Но он так все-таки не сделал?

У любой способности есть предел прокачки, — отозвался Старик. — Пусть Две Восьмерки и научился захватывать чужие тела с помощью своих копий, изменить основу способности он не смог бы никак. Короткая Копия предназначена для создания Копий. Перемещаться сам он с помощью нее не может. Это была бы уже другая группа способностей. С другой основной. Так что нет. Используй Навигатор, и ты его не упустишь.

Что ж, хорошо, что так.

Не то, чтобы я прям стал опасаться этого типа. Все-таки Старик был неплохой страховкой. Но, очевидно, реинкарнаторов не стоило недооценивать. У Восемьдесят Восьмого мог оказаться еще не один козырь в рукаве.

Потянулось ожидание. Очень хотелось узнать, как обстоят дела на планете, но я наоборот полностью заглушил свой основной комм, и даже не прикасался ко всем остальным, лежащим в рюкзаке. Пусть лучше Никита думает, что сумел от меня оторваться. Тогда, как минимум, я смогу добраться до дредноутов. А там уже можно будет думать, что дальше.

Еще на Коатле я просил Флава прикинуть расстояние до точки, где должны были находиться в инвизе дредноуты. Ну и, с учетом траектории, заданной челноком, добраться мы до них должны были минут за тридцать.

И как раз через полчаса я ощутил приличный толчок.

Почти наверняка это означало, что корабль прошел через Основное Поле дредноута. Теперь нужно было дождать захода в доки…

Второй толчок — более сильный — обозначил, что челнок попал под искусственную гравитацию дредноута. Вес, резко увеличившись, достиг около половины «джи». Стандарт для крупных кораблей.

В этот же момент я отлип от места, где находился. Вышел из Равновесия — в движении я это состояние поддерживать пока не умел — активировал брошку Спарка и сразу перешел на Тихий Шаг.

Достаточно быстро добрался до гермодвери. Думал уже использовать Телекинез, но створка отъехала в сторону от простого прикосновения к сенсорному замку.

Ну да, челнок-то крошечный. Всего раза в два с половиной больше, чем десантный бот. Смысл устраивать внутри несколько отсеков безопасности.

Пройдя через короткий коридор, я увидел в его дальнем конце пилотскую кабину, а по центру коридора — спуск в шлюзовый отсек.

Тут же подбежал к нему, глянул в иллюминатор. Пары секунд хватило, чтобы оценить обстановку. Восемьдесят Восьмой уже успел выйти наружу. И теперь стоял рядом с каким-то офицером в форме ИС. Явно из нерядовых.

Это было видно и по возрасту, и на контрасте. Пара бойцов рядом с ним в темной форме имели на плечах лишь по паре петличек. У офицера на груди был целый натюрморт.

Капитан корабля?

Если он у Никиты под контролем, то это едва ли не идеально. Хотя, в теории, они просто могли о чем-то договориться.

Маловероятно, — заметил Старик. — Две Восьмерки не стал бы рисковать, полагаясь на слово обычного человека.

Может и не стал. Но вдруг у него эти устройства контроля были в дефиците?

Дредноуты — стратегические объекты. За счет них можно контролировать всю систему. Он бы скорее переставил устройство с двойника, чем допустил хоть какой-то риск.

А его способность?

Слишком далеко, — ответил Старик однозначно. — Он мог использовать ее для активации устройства контроля, но не для самого контроля. Одно дело — несколько сотен километров на планете. Совсем другое — корабли, которые вращаются по внешней орбите.

Даже если так, то в любом случае встает другой вопрос. Если я справлюсь с Никитой, то что делать с офицером? Он ведь тогда выйдет из-под контроля.

Можно, конечно, использовать Внушение… Но, помня предупреждения Старика, я старался найти какой-нибудь другой способ…

Ты слишком медлишь, — предупредил вдруг Старик.

Поспешишь — людей насмешишь, — отозвался я глубокомысленно.

Не в этом случае. У тебя пять секунд. Потом он тебя заметит.

Да чтоб тебя!

Еще секунду я прикидывал, а потом просто врезал по сенсорной панели, открывая шлюз, а следом, ломая автоматику, проломил Телекинезом внешнюю стенку челнока.

