Что до двигательных реакций, их скорость и точность находятся на пике в возрасте 25 лет; к 35 годам, и в еще большей степени после 45 лет, они идут на спад. Что до скорости мыслительных операций, она прогрессирует до 15 лет, с 15 до 35 лет она устойчива, а после начинает снижаться. Если время теста на уровень интеллекта у испытуемого в возрасте старше 60 лет будет ограничено, мы заметим, что результаты ухудшатся; и напротив, убрав такие ограничения, мы увидим, что результаты находятся на одном, а то и на более высоком уровне с теми, что были показаны молодыми испытуемыми. Пожилым людям крайне тяжело адаптироваться к новым ситуациям; им не трудно справиться с уже знакомыми задачами, но они противятся новшествам. Приобретение того, что называется психологической установкой, – т. е. усвоение нового мыслительного шаблона, переориентация разума – требует от них огромных усилий: они порабощены некогда выработанными привычками, им недостает гибкости. Они крепко держатся за прежние психологические установки, они цепляются за них, пытаясь с их помощью справиться даже с проблемами, не имеющими к ним прямого отношения. Стало быть, обучаемость пожилых людей весьма ограничена. Все интеллектуальные способности человека – особенно если он их не оттачивает, – в том числе наблюдение, абстрагирование, синтез, интеграция и структурирование, снижаются в возрасте 35 лет. Устный счет и ориентация в пространстве попадают под удар так же, как и способность к логическим построениям. Что касается происходящего со словарным запасом пожилого человека, имеющиеся результаты тестирования разрозненны. У необразованных людей он беднеет после 60 лет; у людей же с высоким интеллектуальным уровнем он не просто остается в неприкосновенности, но и нередко обогащается. В целом тщательно усвоенные знания, богатство словарного запаса и темпы запоминания слов и цифр практически не изменяются. Короче говоря, человек наделен живым адаптивным потенциалом, стареющим со временем, однако отдельная часть его ума, состоящая из приобретенных знаний, не претерпевает серьезных изменений.
Из совокупности таких тестов и статистических данных вытекает одно важное следствие: чем выше интеллектуальный уровень индивида, тем медленнее и с меньшей интенсивностью ухудшаются его умственные способности. Продолжив тренировать свою память и свой интеллект, он сможет сохранить их нетронутыми. Позже я еще вернусь к этому вопросу, но стоит учесть, что объяснить его можно, единственно связав, с одной стороны, интеллект и память человека с его вовлеченностью в осознание собственной жизни, и с другой – его интересы по отношению к миру со всеми его планами. А пока что давайте ограничимся лишь тем, что скажем: некоторые пожилые люди оказываются более деятельными, чем молодые. На самом деле некоторые разновидности интеллектуальной работы не предполагают никаких четких сроков ее выполнения. Профессионализм, мастерство, зрелость суждений и высокая организация могут компенсировать плохую память, утомляемость и долгую адаптацию. Тому есть большое количество примеров: многие по-прежнему активные пожилые люди не теряют бодрости духа до своего последнего часа.
Вместе с тем психика пожилого человека, неразрывно связанная с его организмом, – вещь очень хрупкая; сравнительно часто у стариков встречаются психические отклонения[25]. Согласно отчету Национального института психического здоровья США, из 100 000 человек в одной возрастной группе число психически больных составляет 2,3 в возрасте до 15 лет, 76,3 в возрасте от 25 до 34 лет, 93 в возрасте от 35 до 54 лет и 236,1 среди стариков. В Швеции на 7 000 000 жителей приходится 9 000 страдающих от старческого слабоумия в прямом смысле слова. В США число душевнобольных в целом увеличилось в четыре раза с 1904 по 1950 год, а количество госпитализаций пожилых людей в психиатрические больницы увеличилось в девять раз, отчасти потому, что мы стали реже закрывать глаза на такие случаи. В Швеции за 25 лет не произошло никаких изменений.
