Царь. (смеется). Ох, плут! Ох, плут!.. Слышишь, Анфиса? За три месяца!

Анфиса. Слышу, батюшка. Только вы ему, обманщику, нипочем не верьте. Видите, я своему изменнику руки связала, на ниточке его держу. И вы своего покрепче держите, чтобы не улетел куда.

Придворные дамы смеются.

Королевич (оживленно жестикулируя опутанными руками). Мой дорогой Анфис, я тепер никуда не улеталь. Я есть ваш тетерeфф. Мой ляпка завьязан, ви может стрелиль на само сэрдце. Пожальста!

Анфиса. «Пожальста» да «пожальста», а все нитки у меня спутал. Минуточки спокойно посидеть не может. Тетерeфф!.. Нет, видно, тебя ничему не обучишь, только плясать и горазд. Эй, скрипачи, трубачи, сыграйте что-нибудь повеселее. Ну, приглашай меня на танец!

Царь. (отбивая ногой такт). Эх, и нам, может, потанцевать? Зря, что ли, музыканты стараются! Господа придворные, а ну!.. Фигура первая… Фигура вторая… Фигура третья…

Все танцуют, повторяя движения царя. Входит начальник стражи.

Начальник стражи. Ваше царское величество! Ко двору купцы прибыли.

Царь. Свои или чужеземные?

Начальник стражи. Свои, ваше величество!

Царь. Ну, коли свои, так нечего о них и докладывать. Только с ноги сбил зря.

Начальник стражи. Ваше величество, я не стал бы докладывать, да они говорят, будто разыскали и ко двору доставили дерзостно похищенную у вашего величества драгоценность бесценную.

Царь. Драгоценность, говоришь?

Начальник стражи. С короной, гербом и портретом.

Царь. Ну, коли так, зови их сюда.

Музыка умолкает. Танцы прекращаются. Входят купец и дровосек. За ними вводят солдата.

Купец (кланяясь царю в ноги). Ваше величество, царь-государь, соизвольте всемилостивейше принять от нас сию золотую табакерочку со знаками вашего царского достоинства и с августейшей личностью вашею, на крышке изображенною. (Подает на подушке табакерочку.)

Царь. (отстраняясь). Да нет, это не моя!

Анфиса (хватая табакерку из рук купца). Что вы, что вы, батюшка, это наша табакерка. Ей-ей, наша!

Царь. Погоди, Анфиса! Не встревай! Не встревай!

Анфиса. А чего тут ждать, когда я своими глазами вижу, что наша.

Королевич. О да, наша, наша!

Анфиса. А как же! Я с малых лет ее помню. Бывало, сижу у вас на коленях и гляжусь в нее, как в зеркальце.

Царь. Да когда это было-то! Мало ли у меня с той поры табакерок перебывало!

Анфиса. Много ли, мало ли, а эта наша! Да как же вы, батюшка, ее не признали? Вот тут я еще крышку зубом поцарапала, открыть старалась. Видите? А вы — не наша. Где вы, купцы, эту табакерочку нашли?

Купец (показывая на солдата). У него отняли.

Дровосек. У вора.

Солдат. Ваше величество, дозвольте доложить. Много у вас в государстве воров водится, слов нет, а только я не вор.

Анфиса. Как же не вор, когда табакерку своровал!

Солдат. Не своровал, а купил, ваше высочество.

Анфиса. Купил! Ну, а ежели и купил, так у вора!

Солдат. Никак нет, у его величества сторговал.

Анфиса. Как у его величества?

Солдат. Точно так, за пятак, ваше высочество!

Генерал. Ох, и дерзок, разбойник!

Сенатор. Да в своем ли он уме?

Казначей. Неслыханное дело!

Анфиса. Ха-ха-ха! Табакерку у царя за пятачок купил! Ох, не могу! Ой, сил моих нет! Ха-ха-ха…

Царь. Молчи, Анфиса. А ты, злодей, как смеешь такие слова говорить!

