласно кивала и вставляла мотивирующе-одобрительные возгласы, а также украдкой прикладывала к голове пальцы, изображая рога. Обзаводиться рогами и прочими ситхскими атрибутами я не хотел, и злиться понемногу переставал. Через некоторое время я почувствовал, что и в самом деле не испытываю к своим мучителям никакого негатива. Издевательства не содержали в себе ничего личного: люди работали, я был для них всего лишь заготовкой детали… Раздражение ушло, осталась только грусть, светлая, как от многочасового прослушивания похоронного марша Шопена. Жар с Бастилой переглянулись – и завершили тренировку. Почти не помню, как доплёлся до «Варяга». Бастила под плечо волокла меня первую половину дороги, Карт – остаток пути, до каюты. Я упал в койку и взвыл от боли: на всём теле не было живого места. Почувствовал, как Онаси стаскивает с меня сапоги… и заснул. К огромному счастью, без очередных сновидений о Реване и Малаке: кошмаров на сегодня мне вполне хватило, благодарю покорно. А проснулся я бодрым и… нет, не очень-то свежим: мыться надо сразу после тренировки, а не на следующее утро. Нежась под струями настоящего водяного душа, я осматривал травмы. И ни одной не нашёл. Даже в мясо разбитые губы прекрасно зажили и теперь непроизвольно расплывались в улыбке: Сила помогла мне восстановиться после вчерашнего! Почуяли родимые мои мидихлории, что хозяин их вот-вот с Кондрашкой приобнимется, и забастовку предпочли свернуть. Самая близкая аналогия, что пришла мне тогда в голову, это Великая Отечественная. Я и читал, и слышал от многих людей, что у бойцов Красной Армии в ту Войну включались защитные резервы организма, и почти никто из солдат не болел насморком или ангиной. Может, это всё и миф… даже наверняка: за четыре года всякое может случиться с человеком и его организмом. Но лучшего сравнения я найти не сумел. А ещё я вспомнил, как советское командование строго пресекало любые проявления мести со стороны наших солдат по отношению к поверженному врагу… Теперь я понимал, почему Жар с Бастилой так настойчиво гасили во мне злость: Тёмная Сторона могла дать мне столько же, если не больше сил, как и Светлая, и гораздо быстрее – но какой ценой?… Я думал о ростовщиках или банках, налево и направо раздающих «лёгкие» кредиты: без истории, без паспорта, без условий – только возьми, возьми, возьми!… А потом, когда придёт пора расплачиваться, выяснится, что ты забыл прочитать небольшое примечание, написанное самым мелким, почти незаметным кеглем на оборотной стороне страницы. И в твою дверь постучатся крепкие парни из коллекторского агентства. Сходу пробьют тебе печень, засунут в рот кляп, запихают тебя в заблёванный багажник, отвезут в лес или подвал и там начнут… Избивать меня начали с первых минут тренировки, без напутствий и разминки. Всё шло по прежнему сценарию: я заносил меч, натыкался на стремительную контратаку… и, потирая свежие синяки, поднимался с пола. Иногда сценарий очередного раунда чуть менялся: мне то «отрубали руку», то «душили», то «закалывали» в живот, грудь, горло, спину… Было это и больно, и утомительно, и очень обидно. Вот только теперь я почему-то почти всё время улыбался. Наверное, больше внутрь себя, чем наружу. Там, внутри, в глубине каждой из моих клеток, маленькие ленивые мидихлории учились заботиться о своём странном хозяине. Хозяин явно желал быть забитым насмерть, а какой же симбионт допустит такое? Тем более, симбионт разумный… и не искалеченный прикосновением Тёмной Стороны Силы. Сам себе не мог поверить, но в один прекрасный момент фехтовальное мастерство моё вдруг резко пошло в гору.34.