Инвалидность у пожилых людей сегодня встречается реже, чем когда-либо; стариков, прикованных к постели, стало меньше. Случается даже, что при сравнении нескольких возрастных групп у наиболее пожилых мы обнаруживаем нечто, напоминающее процесс обратного старения: всё дело в том, что для такой долгой жизни человеческий организм должен был изначально обладать исключительным потенциалом здоровья. Но как бы то ни было, время увядания однажды добирается до каждого. Говоря о «прекрасной старости», о «юной старости», мы прежде всего имеем в виду, что человек обрел моральное и физическое равновесие, а не то, что его организм, или память, или психомоторные способности соответствуют таковым у молодого человека. Ни один достаточно долго живущий человек не в силах уклониться от наступления старости; она неизбежна, она необратима.
Старость всегда кончается смертью. Но сама по себе старость редко оказывается ее единственной причиной, ведь есть и патологические факторы. Шопенгауэр утверждает, что был знаком с очень старыми людьми, чьи смерти не были причинены какими-либо конкретными заболеваниями. Профессор Делор делится историей столетней женщины, добравшейся пешком до больницы, чтобы попросить там койку; измученная, она ощущала приближение смерти. Она умерла на следующее утро, и вскрытие не выявило у нее никаких органических нарушений. Случай этот, мягко говоря, уникален. Так называемая «естественная смерть», в отличие от гибели в результате несчастного случая, на самом деле вызвана органическими повреждениями.
Продолжительность жизни человека выше, чем у других млекопитающих. Мне встретился только один задокументированный пример истории человека, прожившего более 105 лет; я говорю о случае Антуана-Жана Джованни из деревни Гросс, умершего в 108 лет[26]. Мы полагаем, хоть и не полностью убеждены в этом, что на ожидаемую продолжительность жизни человека прямо или косвенно влияет его наследственность; свою роль играют и прочие составляющие, прежде всего половая принадлежность: самки всех видов животных живут дольше самцов; во Франции женщины живут в среднем на семь лет дольше, чем мужчины. Значение также имеют те условия, в которых рос человек, его питание, окружающая среда и экономическое положение.
Каждый из этих факторов действительно важен, и многочисленные опросы, проведенные геронтологами, это подтверждают. В том числе и упомянутый мною выше опрос, проведенный в Шеффилде: он показал, что состояние здоровья пожилого человека зависит от его уровня жизни. Такие же выводы можно сделать из исследования профессора Бурльера, в рамках которого изучались бретонские крестьяне и рыбаки. Бытует мнение, что жизнь в сельской местности способствует хорошей сохранности здоровья пожилых людей; однако результаты этого исследования говорят об обратном: самочувствие опрошенных бретонцев в целом было хуже, чем у обеспеченных парижан того же возраста[27].
Та роль, которую в жизни стариков играет их экономическое положение, вполне ясно очерчивает границы геронтологических исследований, ведь их первоочередной целью является определение процессов индивидуального старения. Наиболее интересны результаты этих исследований; невозможно понять старость, не обратившись к ним. И всё же этого мало. В контексте изучения старости они представляют собой лишь абстракцию. Человек стареет, являясь частью общества; то, как будет протекать его старость, напрямую зависит от того, что это за общество, и от того, какое положение он в нем занимает. Экономический фактор точно так же не может стоять особняком от связанных с ним социальных, политических и идеологических надстроек; если мы начнем рассматривать его отдельно от них, то сам по себе уровень жизни предстанет перед нами в качестве еще одной абстракции; обладающий одними и теми же ресурсами человек может считаться богатым в бедном обществе, но бедным – в богатом. Именно по этой причине, если мы действительно хотим понять старость и ее значение, нам необходимо заняться изучением места, отведенного ей в разных обществах и в разное время. Такой подход, как я уже говорила, позволит нам если и не ответить, то хотя бы приблизиться к ответу на ряд важных вопросов. Что в положении пожилого человека является неизбежным? Насколько общество в ответе за это? Наш обзор мы начнем с рассмотрения так называемых примитивных обществ.
