Добежав до входа в зал, Айша остановилась и бросила быстрый взгляд на часы. «Надеюсь, я не слишком опоздала…»

Циферблат показывал 10:10 утра. Обычно Айша всегда приходила вовремя, но в этот раз слишком нервничала и в итоге проспала. Сделав глубокий вдох, она попыталась привести себя в порядок, собралась с духом, осторожно приоткрыла массивную дверь темного медного цвета и шагнула внутрь.

В зале стоял легкий гул, в воздухе витало волнение, и отовсюду слышались оживленные разговоры. Те, кто пришел пораньше, уже заняли места и тихо перешептывались. Большинство лиц были незнакомыми, но среди них Айша заметила и тех, с кем вместе готовилась к экзамену на хранителя: знакомые, чуть взволнованные, родные.

Айша облегченно выдохнула: пусть она и опоздала, но, судя по общей неразберихе, церемония еще не началась. Почувствовав, как напряжение чуть отпускает, она стала быстро осматриваться в поисках свободного места.

– Айша! Сюда, я здесь!

Голос, донесшийся с другой половины зала, принадлежал Теодору – ее лучшему другу и товарищу по подготовке. Он подпрыгивал на месте, размахивая рукой над своей кудрявой головой, чтобы быть заметнее в толпе. Огромные очки, которые и так едва держались у него на носу, при каждом прыжке съезжали все ниже.

– Почему ты так поздно?! Церемония еще не началась, так что садись скорее. Я занял тебе место!

– Спасибо, Тео! Если бы не ты, пришлось бы стоять в проходе! Знаешь, я так нервничала перед церемонией, что не могла уснуть всю ночь. Только под утро задремала и, конечно же, проспала!

Айша тяжело дышала после бега, приводя в порядок свой растрепанный форменный плащ. Она быстро отряхнула его и аккуратно расправила воротник. В каждом ее движении чувствовалась гордость – гордость за то, что она вот-вот станет хранителем.

– Так сильно радуешься? – улыбнулся Теодор.

– Еще бы! – с уверенностью ответила Айша. – Я стану лучшим хранителем из всех! Когда-нибудь мой портрет тоже будет висеть в том коридоре, среди самых выдающихся!

Айша гордо вскинула голову и постаралась изобразить столько величественности, сколько полагалось человеку, достойному украшать коридор своим портретом. Теодор не выдержал и расхохотался, и вскоре они вдвоем заливались смехом. Оба еле сдерживали волнение и оживленно обсуждали, в какой отдел их назначат после церемонии и какие удивительные дела их там ждут.

– Гляди! Вон там смотритель! Он пришел!

– Где? Я тоже хочу увидеть!

Пока Айша и Теодор увлеченно болтали о легендах Башни, популярных среди учеников, в зале вдруг поднялся шум. В этот момент на сцену поднялся Точжон – единственный и неповторимый смотритель Мэнитейла. Как по команде голоса в зале мгновенно стихли, и все взгляды устремились на него.

Точжон был высоким и худощавым мужчиной. На нем красовался черный парадный костюм, который он надевал лишь по особым случаям вроде этого. Отделка воротника и рукавов из плотного темно-зеленого шелка удачно подчеркивала его изумрудные глаза. Взгляд Точжона медленно скользил по залу, словно проверяя, все ли на местах.

– Добрый день. Благодарю всех, кто пришел разделить с нами этот радостный день. Как вы знаете, я смотритель Мэнитейла, Точжон, – произнес он.

Как только он закончил приветствие, зал разразился аплодисментами. Он торжественно объявил о начале церемонии, и под его слова оркестр начал грандиозное вступление. Затем на сцену поднялись несколько бывших хранителей, некогда руководивших библиотекой, и каждый из них сказал новому поколению напутственные слова, после чего сцена опустела.

– Неужели настал момент клятвы? – взволнованно прошептала Айша.

Каждый кандидат на должность хранителя обязан был пройти через этот торжественный ритуал.

– Прошу всех кандидатов выйти вперед, – объявил Точжон.

