— Ваше заявление на прошлой неделе, мисс Брекли, ужасно всех нас взволновало.

— Ну, мистер Пиджен, этого следовало ожидать.

— На тот случай, если кто-то из наших слушателей не читал последних газет, напомните, пожалуйста, основные моменты своего заявления — так, чтобы всем было понятно.

— А разве непонятно? Если кто-то хочет жить подольше, теперь это стало вполне возможно.

— Да чего уж тут не понять! И вы утверждаете, что открыли способ лечения, благодаря которому достигается желаемый результат?

— Я не думаю, что следует задавать риторические вопросы.

— Прошу прощения?

— Вы утверждаете, что ели сегодня завтрак, или правильнее будет спросить: завтракали ли вы сегодня, мистер Пиджен?

— Ну, я…

— Именно, мистер Пиджен. Получается несколько навязчиво, не так ли?

— Э-э… в вашем заявлении утвер… я хочу сказать, вы заявили, что есть люди, уже прошедшие курс лечения.

— Заявила.

— Сколько человек?

— Несколько сотен.

— И все они женщины?

— Да, но это просто результат случайного стечения обстоятельств. На мужчин средство действует аналогично.

— Сколько лет проживут эти люди?

— Ну, как я могу ответить на этот вопрос, мистер Пиджен? Сколько собираетесь прожить вы?

— Но, насколько я понял, вы утверждали… то есть я хотел…

— На самом деле я сказала, что увеличивается предполагаемая продолжительность жизни; если курс не прерывать, она может удвоиться и даже утроиться, в зависимости от выбранного варианта лечения. А это совсем не то же самое, что знать наверняка, сколько проживет каждый человек. Когда, например, вдвое увеличивается предполагаемая продолжительность жизни, одновременно вдвое увеличивается вероятность несчастного случая или возникновения какой-нибудь болезни.

— Значит, тот, кто втрое увеличил предполагаемую продолжительность своей жизни, не может с высокой степенью вероятности рассчитывать реализовать ее?

— Верно.

— Однако если удастся избежать несчастных случаев и серьезных болезней, можно дожить до двухсотлетнего юбилея?

— Да.

— Ну а теперь, мисс Брекли… В нескольких газетах было написано, что никто из этих людей, которым вы давали антигерон… Правильно я произношу это слово?

— Да, я назвала наше средство антигерон.

— До вашего заявления для прессы несколько дней назад никто из ваших клиентов не знал о том, что именно вы им даете.

— Одна или две женщины догадались.

— Вы хотите сказать, что не отрицали этого?

— А зачем мне было отрицать?

— Ну, дело очень серьезное. Женщины приходили к вам, оказывая доверие, вы давали им антигерон, который позволит им дожить до двухсот лет, а они даже не знали об этом. Мне кажется, тут могут возникнуть очень серьезные проблемы.

— Совершенно с вами согласна. Так оно и есть. Перед ними открываются такие перспективы…

— Я имел в виду элемент обмана — ведь вы обманывали своих пациенток.

— Обманывала? Что вы этим хотите сказать? Никакого обмана не было — в действительности все наоборот.

— Боюсь, я не совсем…

— Все очень просто, мистер Пиджен. Я занимаюсь бизнесом, о сути которого не принято говорить вслух. Женщины приходили ко мне с одной-единственной просьбой, желая сохранить юность и красоту. Ну конечно, это некая фигура речи — никто не в состоянии добиться подобного эффекта. Однако я отвечала, что способна сделать то, что им нужно. Они именно на это и рассчитывали; таким образом, я была вправе начать лечение. И где же здесь обман?

— Ну, вряд ли они могли рассчитывать на столь головокружительные результаты, мисс Брекли.

— Получается, будто мои клиентки рассчитывали на обман. Я же давала им то, что они просили, — и в этом, по-вашему, состоит моя вина? Правильно ли я поняла, мистер Пиджен? Ваша позиция по данному вопросу представляется мне весьма уязвимой. Цель бизнеса, которым я занимаюсь, заключается в том, чтобы как можно дольше сохранять юность и красоту моих клиенток. Я всего лишь делаю то, что они просят, — доставляю заказанный товар Вы же говорите об «обмане». Я вас просто не понимаю мистер Пиджен.

— Вы утв… ну, я хотел сказать… лечение при помощи антигерона на сто процентов приводит к успеху и совершенно безопасно?

