Я прекрасно понимал, что окончательно выпал из образа неграмотного сельского рыбака, который в принципе не может знать таких терминов, как «взрывчатка», «хаос», «детонация» или «мощность». Но по-другому в данной ситуации было нельзя, а так я хоть сумел заинтересовать слушателей, и они меня хотя бы не убивали. Наконец, мою эмоциональную речь прокомментировал один из тройки телохранителей призванной героини.

— Это задача для смертника, дорога в один конец. Потому как при взрыве посланный на задание боец тоже неминуемо погибнет.

— Вовсе нет! — горячо возразил я. — Горшок с гремучей смесью можно метнуть из-за укрытия, самому же спрятаться и пережить взрыв. Или разбить камнем издалека. Или соорудить фитиль. Да, в любом случае будет опасно, но шанс уцелеть наверняка всё же остаётся. И я даже сам готов рискнуть, потому как это всяко лучше, чем сидеть тут в крепости и ждать, когда такой же снаряд прилетит тебе прямо на голову.

О том, что это однозначно лучше, чем быть прирезанным сумасбродной героиней, в подвыпившем состоянии оказавшейся слабой на передок и позволившей лишние вольности молодому аристократу, которые вынуждена теперь скрывать, убирая свидетелей, говорить я не стал. Но все присутствующие, думаю, всё прекрасно поняли. Стелла долго молчала, размышляя. Наконец, пылающий меч в её руке погас.

— Допустим, ты меня заинтересовал. Вот только как ты собираешься проникнуть во вражеский лагерь? Там ведь наверняка полно охраны!

— В том кусочке разговора, который я услышал, было про некий плащ-невидимку, который призванной героине прислал король. В таком можно будет незаметно пройти любую охрану. И после выполнения миссии так же незаметно для противника вернуться обратно в крепость Алатырь-Кала.

После таких моих слов думала леди Стелла гораздо дольше — видимо, магическая вещь была весьма ценной, и расставаться с подарком короля даже на небольшое время призванная героиня не хотела. И после нескольких минут напряжённого размышления вместо оглашения решения девушка-паладин неожиданно спросила про корзинку ягод у меня в руках.

— Знакомая кикимора принесла подарок от себя и русалок. До службы в армии я ведь всё-таки был рыбаком, жил на природе вдалеке от других людей и со всевозможной нечистью постоянно сталкивался. Вот и подружился с некоторыми речными и болотными жителями.

Сын барона недоверчиво хмыкнул и посмотрел на леди Стеллу в ожидании опровержения моих слов, но девушка ответила другое.

— Как ни странно, Альвар Длинный не врёт, и это действительно подарок от кикиморы. Я даже ощущаю присутствие этой мелкой нечисти прямо тут в комнате. Впрочем, для людей кикимора не опасна, так что пусть живёт. Хорошо, боец, ты получишь магический плащ для выполнения миссии. Но, сам понимаешь, вещь эта очень ценная, так что я надену на тебя и ошейник подчинения. На всякий случай, чтобы у тебя не возникло мыслей убежать или переметнуться к врагу. И как вернёшься с задания, по дороге к форту Берг поговорим о твоих странностях. А то сдаётся мне, Альвар Длинный, что ты многое недоговариваешь о своём прошлом.

— Как вам будет угодно, госпожа, — я низко в пояс поклонился «святой», чтобы скрыть лезущую на лицо довольную ухмылку.

Почему я вызвался добровольцем на столь самоубийственное задание? На ум приходит разве что следующая аналогия. В романе Александра Дюма «Три Мушкетёра» есть момент, когда после казни жены Атос заключает с драгунами пари, в котором обязуется вместе со своими верными друзьями позавтракать в бастионе Сен-Жерве на глазах у всей неприятельской армии. И на справедливый упрёк Портоса, что их там всех убьют, отвечает: «Нас ещё вернее убьют, если мы не пойдем туда». Как нельзя более точно описана моя ситуация!

Перед уходом леди Стелла неожиданно шагнула к телу Варьи и откинула прикрывающую лицо ткань. Долго смотрела на мёртвую девушку, даже после смерти сжимающую оберег почитаемой ею при жизни богини Живицы. А потом вдруг зажгла свой огненный меч и запалила тело, которое неожиданно ярко вспыхнуло, буквально на глазах обращаясь в прах.

