Забалуев про мои железные зубы рассказал и о оказавшимся крайним маркони-Лифшице, Новиков в свою очередь о том, как у него в июне Жигарев от Абакумова прятался. Потом, как водится: "На полётах о пьянке, а на пьянке о полётах". Бензин фронту выделялся, импортный, только куда он девается, наверное только Мехлис разобраться может. Сан Саныч сказал что будет разбираться, только как-то неуверенно сказал. Пока шло разбирательство, пришёл приказ — перебазироваться в Москву, на аэродром Внуково. Начиналась эпопея 5-го ИАП в зимнем наступлении.
На меня сразу после перелёта свалилась куча проблем. Наш командир, полковник Забалуев, ушёл на повышение — дивизию принимать, а меня назначили ВРИО. Полк в этот момент был по сути "безлошадным", во Внуково сели только 17 машин, остальные, в разной степени неисправности везли из Ленинграда, эшелоном. Мало того, начали забирать испытателей, никакие возражения не помогали. "Стране нужны новые типы самолётов, а все испытательные кадры по фронтам разбросаны. Откомандировать в кратчайшее время". Говорят, так распорядился товарищ Сталин, а уж если ОН распорядился… Девять отличных лётчиков, один из которых без пяти минут Герой Советского Союза, как корова языком слизнула. Хотя конечно самолёты испытывать тоже надо, уходящие рассказали, что из "шарашки" выпустили Поликарпова и Туполева. Николая Николаевича за новую машину И-185 и модернизацию "Убивца", а Андрея Николаевича за новый фронтовой бомбардировщик, ФБ-103 (Ту-2 РИ). Вот их то и нужно кому-то доводить до ума. Только нам от этого не легче, полк теперь состоит из двух эскадрилий, а это значит, что прикрыть возвращающихся из боя будет некем, да и нарастить усилия при расчистке воздушного пространства тоже не получится. Написал в штаб ВВС РККА, а пока нам приходилось работать "швейцарами". Непонятно почему во Внуково стали собирать все самолёты ГВФ, а мы их встречали, лидировали до посадки, заодно аэродром прикрывали. Как будто истребителей в Московской зоне ПВО мало.
К пятому января полк превратился в "бедных родственников", все стоянки были забиты Г-2, ПС-84, П-5, стали подтягиваться ТБ-3, а мы ютились по углам, там где эти "сараи" не помещались. С жильем для пилотов тоже не все благополучно, в окружающих деревнях становились на постой в огромных количествах десантники. Что-то назревало. Во всем этом столпотворении был один плюс — доступ к запчастям с завода N1 и помощь специалистов. Наш инженер развил бурную деятельность и восстановил почти все самолёты, что прибыли эшелоном, а из госпиталей вернулись трое наших пилотов. Когда прилетел командующий ВВС Яков Владимирович Смушкевич, я сумел доложить о двадцати девяти лётчиках и двадцати семи боеготовых И-200У.
— Товарищи! Наступление Красной Армии в декабре месяце привело к блестящим победам. Немецко-фашистские войска повсеместно разгромлены и трусливо бегут с поля боя. Престиж фашистской Германии и её сателлитов сильно упал. Товарищ Сталин нас учит… — Актовый зал ДК Авиаторов был полон командиров и политработников, и командующий ВВС был максимально формален, скажешь что нибудь не так, потом объясняйся, что ты не верблюд. А вопрос был очень важный — подготовка десантной операции под Вязьму. Размах предполагался больше, чем у немцев на Крите, а сил и средств конечно не хватало.
