— Под людьми ты подразумеваешь женщин, верно? — спросил Марко.
— В списке также двадцать четыре мужчины. Двадцать один из них выразил заинтересованность в романтических отношениях.
Мужчины обменялись взглядами, но Финн был единственным, кто прокомментировал это.
— Подумайте об этом с другой стороны, мужчины-сосунки в любом случае более женственны, чем большинство женщин на Родине.
— Эй, это оскорбительно, — пожаловалась Кристина. — Ты заставляешь нас говорить так, словно мы мужчины.
Перл продолжила.
— Давайте сосредоточимся на идеях о том, как совместить северян с жителями Родины.
— Сколько северян уже записалось? — я спросила.
— Претенденты все еще прибывают с обеих сторон стены, но пока у нас есть два миллиона восемьдесят семь тысяч мужчин, надеющихся найти жену.
Арчер издал громкий свист.
— Это много.
— Да, и их число быстро растет. Я не понимаю, как мы можем подобрать наилучшую кандидатуру, не опросив их всех, но это отнимает слишком много времени. Совет перегружен работой по ликвидации последствий стихийного бедствия после землетрясения, и они спросили, есть ли у нас предложения.
Шелли подняла руку.
— Что ты предлагаешь, Шелли?
— Алгоритмы.
— Что ты имеешь в виду под алгоритмами?
— У нас миллионы мужчин и семьсот женщин. Мы могли бы попросить всех участников заполнить анкету и разработать программу, которая соответствовала бы людям с самым высоким показателем совместимости.
— Как бы ты это сделала? — спросила Перл.
Шелли на секунду опустила голову.
— Задайте им сотню вопросов о ценностях, привычках и ожиданиях от брака и посмотрите, кто подходит лучше всего.
Хан подхватил поток.
— Шелли, мне нравится ход твоих мыслей. Это звучит как простое решение.
Голос Афины был спокоен и невозмутим, когда она заговорила.
— Ты забываешь кое-что важное.
— Что? — Перл посмотрела на нее.
— Даже если у пары высокий показатель совместимости, нет никакой гарантии, что между ними есть химия. У нас с Финном не так много общего, но, несмотря на это, мы каким-то образом вместе.
— У меня есть идея, — сказал Марко. — Давайте запустим систему Шелли, и тогда пятьдесят наиболее подходящих мужчин будут бороться за каждую женщину.
— Никаких драк, — голос Перл был тверд.
Шелли снова подняла руку, и Перл разрешила ей высказаться.
— Если бы мы могли выяснить, что заставляет работать между людьми в функциональных отношениях, тогда мы могли бы создать систему, которая подбирает пары, используя эти алгоритмы.
— Ты думаешь, алгоритмы могут предсказать химию?
— Что вы имеете в виду, когда говорите «химия»? — нахмурившись, спросила Шелли. — Вы предлагаете нам делать анализы крови у людей?
— Нет, я говорю, что иногда между двумя людьми возникает особое влечение. Это не обязательно должно иметь смысл с рациональной точки зрения, но этот человек просто выводит вас из себя.
Шелли натянула рукава на руки, словно защищая собственную кожу, и нахмурилась.
— Я не знаю насчет химии или притяжения, но если мы хотим создать какую-то систему, нам нужно найти счастливые пары и разработать алгоритмы вокруг них. Проблема состоит в том, чтобы найти достаточно большую выборочную группу. У нас всего четыре пары мужчин Севера и женщин с Родины.
— Мы с Боулдером счастливы, — сказала Кристина.
— Как и мы с Ханом.
— Да, но нам понадобилось бы большее количество пар, чтобы получить представление о том, что делает вас успешной парой. Алгоритмы, основанные на четырех парах, слишком случайны.
Вмешался Хан.
— Мы найдем нескольких программистов для создания системы, и, возможно, ты сможешь рассказать им о своих идеях, Шелли. А пока нам придется работать с тем, что у нас есть.
— Могу я задать короткий вопрос? — Марко встал. — Будут ли по-прежнему выплачиваться призовые деньги тем мужчинам, которые вступят в брак?
— Нет, конечно, нет. Я не получил приза, когда женился на Афине. Призовой фонд привязан к турнирам.
— Не будет ни турниров, ни боев, — отметила Перл. — Совет выдвинул это условие.