— Из нескольких сотен пациенток только у одной возникли проблемы. Неожиданная и очень редкая аллергия.

— Значит ли это, что ваше средство действует безотказно?

— Конечно, нет. Однако его надежность превышает девяносто девять процентов.

— Мисс Брекли, многие предполагают, что, если антигерон будет широко применяться — точнее, если он вообще будет применяться, — это приведет к серьезным последствиям для нашего общества. Вы согласны с этими. прогнозами?

— Конечно.

— А что, по вашему мнению, может произойти?

— Неужели вы думаете, что останутся вопросы, на которые не окажет влияние увеличение возможной продолжительности жизни?

— Насколько мне известно, мисс Брекли, научных экспериментов с целью проверки вашего открытия до сих пор поставлено не было.

— Вы ошибаетесь, мистер Пиджен. Я сама, как биохимик, провела самые тщательные исследования.

— Я… э-э… ну… лучше, наверное, сказать — независимого расследования?

— Пока не было.

— Будете ли вы рады подобному расследованию?

— А почему я должна ему радоваться? Меня вполне устраивает эффективность антигерона.

— В таком случае давайте поставим вопрос следующим образом: станете ли вы возражать против исследований?

— И снова — почему я должна возражать? По правде говоря, мистер Пиджен, мне совершенно на это наплевать. В пользу исследований говорит только одно: оно может привести к открытию других, возможно, более предпочтительных видов антигерона.

— Мисс Брекли, всех интересует природа чудо-средства.

— Это химическое вещество, которое относится к классу субстанций, вырабатываемых микроорганизмами. Оно обладает свойством тормозить определенные процессы метаболизма и имеет отдаленное сходство с антибиотиками.

— Понятно. А не могли бы вы нам рассказать, откуда берется эта субстанция?

— Я предпочла бы пока не отвечать на этот вопрос,

— Не кажется ли вам, мисс Брекли, что… ну, ваши слова вызовут гораздо больше доверия, если вы сообщите нам хоть какие-нибудь факты?

— У нас с вами, похоже, совершенно разные цели, мистер Пиджен. Интересно, почему вы так уверены в том, что я хочу, чтобы мои слова «вызвали доверие»? Я не политик и не знахарка. Антигерон действительно существует. Результаты его воздействия… ну, совсем как с касторовым маслом, совершенно не зависят от того, верят в него люди или нет. Вера тут ни при чем, она никоим образом.не воздействует на его свойства…

— О, Берт, переключись на «Ай-ти-ви», вот молодец. Она все равно ничего не скажет. Можно было не сомневаться, что в конечном итоге интервью выльется в обычную заумную болтовню. В «Би-би-си» такое просто обожают..

— Милый… Ты не спишь?

— М-м-м…

— Милый, я тут думала… про этот антигерон.

— М-м-м?

— Ну, это ведь ужасно долго, правда? Гораздо дольше, чем мы думали, так ведь? Как ты считаешь, двести лет — это хорошо или плохо, милый? Я… ну… фффу!

— Что, черт подери, ты там бормочешь?

— Бормочу! Какая прелесть!.. Мне было нечем дышать! Лично я считаю, что следует запретить брать бороды в постель. Я… фу-ф… ф-ф-ф…

Через десять минут:

— Послушай, лапочка, ты же так и не ответил на мой вопрос.

— Конечно, это плохо. Определенно, плохо.

— О, милый, ну ты и свинья!

— Должно быть триста лет, по крайней мере.

— А-а-а, мерзавец… О ми-и-и-илый!..

"Говорит радио Москвы.

Относительно сообщений, напечатанных в лондонских газетах, московская газета «Известия» сообщает в своем сегодняшнем номере:

"Заявление британской прессы о том, что был открыт препарат, который увеличивает нормальную продолжительность жизни, нисколько не удивило хорошо информированных граждан республик Советского Союза. Наши люди прекрасно знакомы с исследованиями ученых, работающих в Отделении гериартрического лечения при государственной клинике в Комске под руководством Героя Советского Союза доктора А. Б. Кристановича. На ученых в СССР не произвели никакого впечатления необоснованные утверждения, сделанные в Лондоне. Они указывают, что работы британских ученых основаны, вне всякого сомнения, на достижениях А. Б. Кристановича и эксплуатируются в интересах капиталистов, а информация, сообщенная в британских газетах, может рассматриваться не иначе как преувеличение, основанное на желании получить максимальную личную выгоду.