Теперь Адам начал двигать бёдрами, потираясь членом о попку Таши. Но уже в следующее мгновение она завела одну руку за спину и легонько сжала его плоть, а затем начала ласкать большим пальцем головку, пока оттуда не выступила смазка.

- Ох, Господи, у тебя просто волшебные руки, - простонал Адам, переворачивая соблазнительницу на спину и впиваясь в её губы собственническим поцелуем.

Их языки сплелись в страстном танце, лаская друг друга. Когда Адам накрыл тело девушки, она была уже почти готова для него и только шире развела бёдра, обхватывая ногами его талию. Оторвавшись от её рта, Адам начал прокладывать дорожку из поцелуев вниз вдоль шеи, пока не достиг груди. Когда он вобрал в рот один сосок и начал его посасывать, Таша от наслаждения выгнула спину. Приласкав один сосок, Адам проделал то же самое со вторым.

- Я обожаю твою грудь. Она просто шикарная, - прошептал он у самого уха.

Таше никогда не нравилась её большая грудь. Из-за неё она в подростковом возрасте часто подвергалась насмешкам и нападкам. Но сейчас, осознав, что Адам чуть ли не поклоняется её груди, Таша впервые в жизни гордилась своими размерами.

Адам начал опускаться ещё ниже, и Таша, схватив его руками за волосы, попыталась потянуть его голову вверх. Но мучитель только засмеялся и погрузил язык в пупок.

Таша не могла подумать, что там может быть эрогенная зона. Но когда Адам принялся вылизывать столь чувствительное место, она просто задрожала от наслаждения. А потом он опустил свою голову ещё ниже, заставляя Ташу уже чуть ли не умолять его взять её. Раздвинув её набухшую влажную плоть, он ввёл в лоно один палец.

- Ах! – застонала она.

Адам начал двигать пальцем, а Таша выгибалась, пытаясь насадиться на его пальцы как можно сильнее и глубже. Через некоторое время он добавил второй палец, и, накрыв губами её клитор, начал ласкать его языком.

И она кончила, выкрикивая в оргазме его имя. Тяжело дыша, она пыталась что-то сказать, но безуспешно. Поднимаясь вверх вдоль её тела, Адам оставлял на коже дорожку из её собственных соков.

Добравшись до рта, он поцеловал Ташу, разделяя с ней её же собственный вкус, и начиная входить в неё своим большим членом. Опираясь ступнями, девушка приподняла бёдра ему навстречу. Войдя в Ташу на всю длину, Адам замер.

Она сжала его плоть своими внутренними мышцами. Его член был намного больше, чем у мужчин, с которыми она была до этого. Но он просто идеально наполнял её. Когда он начал резко вбиваться в неё, Таша вцепилась своими пальцами в его плечи, в беспамятстве царапая кожу. Адам задал такой бешеный ритм, какой не каждый мужчина смог бы выдержать. И прежде, чем Таша смогла опомниться, новая волна наслаждения накрыла её с головой.

Адам подхватил её под колени и закинул ноги себе на плечи, двигаясь в ней ещё сильнее, ещё более размашисто. Сделав ещё несколько толчков, Адам с громким криком кончил, падая без сил сверху на девушку.

Таша гладила его по волосам, наслаждаясь каждой минутой проведённой с этим замечательным мужчиной. За этот короткий промежуток времени, что они были вместе, Адам подарил ей больше счастья, чем кто-либо за всю её жизнь. И его забота о её сестре - это всего лишь малая доля того, за что она восхищалась им.

Она никогда раньше не чувствовала себя так комфортно и уютно. Она всегда была одиночкой. Так ей было легче скрывать ото всех секреты своей семьи. Но Адам каким-то способом умудрялся всякий раз пробиваться сквозь её защитную оболочку. И раньше, когда они были в другом городе, и теперь, когда они находились на чужой Территории.

Как Таша не пыталась, она не могла не запретить себе думать о том, что у них могло бы быть общее будущее.

Таша прижалась к нему ближе. Она знала, что никогда не сможет стать парой Альфе. Она не была красавицей и, уж тем более, не имела важных связей. Она была всего лишь одинокой женщиной с малолетней, неуправляемой сестрой.

