С ростом группы «А» росло и ее превосходство над группой «Б». Если в военное время перекос был понятен без слов, то сейчас разрыв между объемом денег населения и товарной массой превращался в проблему. Ковры, автомобили, деликатесы и приличная одежда доставались после нервотрепки, и лишь избранным быстро — по блату. Качественные товары, вроде китайских изделий (термосы, фонарики, кеды, посуду) просто так купить было невозможно, их выдавали передовикам производства. В виде поощрения, как «красные шаровары» в годы революции.
Особым вниманием москвичей, гостей столицы и фарцовщиков пользовались фирменные магазины стран социалистического содружества. Колониальные товары продавались быстро, как горячие пирожки, но в деле насыщения спроса выручали мало. В любое время протолкнуться там было невозможно, глаза разбегались, однако такие очаги изобилия только подчеркивали проблему.
Нет, всевозможные «платки, трика и чулки» производились, отгружались в магазины страны, и о них рапортовали в газетах. Вот ведь беда, почему-то миллионы пар советской обуви годами пылилось на полках, а за югославскими сапогами женщины гонялись, не зная устали и невзирая на зверскую накрутку спекулянтов.
Все эти мелкие проблемы оставались за закрытым окном автомобиля «ЗИЛ-114». Возвращаясь от Брежнева на собственную дачу, Арвид Янович Пельше туманился о делах государственных. Отложив газету и прикрыв глаза, он откинулся на мягкую спинку заднего сиденья. Едва слышимый гул кондиционера сливался с шелестом колес, и размышлениям не препятствовал.
В своем последнем послании беглец Седых приглашал к разговору. Сделать это он намеревался в поселке Юрмала, что находится возле Риги, и общаться желал исключительно в компании товарища Пельше. К разговору допускался товарищ Пуго, но не более того.
— А почему нет? — на прощанье сказал товарищ Брежнев. — Поезжайте с женой, отдохнете заодно. Бориса Пуго тоже возьмите, насчет отпуска я распоряжусь. И Юре позвоню, пусть все организует.
— Спасибо, но Андропова беспокоить не стоит, Леонид Ильич, — мягко возразил Пельше. — Руководство КГБ не в курсе наших дел, пусть так пока и остается. Моя охрана и товарищи, надо надеяться, с этим Седых справится. Не велика птица.
— Будете брать?
— Будем, но не сразу. Поговорим сначала мирно… В Риге надежные ребята есть, и места знают. Проследят, выявят все связи — такие дела без сообщников не вершатся. А потом уже прихлопнем весь клубок одним махом.
— Добро, — резюмировал Брежнев. — Можете располагать моим самолетом в любое время, я отдам распоряжения.
Подмосковной дачей товарищ Пельше пользовался не так часто. Как и домиком в Юрмале, на Рижском взморье. При переезде в Москву жилье следовало бы сдать по правилам, но Арвид Янович дачку придержал. Теперь пригодится, не надо заботиться о путевке в пансионат. Проблема не в хлопотах, а в привычках и уюте — свое, знакомое всегда роднее.
Перед отъездом, кроме завершения неотложных дел, надо было позвонить в Ригу и оформить отпуск. Тем временем персонал, который вылетит заранее с багажом, все на даче приведет в надлежащий порядок.
Пельше снял трубку радиотелефона:
— Пригласите ко мне товарища Пуго из ЦК комсомола. На завтра, с утра. Да, на обычное утреннее совещание в Комитете.
Глава тридцатая, в которой речь пойдет о различных видах ремонта
Сразу же после нашего возвращения из больницы, даже чаю не попив, Денис исчез. Пропал с глаз вместе со старушкой «Волгой», и три дня носа не казал, приспосабливая к делу автомобильные запчасти.
Целая гора этого добра переехала сюда на моем старческом горбу, к слову сказать, больному. Жадность хорошая вещь, но всему же есть предел… Местные хомяки сдохли бы от зависти, глядя на нового куркуля Плюшкина. Да с таким запасом железок старушка «ГАЗ-21» всех нас переживет! Два раза.
— Теперь машина зверь, ребята, — докладывая о грандиозных преобразованиях, он с надеждой заглянул в глаза Антона. — Жаль только, Михалыч, новый движок тебе не поднять…
— А зачем? — поразился я.
