Жорик примеряюще молвил:
– Вообще-то можно и того и того.
– Дело говоришь, толстяк! – согласился орк. – А вон и трактир! Как раз на двери курочка нарисована.
Внутри оказалось темновато. На каждом столике горело по свече, отчего создавалась интимная обстановочка. В воздухе разлился сладковатый запах благовоний. На стенах висели какие-то картины. Многие столики были отгорожены красным занавесом. Если одним словом – я бы назвал атмосферу гламурной.
Мы застыли у входа. Навстречу вышли два здоровых мужика, голые по пояс и в кожаных штанах. Один уставился на Зяббу, протянул:
– Ка-а-кой ошейничек!
– А ка-а-кие клыки! – восхитился второй.
– А ка-а-кая кость у него в носу! Это выглядит та-а-к мужественно!
Зябба зарычал.
– Мамочки родные, да он не ручной! – пискнул первый. – Да ну-у его!
Второй закивал. Потом они перевели взгляд на Дитера. Глаза у обоих похотливо заблестели.
– Чур бородатенький мой!
– Облизнешься! Я его первый заметил!
– Блин! Да мы в гей-клуб попали! – ахнул Васян.
Один из «мужиков» наклонился и погладил гнома по бороде.
Это было ошибкой.
Мы и моргнуть не успели, как гномий кулак врезался в холеный подбородок.
Да! У Дитера самый красивый апперкот из всех, какие я видел. Майк Тайсон отдыхает! От удара незадачливый гомосек подлетел метра на полтора и рухнул на чей-то столик, сломав его вдребезги.
– Вот это правильно! – одобрил Стольник. – Вдарим тяжелым гномьим кулаком по гомосяцкому притону!
В помещении началась паника, народ повскакивал из-за столов, кто-то уже звал стражу. Вперед выбежал тощий тип, судя по встревоженной роже – хозяин гей-клуба.
– В чем дело?! – заголосил он. – У нас приличное заведение! Если вы не разделяете наши взгляды, тогда зачем пришли?!
Зябба и Дитер стали засучивать рукава, чтобы объяснить – зачем мы пришли, но тут вмешался Жорик:
– Мы уже уходим. Вот компенсация. – Он кинул хозяину золотой. У того рожа мигом изменилась, он заискивающе заулыбался и сообщил:
– Для состоятельных господ мы можем организовать отдельный столик.
– Нет уж, спасибо, – сказал я. – Мы лучше пойдем.
Мы развернулись к выходу.
– Стойте, – произнес вдруг Васян. – Это кто там за спинами прячется? А ну-ка иди сюда, свинья!
Из-за спин посетителей притона неохотно вышел грузный черноусый мужик.
– Ух ты! – удивился я. – Да это никак капитан таможни Балус.
– Поффалуста не бейте! – взмолился он, ужасно шепелявя.
Я вспомнил, что это я ему передние зубы и выбил. Так и надо ублюдку.
– Ты что тут делаешь? – грозно спросил Васян.
– Флучайно зафол.
– Ну конечно! То-то ты штаны кожаные нацепил и разделся по пояс.
– Только не говорите никому, фто вы меня фдесь видели! – со слезами на глазах прошамкал Балус. – Поффалуйста! Ребята не поймут.
– Да? И что нам с этого будет? – поинтересовался я.
– Когда будете уезффать, выфозите любые товары. Фсе будет беф пофлины. Меня хоть и выгнали, но фвязи-то офтались! Для ваф – феленый коридор.
– Зеленый коридор, говоришь? – хмыкнул Стольник. – По-моему, ты только голубой коридор обеспечить можешь!
Балус сконфуженно молчал, по жирным щекам катились капли пота.
– Обойдемся без твоей помощи! – проворчал Васян. – Пока, красотуля! Скажи «фпафибо», что мы тебе последние зубы не выбили.
– Ты куда нас завел?! – спросил я у Зяббы, когда мы вышли.
Орк пожал плечами:
– Откуда я знал? На двери курочка нарисована, я и подумал – трактир.
Я оглянулся на дверь. На ней и впрямь был рисунок. Только это была не курочка, а петух. А сверху – неприметная надпись, гласившая: «Голубой петушок».
– Пошли отсюда быстрее, – брезгливо скривился Васян.
– Жорик, ты тут уже больше недели, может, знаешь какое-нибудь приличное заведение? – справился я.