Адаму не нужны такие проблемы. На его плечах и так слишком много ответственности, чтобы переживать ещё из-за её трудностей. Таша заморгала, пытаясь сдержать слезы. Как только они вернуться домой, она должна будет отпустить его. Но сейчас ей хотелось как можно дольше наслаждаться временем, проведённым с ним.

Положив руку на спину Таши, Адам провёл её в гостиную. Он не собирался скрывать, чем они занимались ночью и даже утром. Ясное дело, что каждый из присутствующих в доме волков-оборотней способен унюхать их запахи друг на друге. Честно говоря, Таше нравилось собственническое поведение Адама по отношению к ней. Как будто он уже пометил её и теперь показывает каждому, кому она принадлежит. Это было просто замечательное ощущение.

Утром Таша попыталась потихоньку сбежать в свою комнату, чтобы привести себя в порядок, но Адам схватил её, поднял на руки и понёс в свой душ. Там он тщательно вымыл всё её тело, даря удовольствие каждым прикосновением. Ни разу в своей жизни она не чувствовала себя такой любимой и обласканной.

Как только они вошли в гостиную, Таша увидела сестру, примостившуюся в уголке коричневого кожаного дивана. Опустив голову вниз, та что-то шептала Мариссе. Отпустив Ташу, Адам направился к отцу в другую сторону комнаты.

Увидев сестру, Кристалл вскочила с дивана, подбежала к ней и обвила её за шею руками.

- А знаешь ли ты, что, когда Мариссе было столько же лет, сколько мне сейчас, её выгнали из Стаи из-за того, что она не может обращаться? И что она тоже убежала в город? Она тогда даже не знала, что полуоборони могут соединяться с чистокровными оборотнями и иметь детей!

Пребывая в шоковом состоянии от информации, которую на неё так внезапно вывалила сестра, Таша перевела взгляд на Мариссу. Та в ответ только улыбнулась, и Таша поняла, что её сестра в надёжных руках.

- Я не знала этого, - ответила она, наконец.

Кристалл схватила её за руку и потянула за собой к дивану.

- И она узнала правду только когда приехала на церемонию спаривания к сестре и встретила Гейджа. Представь только, она много лет жила одна-одинёшенька, без Стаи.

Таша села возле сестры и попыталась переварить полученные от неё сведения. Без поддержки Стаи девушка-оборотень очень уязвима, и её жизнь находится под угрозой. И угроза исходит не только от людей, но и от волка-одиночки. Она даже никогда не слышала о волчицах-одиночках.

Большинство оборотней-одиночек либо изгнали из Стаи, либо они уходили сами, не получив должность, которую, по их мнению, заслуживали. Волки-одиночки были непредсказуемы и зачастую очень опасны. В большинстве случае они отказывались от правил и порядков, которых придерживалась Стая.

- Должно быть, это было просто ужасно, - с сочувствием произнесла Таша, обращаясь к Мариссе.

Та только засмеялась и махнула рукой.

- О да, было ужасно. Но благодаря этим событиям я встретила Гейджа. И уже ради этого я согласилась бы снова всё пережить.

Наблюдая за тем, как нежно Марисса провела рукой по округлому животу, Таша поверила ей. Ей было интересно, каково это – чувствовать, что в тебе растёт новая жизнь. Быть связанной с этим ребенком ещё до его рождения.

Таша задавалась вопросом: будет ли она такой же хорошей мамой, как, например, Марисса, или ей не позволит ее гены? Бросит ли она свое чадо, как это сделали ее родители?

Пытаясь сдержать слёзы, Таша подняла глаза и встретилась взглядом с Адамом. Должно быть, почувствовав непонятные перемены в её настроении, он сделал шаг вперёд. Но Таша слегка покачала головой, не желая, чтобы из-за каких-то её бредовых переживаний он оставлял отца. Адам улыбнулся ей и снова обернулся к отцу и Логану.

А Таша сосредоточила своё внимание на собеседницах, не упустив тот факт, что Марисса всё это время внимательно наблюдала за ней. Сестра всё так же продолжала рассказывать Таше, что у них с Мариссой возникают иногда одинаковые чувства и желания. И что, так же как и Марисса, она время от времени чувствует внутри себя волчицу.