— …Повторяется ситуация с "Финской войной", предполье преодолели и уперлись в долговременную оборону. Сплошные линии траншей и заграждений, отмечены долговременные огневые точки, даже бетонные. Для содействия прорыву, Ставкой Верховного Главнокомандования принято решение о высадке в тылу врага 4-го Воздушно-десантного корпуса и частей 5-го ВДК. Для этого штабами ВВС и Воздушно-десантных Войск разработан следующий план…
Из всего сказанного Шестаков уяснил — всё как всегда — через жопу. Десантников нагнали почти 15 тысяч человек, а транспортных самолётов со всего Союза — 146 и это включая такие раритеты как ПС-9. Называется эта "Выставка народного хозяйства" — МАГОН — Московская Авиагруппа Особого Назначения, которую разделили на три ОТРАП — Отдельный Транспортный Авиационный Полк. Каждый из полков базируется на своём аэродроме: Внуково, Раменское и Люберцы, а место сброса в трехстах километрах, под Вязьмой — треугольник Знаменка, Юхнов, станция Угра. Чтобы перевезти всю ораву десантуры, надо сделать пять рейсов и это минимум, в реальности конечно больше. Снабжать десант думают всякими Р-5, П-5, У-2 из-под недавно освобождённой Калуги, с аэродромов Ржавец, Жашково и Грабцево, а вот отсюда начинается самое интересное. Прикрытие и поддержка будет осуществляться с этих же аэродромов силами их полка и ещё штурмовиков в составе 11 ШАП на БШ-2 (Ил-2 РИ) и ББ-1 (Су-2 РИ). Услышав это, Лев Львович почувствовал себя курицей у которой выводок цыплят, а в небе кружит коршун. Попробуй прикрой три аэродрома, сопроводи транспортники и штурмовики, да почисть воздух перед подходом десантных эшелонов. Из Подмосковья эшелоны ВАТО (Военнотранспортный Авиационный Отряд) прикрывать будут только группа ДИ-100 (Пе-3 РИ) из 9-го дальнебомбардировочного и 414 ИАП из ПВО Столицы. Как хочешь, так и крутись, а у коршуна есть вполне знакомое имя — JG 51, эти гады мух ловить не будут, чуть зазевался и пиши — пропало.
— Пал Палыч, вы мой рапорт получали? — Генерал майор Юсупов, зам начальника штаба ВВС, выглядел как Шестаковский близнец, зубы железные, пальцы левой руки расплющены, в июне 41-го тоже познакомился с ребятами Абакумова.
— Получал конечно, но пополнить тебя нам нечем. Индекс "У" снят с производства. Временно.
— Как?!
— Как, как? Каком к кверху! Приказ Самого. Не хватает алюминия и моторы все идут на БШ. Впрочем, за обычными "Духсотыми" тоже очередь, как за хлебом.
— И на чем же нам летать?
— Сняли с производства ББ-1 "Иванов", сейчас будет избыток 88-х моторов, значит появится куча И-180-х, задел по ним ого-го какой.
— Не надо нам "Стовосьмидесятые".
— Послушай Лёва, чего я тебя как барышню уламываю? То ему не эдак, сё ему не так. Рожу я тебе самолёты, что ли? Чего молчишь? Ладно, только для тебя, как родному. Дам десять "американцев", называются "Киттихаук", с пилотами из ЗАПа. Машина — пальчики оближешь. Дальность, связь, приборное оснащение, все по уму.
— Пал Палыч, ну вот почему у меня ощущение, что вы меня обманываете? Дайте хотя бы обычные "Двухсотые".
— Лев Львович, иди в задницу. Бери что дают и не выкобенивайся. А то вообще ничего не дам и останешься как дурак, с двумя эскадрильями.
— Злой вы, товарищ генерал-майор.
— Вы, товарищ подполковник, злых не видели. Есть у нас зам начальника по тылу, майор Приходько, вот где злоба лютая, даже деревянных лопат для расчистки аэродромов и то не допросишься. Он завтра сюда прилетает, будет организовывать базу снабжения десанта со складов ВВС. Глазунов (Командующий ВДВ) заранее верёвку мылит, чтоб повеситься. Они же, соколики, голые аки младенцы, своего ничего нет. Ни жратвы, ни парашютов, ни контейнеров, даже комбинезоны и то наши.
— А зачем же их из состава ВВС в отдельный род войск преобразовали? Насколько сейчас проблем бы меньше было.
— Эх, Лёва… — Генерал с трудом вылез из-за маленького стола, места для размещения штаба для такой крупной операции во Внуково не было и Юсупов ютился в кабинетике при авиационной рембазе, и выглянул за дверь. После прикрыл её поплотнее. — Ты ведь в Минской тюрьме сидел?
— Ну.
— Не "нукай", не запряг. Вытаскивал вас кто оттуда?
— Рычагов.
— Один, что ли?
— Нет, с красноармейцами.
— Не с красноармейцами, а с бойцами БАО. Правда из них бойцы, как из говна — пуля. А вот Новиков с Жигаревым, когда всех подряд грести начали, не будь дураки, 201 бригаду на крыло подняли и штаб ею прикрыли. НКВД с десантниками связываться не захотели и кроме Левина в Ленинграде больше никого не взяли. Смекаешь?