Когда мы оказались на улице, то я просто не поверил глазам. Все так изменилось, будто мы перенеслись в какую-то сказочную, но враждебную страну. Впервые я понял, что такое ледяной дождь. Уже стемнело, и фонари освещали совершенно фантастическую картину. Ветви деревьев были покрыты ледяным чехлом, от этого казались хрустальными, корпуса машин выглядели залакированными, даже металлические оградки вдоль тротуаров были будто из блестящего черного стекла. Это было и красиво, и жутковато, словно весь мир сковал ледяной панцирь.

– Может, ну его, это Коломенское? – предложил я и взял Жанну за руку. – Как-то мне не нравится картинка.

– Ты просто очень чувствительный, хотя на первый взгляд может показаться, что ты трезвый рационалист, – ответила она и двинулась в сторону парка. – Я же предупреждала, что будет ледяной дождь. И мы видим результат. А представь, как выглядит самолет в такую погоду! Наверняка наледь не один сантиметр! Думаю, сегодня многие рейсы отменены. Ярик, раз уж мы тут, – другим тоном добавила она, – то давай пройдемся! Мне очень хочется увидеть знаменитый овраг!

– Это который под холмом? – уточнил я. – Представляю, что там сейчас делается! Интересно, родники не застыли?

Коломенское словно делится на две части: что-то типа низины, на которой расположены туристические объекты – Домик Петра, несколько церквей, павильон в стиле классицизма, смотровая площадка и тому подобное, и холм со старым кладбищем, церковью и яблоневым садом. И овраг как бы делит эти две территории. По нему круглогодично течет незамерзающий ручей, который образует многочисленные родники. Я знаю, что выше по ручью, по обе его стороны лежат два огромных странных камня, в народе называемые «женский» и «мужской». Они будто оплавлены, и оба необычной формы. Люди по сей день ходят к ним, считается, что эти камни могут излечить от многих болезней, главное, правильно выбрать, на каком сидеть. Это все, что я знаю про овраг. Мы с Данькой много раз там бывали, но ничего особо экстраординарного не замечали. А несколько лет назад его вообще «облагородили» – обложили берега ручья плиткой, в нескольких местах соорудили живописные деревянные мостики, возвели лестницы на холм. И овраг потерял всю свою прелесть.

– И чем же он знаменит? – спросил я.

– А ты не знаешь? – искренне изумилась Жанна. – Это же настоящий портал в другие миры!

«Ну начинается! – недовольно подумал я. – Снова мистика! А уж погода-то как соответствует! При таком антураже черт-те что можно увидеть даже в обычном овраге!»

– Портал? – недоверчиво спросил я, хотя эту тему мне развивать не очень хотелось.

Мы уже подошли ко входу в парк. К моему удивлению, народу было много, хотя погода не располагала к прогулкам.

– Я читала, – оживленно ответила Жанна, – что эти родники – следы коня самого Георгия Победоносца, когда-то проскакавшего здесь с вестью о своей победе над змием. А ты знаешь, как называется этот овраг?

– Понятия не имею, – сказал я и подхватил ее под локоть, так как девушка поскользнулась. – Может, пойдем обратно? – все-таки предложил я.

– Тебе неинтересно? – спросила она. – Я всю неделю читала, полна впечатлений и просто мечтаю еще раз посмотреть на этот овраг, хотя раньше неоднократно бывала в Коломенском.

– И ты ничего такого раньше не чувствовала? – уточнил я. – А ведь ты столько раз говорила, что обладаешь особым даром ощущать разную энергетику! Может, все это сказки про аномальность оврага! Придумают же! Сам Георгий Победоносец!

– Честно, тогда я ничего не чувствовала, – ответила она. – Но ведь я постоянно развиваю свои способности. Йога, медитации, вхождение в чужое поле… Ярушка, все это так интересно! И меня просто тянет в такие вот загадочные места!

– Странно, что мы сегодня не отправились к дому купца Игумнова! – пробормотал я.

– Призраки любят появляться в полнолуние, а оно не сейчас, – сказала Жанна.

Мы остановились возле храма Казанской иконы Божией Матери. Меня удивило количество народа. Было уже семь вечера, но люди ходили буквально толпами. Многие фотографировали. Но, по крайней мере, такое многолюдье напрочь убивало мистическую атмосферу, и я надеялся, что Жанна успокоится и перестанет искать что-то аномальное.

– Овраг, – продолжила она и свернула в сторону Домика Петра, – имеет несколько названий: Голосов или Голос-овраг и более древнее – Волосов или Велесов от имени языческого бога Велеса, властителя подземного мира.

