- Я не пью сакэ! Ну чуть-чуть разве что... когда на работе что-нибудь отмечают и всем наливают...
- Но все равно не пытаетесь ничего исправить. Видите ли в чем дело, Йошихара. Вы в этом мире никому не нужны. Вообще никому. Абсолютно. Вы - нуль. Ничтожество. Пустое место.
- И... это говорите мне вы? Сотрудник телефона доверия? Я думал...
- Вы думали, что вас тут будут утешать и отговаривать? Вы позвонили, чтобы услышать сладкую ложь вместо правды? Странные у вас представления о доверии... Собственно, вы и врачей боитесь по той же причине. И, что самое интересное, я ведь не сказал вам ничего нового. Вы же позвонили потому, что сами поняли свою никчемность по всем статьям. Точнее, поняли вы это давно, ну а признали только тогда, когда вам стукнул сороковник. Вот, кстати, еще одна классическая глупая пошлость у таких, как вы - привязывать оценки своей жизни к круглым датам. Да какое значения имеют эти цифры, круглые лишь потому, что у нас на руках по десять пальцев? Если человек ничего из себя не представляет в возрасте тридцать девять лет одиннадцать месяцев двадцать дней - неужели надо ждать еще десять дней, чтобы признать его жизнь провальной? Неужели за эти дни что-то изменится? Вы ведь сами сказали - вам уже поздно пытаться начать жизнь заново. Не могу с этим не согласиться.
- И что же по-вашему... мне и в самом деле стоит... ну...
Тирр кровожадно ухмыльнулся в трубку.
- Вы с этого и начали разговор, не так ли? Впрочем, нет, не так. У вас кишка тонка даже на это. Настоящие самоубийцы никому не звонят посреди ночи, даже записки редко оставляют - они просто идут и делают свое дело. А истеричные психопаты и ничтожества, неспособные обратить на себя внимание ничем иным, поднимают шум на всю округу: 'Ах, смотрите, смотрите, мне плохо! Ах, жалейте, утешайте меня, не то я с собой что-то сделаю!' Только ничего вы не сделаете. Поговорив со мной, вы уляжетесь в свою одинокую постельку и до утра будете жалеть себя, а утром с больной головой опять потащитесь в ненавистный офис, чтобы делать там работу за директорскую секретаршу, которую вы ненавидите и считаете дешевой шлюхой потому, что она никогда не даст такому, как вы. Описать вам дальнейшие перспективы, Йошихара-кун? Впереди у вас - ничего, кроме одинокой старости. Без семьи, без друзей, без любимого дела. Без денег, что весьма немаловажно. И без приличного здоровья, учитывая ваше отношение к медицине и отсутствие силы воли, необходимой для поддержания себя в форме. И вы все это понимаете не хуже меня. Но, тем не менее, не сделаете то единственное разумное, что еще можете сделать. Потому что вы трус.
- А вот и сделаю! Сделаю, йокай бы вас побрал! И моя смерть будет на вашей совести!
- Ну разумеется, пенять на зеркало - как это умно и оригинально...
- Я уже влез на стул! Послушайте... я понял, это такая шоковая психотерапия, да? Сейчас вы скажете, что на самом деле не все так плохо? Только говорите скорее, потому что я и в самом деле стою на стуле с петлей на шее...
- Никакой психотерапии. Терапия в вашем случае бессильна. Знаете, почему я говорю вам все это, Йошихара? Потому что я не психолог из службы помощи неудачникам, это частный дом. Вы даже номер нормально набрать не смогли. Вот что я вам скажу. У вас, по большому счету, три варианта. Первый - соберите волю в кулак и шагните со стула, вы жили как размазня - хоть умрите как человек. Второй вариант - наберите номер правильно, попадите к психологу, который будет вас отговаривать и лгать о том, что не все так плохо. Только он не поможет, потому что я уже сказал вам правду, и в конечном варианте вы все равно придете к варианту номер один.
- А третий? - в голосе Йошихары сквозила безнадежность.
Тирр отправил в рот кусочки тунца вперемешку с креветками и заработал челюстями. Он уже поиздевался над несчастным вволю, теперь же еще и эксперимент можно поставить интересный.
- Третий... Как бы вас натолкнуть на очевидную мысль, которую вы не видите в упор... Вы стоите на стуле?
- Стою...
- С петлей?
- Да.