Солдат. Прошу прощенья, ваше величество, а только я дело говорю. Вы, видать, запамятовали, а у меня ваша расписка своеручная имеется — по всей форме, с подписью и с печатью казенной. Ежели угодно, я вам ее сейчас представлю.

Царь. Постой, постой… Будто я и вправду что-то припоминаю.

Солдат. Как не припомнить! Вот на этом самом месте вы, ваше величество, мне еще и перстенек свой продавали, и саблю золотую, алмазами усыпанную, и даже, извиняюсь, вот это… (Показывает на голову.)

Царь. (снимая корону). Ну, ты, придержи язык, пока голова на плечах!.. А что до табакерки касается, так тут у меня, господа, такая история вышла… Помнится, солдат этот у меня в коридоре на карауле стоял. Ну, я вздумал, скуки ради, подшутить над ним. Взял да и пожаловал ему золотую табакерку, а для смеху пятак с него взял…

Смех.

Верно, верно… Было! (Смеется.)

Анфиса. Ну и шутник же вы, батюшка! Ну и забавник!

Все смеются.

Солдат. Ох, ваше величество, может, вы и в самом деле пошутили, а только шутка ваша немало горя мне стоила.

Царь. (мрачнея). Ну ладно. Шутки в сторону. Слушай меня, солдат!

Солдат. Слушаю, ваше царское величество!

Царь. Поди-ка сюда! (Отводит солдата в сторону. Анфиса, королевич и придворные следуют за ними, но царь оглядывается, и они отступают.) Вот что, солдат, ты эту… расписку мою здесь оставь, а сам ступай на все четыре стороны.

Да только смотри,  лишнего не болтай! На этот раз я тебя, так и быть, прощаю, а в другой раз, чего доброго, и голову сниму, коли что услышу. Понял?

Солдат. Понял, ваше величество. Как не понять! Вот вам и расписочка ваша. А только вы мне извольте мой пятачок назад отдать.

Царь. Казначей! Выдать ему полтину.

Солдат. Нет, ваше величество, пятачок!

Царь. (смеясь). Эх, Иван-простота! Да пятачка, поди, во всем моем дворце не найти.

Солдат. Как не найти? А мой-то пятачок куда у вас делся? Ведь вы, ваше величество, на всем готовом живете, а мне пятак пригодится — деньги небольшие, да заработанные.

Царь. Ну, уж ладно. Будь по-твоему. Нет ли у кого здесь денег медных?

Сенатор. Нет, ваше величество, у меня, как на грех, все золотые.

Генерал. А у меня бумажные, ваше величество.

Начальник стражи. А у меня, ваше величество, серебряные.

Казначей. Не прикажете ли послать в казначейство за мелкой монетой?

Царь. Экие вы все богачи — медных денег не держите. Погодите, а у меня, хоть я и царь, кажись, одна копеечка найдется. Давеча мы с королевичем в орла и решку играли…

Королевич. Да-да, ороль и орэшка.

Царь. Вот тебе, солдат, копейка, коли полтины не захотел.

Солдат. Мало, ваше величество. Извольте четыре копеечки додать.

Царь. Да откуда же я их тебе возьму?

Дровосек. Ваше величество! Есть у меня алтын. Берегу его, как память дорогую, с него весь мой достаток пошел, а для вашего величества не пожалею.

Царь. Давай, давай сюда твой алтын. С миру, говорят, по нитке — голому рубашка… Ну, солдат, вот тебе четыре копейки, одна за мной.

Солдат. Помилуйте, ваше величество, нешто меня в другой раз сюда пустят — за этой копейкой? Нет уж, давайте сейчас, — как говорится, чистоганом.

Купец. Всемилостивейший государь. Осмелюсь доложить, и у меня копеечка медная в кармане отыскалась. Для бедных держу. Соблаговолите принять!