Мы уже приблизились к Домику Петра, но Жанна даже не остановилась и потянула меня дальше. Дорожка, на которую мы вышли, вела к оврагу и была немного под уклон, каток под ногами вызвал наше стремительное скольжение, мы не удержались и грохнулись на заснеженный газон. Корка льда проломилась, раздался треск, я рывком перевернул девушку на себя, боясь, что она поранится об острые края ледяного панциря… Ее глаза были так близко, я видел, как стремительно расширяются зрачки… Жанна замерла, глядя, казалось, в самую глубину моей души, у меня начала кружиться голова, веки странно отяжелели… И вот ее губы коснулись моих. Я обхватил девушку и начал целовать… Чей-то приближающийся разговор привел нас в чувство. Жанна соскочила с меня и подала руку. Я встал, отряхнулся. Смущение не давало покоя. А ведь мы уже встречались, но все происходило будто в первый раз.

– Ты тоже это чувствуешь? – тихо спросила она и подошла вплотную.

– Что? – прошептал я и хотел лишь одного – целовать ее снова и снова.

– Будто мы сегодня встретились впервые, – ответила Жанна, и я вздрогнул.

Казалось, девушка прочитала мои мысли.

– А может, это из-за необычной обстановки, – продолжила она. – Ты только глянь, все покрыто льдом… там вдали яблоневый сад… И отсюда он кажется стеклянным, словно заколдован.

Я невольно обернулся. Деревья и правда блестели в свете фонарей, но меня это отчего-то пугало. Весь окружающий мир какой-то злой чародей неостановимо заковывал в лед. И это казалось ненормальным и даже ужасным.

– Думаю, деревья страдают от этого тяжелого ледяного панциря, – тихо заметил я и повернулся.

Но Жанна была уже возле лестницы, ведущей в овраг, в нескольких метрах от меня. Однако звука ее шагов я не слышал. Она махнула рукой. Но мне все больше хотелось уйти из Коломенского, чтобы закончилось это наваждение, и как можно скорее оказаться в привычном и теплом мире квартиры.

Я приблизился к ней.

– Может, вернемся в город? – спросил я.

– А ты тоже чувствуешь, что мы словно вышли из городской ауры? А ведь Коломенское находится внутри столицы! Но у меня тоже полное ощущение, что мы где-то в зазеркалье!

– Ничего я не чувствую, – хмуро ответил я. – Просто оговорился.

– Ярушка, не кисни! – оживленно сказала она и взяла меня за руку. – Мы только спустимся в овраг, а потом сразу покинем парк и, если хочешь, поедем ко мне!

– А ты уверена, что нам стоит идти туда? – спросил я и настороженно посмотрел на лестницу, ведущую вниз. – Здесь и народа-то нет. По правде говоря, я никогда не любил это место. Наверху старое кладбище, и мне кажется неправильным, что покойники находятся как бы над нами. Это жутковато. А сейчас вообще все выглядит даже страшно. Мы в каком-то неостановимо застывающем мире.

– Просто дождь все еще капает, вот и намерзает новый слой льда и на ветви и на ограды, да вообще на все. У тебя рукава куртки тоже покрыты ледяной глазурью. Но я не ощущаю никакой жути, просто все выглядит очень необычно. Говорю же, ты слишком чувствительный! Ярик, если тебе так неприятно, то можешь не ходить в овраг. Подожди меня у лестницы. Я быстро спущусь, посмотрю, чего там и как, и вернусь к тебе.

Первым порывом было согласиться, настолько мне не хотелось идти в этот уже казавшийся мне стремным овраг, но я преодолел себя. Не мог же я любимую девушку отпустить одну! А вдруг там и правда какая-то аномальная зона!

Я спустился на одну ступеньку и подал Жанне руку. Лестница была крутой и ломаной. Застывшие доски обледенели и были опасно скользкими. Но сошли мы благополучно. Здесь было безлюдно, что меня сразу напрягло. Мы стояли возле лестницы, ведущей наверх к кладбищу, слева овраг уходил к Москва-реке, справа – вел в глубь территории, именно там находились родники и странные камни. И мне вдруг снова пришли на ум строки из русской сказки об Илье Муромце: «Направо пойдешь – коня потеряешь, налево пойдешь…» Жанна решила за меня. Она взяла мою руку и медленно двинулась направо. И это мне совсем не понравилось. Овраг выглядел даже зловещим, кривоватые деревья походили на какие-то причудливые стеклянные фигуры, сырой туман поднимался от воды. Ручей не замерз, но я знал, что он вообще никогда не замерзает, – его берега были обледеневшими и гладкими, тропинки по бокам русла выглядели, как ледяные ложбинки. Идти по такой поверхности проблематично. Жанна это быстро поняла и остановилась буквально через пять метров. Она присела на изогнутый внизу ствол какого-то старого дерева.