- Ну так вот. Если прямо сейчас вы готовы шагнуть вперед и расстаться с вашей убогой жизнью - значит, терять вам уже нечего и бояться нечего. У вас еще один, последний шанс все исправить. Или хотя бы попытаться.
- Как?
- Измените свое поведение. Придите завтра на работу, когда начальник обратится к вам 'Йошихара' - при всех отчитайте его, как сопляка, поинтересуйтесь, почему его родители не научили сына уважать старших. Но при всех, понимаете? Поручат сделать что-то, что положено делать секретарше - громко поинтересуйтесь, за что тогда платят секретарше...
- Ну и шуточки у вас! Это же... это...
Тирр засмеялся:
- Йошихара, вы идиот? Уже собрались из жизни уйти, но боитесь увольнения?! Вам страшно всего лишь потребовать у других уважения? Так вы его не заслуживаете, коли так. Вы кусок дерьма, Йошихара. Смелее, чума вас забери, вперед! Либо к начальнику в кабинет, либо со стула - у вас третьего варианта нет, потому что любой иной путь в конечном итоге все равно приведет к петле!
В трубке послышалось сопение, затем Йошихара сказал:
- А ведь вы правы. Бояться начальника, не боясь смерти... Смешно. Я сделаю так, как вы говорите...
- Только это, запишите мой номер, позвоните и расскажите, что получится. Самому интересно.
Он выключил трубку и принялся за салат. Позади послышались тихие шажки.
- Знаешь, я была уверена, что ты доведешь беднягу до самоубийства, - улыбнулась Марго, садясь на соседний стул.
- Да я так и собирался, - признался Тирр, - мне просто стало любопытно, получится ли у него хоть что-то.
***
- Доброго утра, аники, - поздоровался Такехиса как ни в чем не бывало.
- Доброго, Юдзи-кун, - ответил Тео.
Он опасался, что 'младший брат' обидится за валяние на полу - но вроде бы нет. И то хорошо.
- Вас тут, как мне кажется, вызывают на поединок, - вполголоса сказал Такехиса, - причем девчонка. Она не уточняла, но сказала передать, что будет ждать вас на следующей перемене на заднем дворе. Там, где вы Куроду укатали.
- А с чего ты взял, что непременно поединок? - приподнял бровь Тео, - вдруг на свидание пригласить?
- Потому что она вся такая правильная и высокоморальная, и таких, как мы, не переносит на дух, и у нее в активе есть пара драк с банцу еще в средней школе. Я подозревал, что мне придется ставить ее на место, но не думал, что она на вас осмелится замахнуться... Киоко Хираяма, дочь сэнсэя Хираямы. Первый кю у нее.
- А это уже интересно. Я просто встречался с ней не далее как вчера.
- Оп-па! - оживился Такехиса. - Так вы ей наваляли, аники, а она жаждет реванша?
Тео с осуждением покосился на 'младшего брата':
- Как я мог бы ей навалять? Она же девочка. Мне известно, что в Японии у женщин особых привилегий нет - но воспитан я в совсем других традициях.
- Только не говорите мне, что она вас побила, а вы не дали сдачи!!
- Ну, она попыталась поначалу, но не получилось. Так что никакой драки не было.
- А зря. Ваша репутация может пострадать. Надо было хотя бы немножко проучить...
- Ну и зачем? Юдзи, тебе не приходило в голову, что у меня было гораздо больше причин проучить тебя, когда ты на меня со своей зубочисткой кидался?
- Хм... ну да, вы правы, как обычно. Только все-таки тогда вы свою репутацию защитили, а теперь...
- Эх, Юдзи... да пойми ты, что мне плевать на репутацию. Если бы Курода, агрессивный тупица, сам на меня не напоролся - я бы, вероятно, сейчас был бы просто странным учеником, а не номером один. Вначале Курода. Потом ты совершил ту же ошибку. А могли бы до сих пор выяснять с ним, кто из вас первый, кто второй... Хотя, судя по тому, что собой представляет Курода, конфликт с ним был неизбежен, да и с тобой тоже. Вы просто искали легких путей, типа повысить репутацию, поколотив страшного гайдзина, и сами ускорили ход событий. Это вы сделали меня монстром, поработившим всю школу за одну неделю, такие вот дела, Юдзи. Мне не нужна ни школа, ни звание номера первого... хотя ты вряд ли поймешь. Не парься, в общем. Спасибо, что передал приглашение.