– Знаю. Чуть дальше по улице ресторан «Три короны», мы с кардиналом там пару раз обедали.
– А ты что про эти «Три короны» скажешь, Борода? – осведомился Васян.
– Не люблю я рестораны, – проворчал Дитер. – Слишком цены заламывают. Пять седриков за кружку пива! Они что там, его из золота варят?!
– Раз уж в седриках мы сейчас не стеснены, пойдем отведаем «золотого» пива, – предложил я.
По всему было видно, что «Три короны» солидный ресторан. Огромный зал, высокие потолки, люстры с сотнями свечей. И всего с десяток клиентов, богато одетых и ведущих себя прилично.
– Че это за кабак?! В кабаках не бывает так тихо! – пророкотал Зябба, только мы вошли. Несколько посетителей повернули головы и с любопытством уставились на расшумевшегося орка.
– Это не кабак, а ресторан, – объяснил Жорик.
– Это еще че за хрень такая?
– Вы же сами хотели хорошее пиво и еду. Лучшее пиво и еду в Лареции подают в ресторанах.
– А где барная стойка?
– В ресторане нет барной стойки.
– А где пиво брать?!
– Для этого есть официанты.
– Официанты?!
– Ну да.
– Не бабы? – уточнил орк.
Жорик кивнул.
– Че, мне по заднице официанта хлопать, что ли?! – возмутился Зябба. – Во дают бледнопузые!
Я прекрасно понимал орка. То на гей-клуб нарвались, то в ресторан пришли, где ни одной официантки! Мне даже стыдно стало за Ларецию и за весь людской род.
Тут нарисовался угодливый молодой человек с меню в руках.
– Чего изволят уважаемые господа?
– Пиво есть?! – гаркнул Дитер.
– Конечно. Ларецианский лагер – лучшее пиво во всем Эорине!
Зябба проворчал что-то, а Дитер презрительно фыркнул. Но тем не менее оба заказали сразу по пять кружек. Мы с Васяном решили для начала взять по одной, а Жорик попросил принести свиную рульку в кисло-сладком соусе.
Официант вернулся, горбясь под тяжестью подноса. Большие кружки из красной глины покрывала воздушная пивная пена, а между ними красовался, скрестив внушительные клешни, гигантский вареный рак.
Не успел официант удалиться, как распахнулась входная дверь. В ресторан вошел Элеондил в сопровождении эльфийской братии. На Земле в таких случаях говорят: мир тесен. Как выясняется, в Эорине тоже уместна эта поговорка. Эх, надо было нам в дешевый кабак пойти!
Завидев нашу компанию, ушастые напряглись, самый ретивый выхватил лук и наложил стрелу.
Но тут Элеондил остановил его.
Странно. С чего бы это?
В этот момент в ресторан ввалилось несколько стражников. Ясно. Осторожничает командор, тут ведь не прославленный Валорион.
Продравшись сквозь сгрудившихся у входа эльфов, солдаты вошли и уселись за столик. Официант метнулся к ним:
– Чего желают доблестные стражи правопорядка?
– Пива! – в один голос откликнулись солдаты.
Официант повернулся к ушастым:
– А чего изволят не менее доблестные воины Леса?
– Мы не будем есть в одном заведении с этим отребьем! – Элеондил указал на наш столик. – Найдем другое место.
Я думал, Зябба сейчас запустит в него кружкой с ларецианским лагером. Но орк Элеондила, похоже, вообще не заметил. Уж больно увлекся хмельным напитком – заглатывал уже третью кружку.
– Там, дальше по улице, есть отличный трактир, – посоветовал Васян, еле сдерживая смех. – Вам как раз туда. Там еще на дверях курица нарисована, не промахнетесь.
– Спасибо, – коварно улыбнулся Элеондил. Явно, что-то задумал.
Эльфы удалились, гордо задрав головы.
Только я вздохнул с облегчением, как началось!
От соседнего столика к нам подошел элегантный брюнетик. Роскошный зеленый камзол, золотые перстни, тонкие аристократические усики. Наверняка какой-нибудь богатый вельможа.
– Сколько стоит ваш раб? – спросил он голосом, привыкшим повелевать.
Мы переглянулись. До нас не сразу дошло, что речь о Зяббе. Вельможе сильно повезло, что до Зяббы тоже не дошло, что речь о нем.
– Он не продается, – быстро сказал я.
– Не бывает таких вещей, которые не продаются. Вопрос в цене.