Заполошный звонок тренера известил меня о том, что меня всё-таки включили в легкоатлетическую сборную СССР. Так что на чемпионат Европы я попаду. Теперь бы ещё как-то сманеврировать, чтобы не пришлось ехать на двухнедельные сборы. Пользы они мне не принесут, а допинг я всё равно употреблять не собираюсь.
О применение допинга в спорте стало широко известно после скандала на Олимпийских играх в Риме, в 1960 году. Двое датских велосипедистов тогда упали на трассе и потеряли сознание, а потом один из них, Кнуд Иенсен, умер.
В воспоминаниях моей первой жизни сохранились слухи о том, что СССР закупило самое современное оборудование по тестированию спортсменов на допинг и смонтировало передвижную лабораторию на теплоходе. Странным образом этот теплоход всегда оказывался рядом с местом проведения крупных спортивных соревнований, будь то Олимпийские игры, или иные значимые чемпионаты. Точные анализы, сделанные перед соревнованиями, позволяли максимально использовать препараты и не попасть в превышение норм на допинг при контрольных проверках. Агрессивное применение допинга было отмечено на Олимпиаде в 1976 году спортсменами из ГДР. Восточные немцы очень серьёзно тогда потеснили на пьедесталах многих спортсменов, в том числе и наших, а их сборная, по количеству медалей лишь немного не дотянула до сборной СССР.
- Ты хочешь к чемпионату набрать оптимальную форму? - хитро жмурясь, выглянула из-за журнала со своими записями супруга. Долгожданное известие о том, что я попадаю "на Европу", не миновало её слуха, так что почти весь разговор с Семёнычем она прослушала вместе со мной, для чего я чуть отодвинул трубку от уха.
- Что именно ты предлагаешь?
- Можно скинуть вес, килограмма на два-три, и увеличить силовые тренировки, чтобы поднять объём мышц. Я немного с футболистами поэкспериментировала. Два новых комплекса упражнений дают убедительные результаты именно по твоим группам мышц. Остальное тебе не так интересно, там больше на выносливость.
- Ты их ещё насмерть не замучила? - фыркнул я, представив, как отрабатывались новые упражнения.
- Наоборот. Даже нагрузки снизила, и время тренировок уменьшила.
- И их тренер согласился?
- Я у него две недели выпросила, а потом мы повторно провели тесты. Парни прилично добавили в скорости и прыгучести. Похоже, они сами были удивлены.
- Одной травой питаться не буду, - выставил я перед собой обе ладони, заранее отгораживаясь от возможной диеты.
- Пф-ф, и не надо. Только картошечку, ну, и мучное всякое, ты теперь не скоро увидишь, а вот на пару килограммов икры придётся разориться.
- Даже голодом морить не будешь? - подозрительно уставился я в глаза жене.
- М-м, совсем немножко, только в самом начале, - правильно истолковала она мой взгляд, сообразив, что я собираюсь отказаться от предстоящих мероприятий и оставить всё так, как есть. - Надо, чтобы организм перестроился на ограниченное количество углеводов. Зато потом, после углеводного удара, мы наоборот резко увеличим их число, и мышцы станут рельефными и добавят объём. Организм как бы приготовится к следующей неприятности и сам накопит нужный запас. Зато я обещаю, что всё будет вкусненько-превкусненько. Договорились? - мурлыкнула она, залезая пальцами под рубашку
- Это запрещённый приём, - запротестовал я, понимая, что очередной спор снова безнадёжно проигрываю. - Я уже сейчас жрать хочу.
- Я возьму с собой в спальню яблоко. Смотри, какое оно красивое.
- Знаю я эти яблочки. У Адама и Евы всё так же начинаюсь, - проворчал я напоследок, чтобы оставить за собой последнее слово. Пусть знает, кто дома хозяин.