— Товарищи с форумов утверждают, что железное сердце от «форда» легко на «Волгу» пересадить, — Денис мечтательно зажмурился.
От таких грез взрослого человека Антон даже дар речи потерял. Я тоже не сразу нашелся:
— Да даже если притащу эту тяжесть… Ну, если накачаюсь, и на рывке подниму, — на провокацию мне поддаваться не хотелось, — где девяносто пятый бензин будешь брать? Канистрами сюда таскать сразу отказываюсь, учти.
Мастер-реконструктор о местном топливе тоже мнение имел:
— А если прокладками объем подшаманить?
— Ты еще скажи — под газ это чудо приспособить, — хмыкнул я.
— А если дизель? — творческая мысль не хотела покидать Дениса.
— Денис, остынь, — посоветовал я ласково, но со сталью в голосе. — В это время даже тепловозное топливо не фонтан. Глазом моргнуть не успеешь, как форсунки запорешь.
— Думаешь? — засомневался он.
— Послушай, товарищ прогрессор, у нас мало других проблем? — надавил я плавно. — Напомнить тебе о режиме секретности?
Денис понятливо отступил:
— Ну да ладно… Потом видно будет.
— Вот и хорошо, что потом, — мысленно вздохнули мы с Антоном.
Блин, постоянно всем чего-то от меня надо! Этим отсюда, тем сюда… Перспектива работы челноком в транспортной компании парню тоже явно не импонировала. А ведь придется, ежедневная беготня с сумками нас с Анютой достала уже. Прямо говоря, приелась хуже пареной репы.
Если кому в этом раскладе повезло, так это Вере. Не умеет она ходить через грань, и вникать в детали не собирается. Да и боится девчонка ползучего омоложения, как черт ладана. Ее лишь секреты знахарки интересуют — то и делает, что мотается к бабушке Мухие пошептаться.
— Проблемы есть, однако наша ласточка летает лучше молодой, — не удержался от хвастовства реконструктор. — Желаете прокатиться с ветерком?
— «Эх, прокачу»? Ага, — пробормотал Антон. — Будто мы нашего автомобиля не видели.
И я с ним согласился — подумаешь, летняя резина и новые железки, большое дело! Какие, нафиг, покатушки, когда в институте экзамены полным ходом? Август подкрался незаметно.
Затаив мысль, Денис на своем настаивать не стал. Он переключился на другую проблему, и спокойная жизнь базы ушла в прошлое. Сразу же по завершению ремонта «Волги», вооружившись блокнотом и карандашом, неугомонный преобразователь развил бурную деятельность по реконструкции забора. Это наказание за травму Антона ему придумал полковник Уваров, и виновный не спорил. Да и дело нужное.
К заданию Денис подступил хитроумно — расчертив проектно-сметную документацию, в свою очередь, сыскал бригаду шабашников. По наводке Риммы, естественно, она в этом полулегальном мире всю жизнь вращается.
Начальник Уваров с финансами не поскупился, так что работа под допингом, честно выдаваемом каждый вечер, сразу закипела. Пока одни мастера разбирали старый забор, другие выгружали с грузовика горы досок, брусков и столбиков. Бригадир с Денисом начальственно покрикивали и, не покладая рук, лазили по участку с чертежом и рулеткой.
Тем временем двое мастеровых приступили к сооружению новых ворот. Судя по размаху, Денис намеревался отразить если не цунами, то очередное татаро-монгольское нашествие — наверняка. С тишиной пришлось распрощаться, однако это раздражало лишь одного Антона. На раскладушке под яблоней он с озлоблением долбил учебник русского языка, я же наслаждался компотом и крыжовником.
Все-таки в жизни пенсионера есть свои прелести. Внуков проведал, кошку покормил, что еще делать? Ясно что — передавать молодежи мудрость, накопленную веками.
Вот взять крыжовник. Юность на эту ягоду взирает пренебрежительно, с усмешкой. Мол, мало того что кислая, так еще и на колючках растет. Подрастающей смене хоть по голове стучи, а не ценят они по молодости лет того, что имеют. Витамины же кругом, руку только протяни! Это вам не на завалинке семечки лузгать, и не в чатах ночных зависать. Крыжовник редкая по пользе ягода — улучшает пищеварение, нормализует метаболизм, освежает в целом и, главное, снижает уровень холестерина в крови.