До того, как выпрыгнуть наружу, я успел буквально забить весь шлюз щупальцами «рук». Парочку из них пришлось использовать, чтобы сломать створку, остальные же в ту же секунду устремились в просторный зал дока. Несколько в первое же мгновение схватили имперцев. Остальные зависли по всему доку, готовые к любым неожиданностям. В том числе к тому, что из-за какой-нибудь нише появится автоматическая турель.

В идеале, конечно, было бы еще и прикрыть камеры с датчиками, которые тут наверняка были. Но для этого нужно было бы знать их точное расположение. Так что — похрен на них.

Завершив маневр, я врезался ногами в пол в паре метров от Никиты, сразу же выхватив сайдер.

На что Две Восьмерки, надо заметить, вообще не прореагировал. Как стоял, так и остался стоять. И свой Меч даже не попытался достать. Хотя бойцом, как я теперь знал, он был очень и очень неплохим…

Но, конечно, не таким как Девятый.

Во взгляде у «Никиты» мелькнуло что-то вроде обреченности.

— Ничего не делай, — сказал он.

И сказал он это… не мне. А офицеру. Тот, кстати, оказался очень неслабым стихийником. Пожалуй, не ниже четвертого ранга.

Мои «руки» в отличие от двух других имперцев он сбросил мастерски. Я тут же накинул новые, но он бы наверняка сбросил бы и их. В итоге с ним бы точно пришлось бы повозиться… Если бы не этот приказ Никиты.

После него офицер тут же замер на месте немым истуканом. Наскоро прощупав его Ясновиденьем, я ощутил в районе его затылка ненормальность. В общем, как и думал Старик, там действительно было спрятано устройство контроля.

Тогда я уже перевел взгляд на Никиту.

Старик?

Отказываться тот не стал, и снова взял на себя контроль.

В то же мгновение Восемьдесят Восьмой рядом вздрогнул… Блин! Вот даже интересно, как он умудрялся такие тонкости улавливать⁈

Старик ведь даже не шевельнулся! Глазом не моргнул!

Вот это, называется, авторитет.

— Девятый, — сказал реинкарнатор, глядя на меня.

В этот раз в его голосе не было столько страха и благоговения, сколько в прошлый раз. Частично он смог справиться со своими чувствами. Но все равно трепет в нем ощущался.

Я в очередной раз понял, что Старик даже десятой части не рассказал мне о своих предыдущих приключениях в сотне миров.

Это чего такого нужно было натворить, чтобы заслужить к себе такое отношение? Десять жизней подряд тренировать Тихий Шаг и больше вообще ничего не делать?

Искренне надеюсь, что нет.

— Брат. Ты не ответил на мой вопрос.

Вопрос?

А! Это про то, почему Восемьдесят Восьмой думал, что Старика тут нет? Видимо, да, именно про это.

— Ты и сам знаешь, — голос Никиты дрогнул.

Гм…

Что знаешь⁈

— Да, — ответил Старик.

Да е мое! А мне кто-нибудь объяснит⁈

Мое любопытство достигло запредельного уровня, но я все же держал себя в руках, понимая, что вот-вот и так все узнаю.

— Где он? — спросил Старик.

— Как и всегда, — ответил Восемьдесят Восьмой. — Во множестве мест.

— И здесь?

— Да.

Последнее признание реинкарнатор выдавил словно через силу. Еще я чувствовал жалость и искреннее сожаление, с которыми Старик смотрел на одного из своих братьев.

И это тоже было для меня удивительно. С одной стороны, Восемьдесят Восьмой изо всех сил старался прикончить Старика, да и в целом очень вольно относился к убийствам. Это в то время как Старик напротив был ярым противником такого подхода. Но все же Старик жалел этого своего брата.

Многие из наших братьев прошли очень тяжелым путем, — раздалось в голове. — Восемьдесят Восьмой был из тех, кому часто приходилось особенно тяжело. Его способность прежде была менее сильной, но все-таки крайне полезной. Особенно с учетом способности Сорокового.

Сорокового?

Это было новое имя. Я не помнил, чтобы Старик упоминал его.