Марко сел с разочарованием на лице.
Шелли не сводила глаз с Марко.
— Я думаю, у тебя была хорошая идея о том, чтобы дать женщинам несколько мужчин на выбор. Вместо того чтобы позволять пятидесяти наиболее подходящим мужчинам бороться за нее, может быть, мы могли бы позволить им очаровать ее вместо этого?
— Как очаровать ее? — спросил Марко, нахмурившись.
— Я не знаю, и, может быть, пятьдесят — это слишком большое число, но мы могли бы позволить им записать видео о себе, которое она сможет посмотреть.
Тристан поднял руку.
— Это отличная идея, и тогда женщина сможет выбрать пять или десять мужчин, которых она найдет привлекательными и с которыми захочет встретиться.
— Мне это нравится, — кивнул Хан. — Это то, что мы сделаем.
— Хорошо. — Перл посмотрела на Магни. — Ты согласен?
Он распрямил скрещенные на груди руки и засунул их в карманы.
— Нет, я не согласен. Я хочу турниры, но поскольку у нас этого не может быть, я думаю, нам придется положиться на какой-то гребаный алгоритм.
Перл удовлетворенно улыбнулась.
— Теперь, когда Хан и Магни одобрили это, мы можем перейти к обсуждению того, как мы воспользуемся всеми знаниями, которые приносят женщины.
— Какие знания? — спросил Магни.
— В списке претендентов есть высокообразованные и находчивые люди. Библиотекари, архитекторы, экологи, программисты, посредники, врачи, медсестры, психологи и художники разных мастей. Им сказали, что им разрешат здесь работать.
— До тех пор, пока мы можем обеспечивать их безопасность, — сказал Магни.
— Как нам это сделать? — спросила Перл.
Головы повернулись, чтобы посмотреть на Шелли, как будто у нее был ответ на все вопросы.
Осознав себя, она сунула руки под бедра и спряталась за «занавесками», которые создавали ее длинные каштановые волосы, чтобы скрыть покрасневшие щеки.
— Откуда мне знать? Безопасность — не моя специальность.
— Я понимаю, ты хочешь все спланировать, Перл, но нам придется рассматривать просьбу каждой женщины о работе в индивидуальном порядке, — прокомментировал Финн.
— Конечно, но разве не было бы хорошо хотя бы обсудить это? — Перл заспорила, но Хан оборвал ее.
— Я согласен с Финном, и этого собрания в ратуше достаточно для одного вечера.
Перл наклонила голову.
— Но нам еще так много всего нужно обсудить.
— Дискуссии — это хорошо. Вот как мы расширяем кругозор, — добавила Афина.
Хан ответил ровным тоном.
— Мой разум сильно напряжен, и я слушал тебя полчаса, этого достаточно. — Как бы подчеркивая, что встреча окончена, Хан наклонился к Арчеру. — Я хочу услышать о твоих планах относительно лагеря выживания.
Мое внимание переключилось на Финна, который разминал ноги и сказал:
— Эй, Марко, ты уже зарегистрировался на жену с Родины?
Марко, единственный одинокий взрослый в комнате, покачал головой.
— Нет. Я надеялся выиграть миллион долларов, как это сделал Магни, когда выиграл Лауру.
— Магни, ты это слышал? — Финн подождал, пока Магни присоединится к двум мужчинам. — Марко хочет пойти по твоему пути и сразиться на турнире, а не жениться на жительнице Родины.
— Рад за тебя. — Магни похлопал молодого человека по плечу. — Напомни, сколько тебе лет?
— Двадцать.
— Тогда у тебя полно времени. Не торопитесь вступать в брак. Особенно с мамашей.
— Что не так с нами, жительницами Родины? — спросила Шелли.
Магни закатил глаза.
— Даже не заставляй меня начинать.
Хан оторвался от своего разговора с Арчером.
— Я это слышал. Осторожнее с тем, что говоришь, Магни. Тебя окружают женщины с Родины и их мужья.
— Ну и что? Неужели вы думаете, что я боюсь кого-то из вас?
— Все, что я хочу сказать, это то, что ты никогда никому не позволил бы проявлять неуважение к Лауре. Не думай, что мы чем-то отличаемся от тебя.