Один за другим ученики встали со своих мест и поднялись на сцену, где их ждал смотритель. Всего собралось около двадцати человек.

– Нарушение клятвы влечет за собой лишение звания хранителя и вечный запрет на вход в библиотеку, – строго произнес Точжон, после чего громко зачитал текст клятвы.

Первое: хранитель не вмешивается в содержание книги.

Второе: хранитель не причиняет вреда книге.

Третье: хранитель не посягает на книгу из корысти.

Айша, Теодор и остальные будущие хранители повторили за ним слова присяги, подтверждая свою преданность долгу и готовность нести ответственность за порученное им знание.

По завершении церемонии Точжон подошел к каждому из стоящих в два ряда кандидатов и, называя их по именам, собственноручно прикрепил к их форме особые закладки-значки. Уровень хранителя определялся цветом закладки: серебряная – для третьего класса, золотая – для второго и фиолетовая – для первого, самого высокого.

– Айша!

Через некоторое время прозвучало и ее имя. Айша сжала дрожащие руки в кулаки и шагнула вперед, остановившись перед смотрителем. Он прикрепил серебряную закладку к ее темно-синей униформе – той самой, которую она подготовила с вечера, аккуратно разгладив. Хотя впереди ее ждал год стажировки, с этой минуты Айша официально стала хранителем.

Когда последнему из кандидатов вручили значок, Точжон вновь занял место в центре сцены.

– На правах смотрителя я заявляю: юные бэры перед нами стали полноправными и гордыми хранителями Мэнитейла.

В этот миг зал взорвался бурей оваций. Айша почувствовала, как к горлу подступает ком. Чтобы не заплакать, она сжала губы так сильно, как только могла.

– Прежде чем занять пост смотрителя, я сам прошел путь от ученика до стажера, от хранителя третьего класса до второго и первого. И могу сказать с уверенностью: год стажировки запоминается особенно. Год, что ждет вас впереди, станет основой всех воспоминаний, которые вы пронесете через десятилетия службы.

Зал снова разразился аплодисментами. Так под звуки поздравлений и всеобщего восторга завершилась церемония назначения. В тот момент стало ясно, почему самое скромное здание всей библиотеки называют Башней гордости.

Все хранители жили в библиотеке. Однако тем, кто хранителем не являлся, в том числе и простым бэрам, проживание в этом месте строго-настрого запрещалось. Не имели на это права и кандидаты, пока не получали официальное назначение. До сегодняшнего дня Айша пребывала в статусе ученика и, как и прочие, могла попадать в Мэнитейл только через пропускной пункт – исключительно в дни занятий. Все остальное время она проводила с родителями, путешествуя по сказочным книжным мирам. Сколько раз она с завистью наблюдала за хранителями, живущими прямо в библиотеке!

И вот спустя несколько лет Айша наконец получила назначение. Мысль о том, что теперь она сможет поселиться в общежитии, переполняла ее радостью.

– Распакуем вещи, а потом увидимся за обедом! – сказал Теодор.

После церемонии они попрощались перед зданием общежития. Мальчики и девочки жили в разных корпусах. Расставшись с Теодором, Айша, тяжело дыша, потащила за собой огромный дорожный чемодан и начала бродить по коридорам, пытаясь найти нужную комнату. Наконец она нашла дверь с табличкой «406».

– Четыреста шестая… Вот же она!

Дерг-дерг!

Она вставила ключ и с усилием начала его проворачивать. Но сколько бы ни старалась, дверь оставалась закрытой.

– Как же… Почему не открывается?

– Потому что это моя комната, – раздался тихий голос за спиной.

Кто-то подошел к ней вплотную и, прежде чем она успела обернуться, мягко, но уверенно перехватил ее запястье, сжимавшее дверную ручку.

– Кто… А?! – Айша испуганно оглянулась.

Перед ней стояла девушка с удивительными карими глазами – глубокими и теплыми. Если гладкие черные волосы Айши отливали глянцем, то волосы незнакомки были светло-каштановыми и ниспадали мягкими локонами. Аккуратно заправленные за уши, они подчеркивали ее природную красоту, будто сами желали выставить ее напоказ.