Единственное, что меня удивляло, почему свадьбу решили играть зимой, а не предстоящим летом. Как-то неожиданно Куракины засуетились и перенесли торжество на более ранний срок. Не беременна ли Наташа? С Алёшеньки сталось бы домогаться невесты раньше положенного — ну, просто сволочной он человек. Ведь у них большой любви, от которой люди с ума сходят и совершают необдуманные поступки, никогда не было. И вряд ли она могла появиться столь резко.

Эх, а вот мне придётся добираться до Якиманки с другого конца города. Значит, надо выезжать пораньше, часа за два.

За неторопливыми сборами время текло так же медленно. То и дело поглядывая на часы, я пытался поторопить ход стрелок, чтобы этот день прошёл побыстрее. Когда завязывал галстук, стоя перед зеркалом, весело заиграл телефон, как будто приглашая меня отвлечься от всего происходящего. Вот с кем я сегодня не хотел разговаривать, так это с господином Колывановым. Магистр в последнее время вызывал у меня стойкое раздражение какой-то невероятной обходительностью и настойчивостью. Он был похож на паука, медленно плетущего сеть для будущей добычи.

— Слушаю вас, Василий Егорович, — подавив всяческое раздражение, проговорил я. Как бы я не относился к куратору, он не давал повода, чтобы игнорировать его общение. Пусть даже по телефону.

— Добрый день, Андрей, — голос Колыванова был нейтральным, даже немного деловым. — Прошу меня извинить, что отвлекаю. Вы сейчас не у Куракиных на торжестве?

— Прекрасная осведомлённость о моих планах, Василий Егорович, — сухо ответил я.

— Не сердитесь, Андрей, — рассмеялся магистр. — Это всего лишь логическое рассуждение, а не утверждение. Всё-таки свадьба не рядового масштаба, а вы относитесь к весьма знатному Роду. К тому же любопытства ради прочитал я список гостей, которых пригласили чествовать молодых. «Информационный листок столицы» всегда подробно публикует подобные новости.

А я и забыл про такой способ оповещения заинтересованных граждан. Это вроде запасного хода для приглашающей стороны. Мало ли случаев бывало, когда в суете и хлопотах просто забыли послать красивую открытку кому-нибудь из гостей ниже статусом. Поэтому чуть позже формировался дополнительный список лиц и отсылался в редакцию «Листка». Человек мог посмотреть, есть ли там его фамилия. Удобно, конечно, но вопросы и обиды всё равно возникали. Поэтому старались учесть всех, кого желали видеть на празднестве.

— Значит, логика здесь ни при чём, — ухмыльнулся я. — Просто хорошее знание подобных тонкостей.

— Не буду спорить, ибо непродуктивно, — ещё раз хохотнул Колыванов. — Ближе к делу… Ко мне приехали коллеги из Лондонской Академии. Каюсь, однажды я написал им письмо про ваш феномен, а они работают в той же сфере, что и я.

— Магические аномалии? — и ведь в открытую говорит, что слил информацию по Антимагу нашим геополитическим противникам!

— Именно. Они хотят встретиться с вами и пообщаться без всякого официоза.

— И опыты на мне проводить не станут?

— Вы шутите, и это хорошо, — в свою очередь магистр позволил себе подпустить весёлости в голос. И тут же, посерьёзнев, добавил: — Уверяю вас, до опытов дело не дойдёт. Так что скажете насчёт встречи? Она не займёт много времени.

— К сожалению, в ближайшее время у меня не будет возможности уделить внимание вашим коллегам, — деликатно отшил я Колыванова. — Уезжаю в Ленск к родителям погостить.

— И когда вас ждать обратно? — чуть разочарованно спросил магистр.

— К середине января вернусь и буду доступен для разговора, — я улыбнулся, зная, что меня он не видит. Появилась стойкая мысль, что эти «коллеги» и есть те самые агенты, приехавшие по мою душу. Пусть подёргаются, пока я буду наслаждаться отдыхом в компании прекрасных девушек. А заодно своих «арбалетчиков» напрягу, пусть готовят жаркую встречу. А каков господин гроссмейстер! Мало того, на нелегальных боях зарабатывает, так ещё и агентурным работником британской разведки является. Хотя, чему удивляться? Я ведь начал подозревать об этом ещё тогда, когда Колыванов стал склонять меня переехать в Лондон и обучаться в тамошней магической Академии. И пан Хмеловский, то бишь Факир, охотился за мной только ради доставки Антимага в лабораторию к англичанам.