Восьмистраничное эссе, посвящённое будущему радиоэлектроники, я собственноручно отпечатал на нагло стыренной с работы новенькой печатной машинке. Пожелание Микояна, предложившего мне рассмотреть проблемы СССР в нашей радиотехнической промышленности взглядом со стороны, упало на благодатную почву. Я не экономил краски и эмоции, расписывая роль электронных устройств во всех областях жизни, включая военное применение и космос. Прекращение производства собственных процессоров, ничтоже сумняшеся, назвал предательством. Заодно прошёлся и по военному применению своих аккумуляторов. До меня донесли точку зрения одного из военных, который считал, что мои батареи американцы из бытовых изделий повыковыривают, и вернут их обратно, на историческую родину, в своих ракетах. Как мог понятнее постарался донести, что выигрыш в сто граммов на батарейках не принципиален, учитывая вес боеголовки в четыреста - пятьсот килограммов. Максимально ехидно отметил техническую безграмотность подобных предположений, исходя из токов разрядки. Зато соловьём распелся, описывая применение подобных батарей в переносных миниатюрных рациях. Специально вставил с десяток жирных намёков, которые обязательно потребуют дополнительных объяснений. Сразу писать какое-то объёмное исследование бессмысленно. Вряд ли те, кто его будет читать, имеют необходимые знания. Так что писал популистски, простым языком. Жёстко проехался по качеству. Может, моё видение дойдёт до нужного человека, и для него станет откровением, что из миллионов выпушенных транзисторов и микросхем, которые нашли своё отражение в итоговых цифрах Госплана, больше половины - откровенный брак. Количество не всегда переходит в качество, если качество никто не хочет замечать. В конце своего творения выписал полтора десятка зарубежных фирм, с указанием их специализации и перспектив на будущее. Ссылка на журналы, из которых я про них узнал, у меня давно готова. Там уже не один десяток производителей и научных центров набрался. Скоро надо будет под это дело новую общую тетрадь заводить.
Утром перечитал своё творение ещё раз и, вздохнув, отложил в сторону. Пусть ещё денёк отлежится, а то не исследование вышло, а крик души. С эмоциями явный перебор. Страницы три точно придётся переписывать заново. В конце концов, не мой это уровень, указывать, что строительство одной атомной подводной лодки обходится стране в десятки раз дороже, чем нужно на массовую реорганизацию отечественной радиоэлектроники. Большие дяди играют в большие игрушки. Десятки советских атомных субмарин бороздят просторы океанов и ставят рекорды. За годы "холодной войны" СССР потратит на вооружение около десяти триллионов долларов, и экономика страны надорвётся.
Кассетные дупликаторы, позволяющие ускоренно записывать сразу по двадцать кассет, пришлось опять покупать за свои деньги. Дождался, пока часть моих средств вернётся с ранее выданных авансов, и снова раскошелился. На демонстрационные кассеты, которые у нас идут в комплекте с плеером, общие правила не распространяются. Наша грымза - юрист три дня потратила, чтобы дать обоснование такому предложению. Вопрос, что будем записывать, у меня даже не возник. Конечно то, что мы сами записали. Двинем собственное творчество в массы. Пришлось изрядно попыхтеть с записью двух инструменталок. Обе стороны кассеты начинаются с них. Спокойные композиции, с максимумом стереобазы, натуральным звучанием контрабаса, саксофона и рояля. Ольге, нашей солистке, выделили место под её четыре новые песни. Остальной объём кассеты заняли наши песни. Посмотрим, какой отклик они получат у будущих счастливых обладателей стартовой партии плееров.
Первую сотню новых изделий, буквально собранных вручную, мы эксклюзивно отправили в Пассаж, в отдел радиотоваров. Сказались какие-то торговые заморочки, и пока областное управление торговли щёлкало клювом, товароведы с Пассажа подсуетились и забрали себе всю партию. Журнал "Новые товары", где нашему плееру посвящена целая страница, ещё не вышел. Мы его ждём где-то через неделю, а пока покупатели видят незнакомое им устройство. Хорошо, что мы успели с яркой упаковкой. Она заметно выделяется на витрине и притягивает к себе внимание. В первый день было продано семь плееров. Во второй тридцать два, а на третий день плеера закончились, за два часа до закрытия магазина. Достойный результат продаж для маленького изделия с ценой в сто сорок пять рублей.