— Твоя подруга не станет зомби, чем бы вся эта история ни закончилась. Богиня Живица с радостью примет её в своих небесных чертогах, да и бог войны Дракер будет к ней благосклонен. А вот тебя, Альвар Длинный, жду вскоре у южных ворот. И начинай уже молиться всем богам и демонам, чтобы твоя самоубийственная миссия увенчалась успехом!

— Страшн-ная женщин-на! — прокомментировала ситуацию Кирена, когда за группой дворян закрылась дверь. — Она отмечен-на зн-наком богов, и от неё буквальн-но веет смертью. Эта девушка-рыцарь даже посильн-нее будет ворон-на хозяин-на рощи!

Всё это время кикимора простояла незамеченной в паре шагов от меня, дрожа от страха и похоже уже не веря, что уцелеет. Я же заинтересовался словами нечисти и перевёл взгляд с погребального костра на свою необычную подружку.

— Скажи, Кирена, а на мне этого «знака богов» ты не видишь?

— Н-нет, хозяин-н. Ты обычн-ный человек, как и все. А та девушка особен-ная!

— Неудивительно, ведь она всё-таки призванная героиня…

Я даже не знал, печалиться ли мне или наоборот радоваться оттого, что никаких уникальных умений у меня нет, и даже нечисть не видит во мне призванного героя. Быть обычным человеком безусловно спокойнее. Но как же временами мне не хватало «супергеройских» способностей!

Во дворе крепости я пересёкся с Альваром Везучим, ведущим обожжённого бойца своего десятка к армейскому лекарю. Рассказал ему о смерти нашей односельчанки Варьи, а также о том, что меня вновь посылают за ворота на ночь глядя с самоубийственным заданием — на этот раз заставить замолчать вражеские катапульты.

— А я ведь предупреждал тебя, долговязый, что не стоит выделяться из толпы! — армейский ветеран сегодня был зол и раздражён, что меня совсем не удивляло при творящемся вокруг огненном кошмаре. — Если один раз показал господам свою полезность, то они с тебя уже не слезут до самой твоей смерти. Что ж, удачи тебе в твоём безнадёжном деле! — бывший деревенский алкоголик похлопал меня по плечу. — Но если не получится выжить, я твой десяток себе возьму. Тебе вообще очень повезло с бойцами — у твоих выучка получше, да и с дисциплиной никаких проблем нет.

Я хотел было ответить, что никакого везения тут и в помине нет, и всё дело в способности десятника найти правильный подход к своим бойцам, но показавшиеся во дворе телохранители призванной героини поманили меня рукой, так что пришлось заканчивать разговор. Так это и есть описанный в сказках плащ-невидимка? Я с некоторым сомнением рассматривал выданную мне чёрным угрюмым рыцарем короткую накидку с капюшоном. Надел её поверх кожаной брони, не накидывая пока что на голову капюшон, и осмотрелся. Телохранители леди Стеллы меня по-прежнему прекрасно видели.

— Возвращайся до рассвета, иначе ошейник тебя убьёт, — начал инструктировать меня один из рыцарей, проверяя при этом крепление металлического обода у меня на шее. — Также обруч немедленно убьёт тебя, если попробуешь заговорить с врагами или удалишься от крепости далее десяти тысяч шагов. Всё понял? Тогда иди!

Он весьма грубо вытолкал меня в узкую щель слегка приоткрытых ворот, и мне не оставалось ничего иного, кроме как удалиться. Стараясь походить на виденных мною раньше селян в ошейниках подчинения, я шагал механически и не выражал никаких эмоций, обогнул «противозомбячий» ров у крепостных ворот и двинулся в сторону горного ущелья. Отошёл шагов на пятьдесят и натянул капюшон на голову, с интересом ожидая необычного результата.

Странно. Ничего не изменилось. Я по-прежнему видел свои руки, ноги и всё остальное. Мой магический плащ не работает? Или нужно его как-то активировать — ну там произнести кодовые слова или сделать что-то иное, чего мне забыли сообщить? Но как же в таком случае я пройду через всю вражескую охрану? Я развернулся и поспешил обратно к крепости, пока её ворота ещё не закрыли.

Снаружи за воротами стояли два чёрных телохранителя «святой». Они всматривались вдаль, силясь что-либо разглядеть в наступающих сумерках, и негромко переговаривались меж собой.