— Хм… в таком случае коллегам придётся задержаться в Москве, — Колыванов притворно вздохнул, будто на нём лежали все расходы по обустройству и развлечению гостей. — Думаю, на такой вариант они согласятся.

— Нисколько не сомневался, Василий Егорович. Передайте коллегам, что мы обязательно поговорим. Мне самому интересно узнать, насколько далеко продвинулось изучение магических аномалий.

— На сём и договоримся, — уже более оптимистично откликнулся Колыванов. — До свидания, Андрей. Проведите с пользой и удовольствием сегодняшний день.

Я тоже попрощался и закончил разговор. Чтобы из памяти ничего не выветрилось, тут же позвонил Зосе. Так уж вышло, что именно она стала посредником между мной и старшим звеном «арбалетчиков». Надо бы напрямую с майором Лещёвым создать контакт. Я Синице доверяю, но некоторые моменты лучше доводить до Кондора напрямую.

Зося откликнулась сразу. Мы потрепались на тему свадьбы Куракина, а потом я рассказал о звонке Колыванова.

— Интересно! — оживилась девушка. — Наверное, это те самые ребятки с Острова. Сами на тебя вышли. Надо же, какие смелые.

— Будете их брать?

— Не в нашей компетенции такие вопросы решать. Но я доложу Лещёву. Пусть дальше наверх продвигает информацию. Вряд ли Директория магической разведки представляет особый интерес для нашей контрразведки, скорее — для Брюса. Это же одна из многочисленных «дочек» СИС, не имеющих отношения к Воксхолл-хаус. Точнее, якобы не имеющих. Но устранять неугодных Британии эти люди умеют не хуже профессиональных агентов.

— Отравят? Нож под лопатку? — хмыкнул я.

— Если ты отвергнешь все их предложения, то… ликвидация более чем вероятна, — бесхитростно ответила Зося — добрая душа.

— Но вы же сможете меня защитить? — это был вопрос не испуганного юнца, а человека, желающего получить прямой ответ людей, кровно заинтересованных в Антимаге. Не случилось того похищения, когда я ещё жил у Булгаковых, может быть, и не попал бы в поле зрения СГБ.

— Не переживай, — успокоила меня девушка. — Живи, как и прежде, занимайся своими делами. За тобой присматривают. Ты молодец, что не скрываешь контакты с людьми, которым интересен твой Дар. В одиночку трудно противостоять спецслужбам, за которыми вся мощь государства.

Как будто я этого не понимаю. Поэтому и тормошу постоянно то СГБ, то Брюса, то Мстиславских. Может, и Харальда озадачить? Так-то он мой должник, и медалькой не откупится.

С такими мыслями я закончил разговор с Зосей и вернулся к гардеробу. Через несколько минут уже смотрелся в зеркало, оценивая новый костюм. Хорошая плотная тёмно-серая ткань, белоснежная рубашка с галстуком в тонкую косую полоску в тон пиджаку, золотая заколка между третьей и четвёртой пуговицей. По моему скромному мнению, красавец-мужчина. Чтобы удостовериться в собственной неотразимости, заглянул в комнату к Дайаане. Точка зрения девушки очень важна. И шаманка одобрила мой внешний вид. Но поинтересовалась, на мне ли амулет, и попросила ни в коем случае с ним не расставаться.

Я клятвенно пообещал даже не показывать никому волчий клык, чтобы не возбуждать излишнего интереса. Забавно получается. Единственный в мире антимаг (не доказано, но приятно об этом думать) среди одарённых использует защитный оберег. Обладатели перстней и колец, несущих функцию магического щита, даже не подозревают, что вся их хвалёная безопасность одномоментно рухнет, если я активирую свой «антимаг». Допустим, кто-то решится напасть на дворец Куракиных (интересно, есть ли у них враги?) в разгар свадьбы. Что предпримут гости? Правильно, начнут выстраивать защитные редуты с помощью магических конструктов. Антимагия тут же отреагирует на опасность, потому что я не собираюсь ради кого-то держать в пассивном состоянии свой Дар. Мало того, даже увеличу радиус его действия до самого максимального значения. А в итоге… спасу многих, как ни парадоксально.