Olie

Вторая жизнь

Пролог

- Тимофей Константинович! Вы не забыли, что завтра у вас назначена встреча с главой "Корватса"? - напомнила мне моя секретарь, Лина, зная о моей забывчивости.

- Да, спасибо, что напомнила, - поблагодарил я девушку, попросив ее принести мне документы по этой компании и по ее главе в частности. Что она и сделала.

Все оставшееся время я изучал всю принесенную мне информацию. Мне надо было найти подход к этому человеку, чтобы он согласился заключить договор именно с нашей компанией.

Я работаю в рекламном агентстве и являюсь менеджером высшего звена по связям с клиентами. Без особого пафоса могу сказать, что наша компания процветает благодаря мне, так как моя говорливость и умение уболтать даже самого непримиримого, идет на пользу и мне, в финансовом плане, и компании.

Вот только с этим "Корватсом" у всех рекламных агентств произошли накладки. Кто бы ни пытался заинтересовать его главу - все потерпели фиаско. Он был непримирим. У всех вставал один вопрос: неужели его продукция не нуждается в рекламе? Это маловероятно. Но тогда почему он никогда не прибегает ни к чьим услугам? Я очень надеялся на свой профессионализм, который за пять лет работы я отточил до высочайшего уровня. И вот завтра мне предстоит попытаться. Уже одно то, что он согласился на встречу, говорило о многом, так как всем остальным он отказывал сразу, еще по телефону.

И сейчас мне предстояло досконально изучить эту личность, глядя на которую даже мурашки ползли по телу. И было от чего: смуглый жгучий брюнет с темными глазами, ледяным взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Такой и убить может, и даже глазом не моргнет.

Волевой подбородок, губы тонкие, презрительно сжаты, тем самым показывая свое превосходство над окружающими. Нда...и с этим типом мне завтра предстоит встретиться? Брррр...Я, конечно, не робкого десятка, но этот Аркадий Карлович меня здорово пугал.

Засидевшись за документами, забыл о времени, разрабатывая тактику ведения завтрашних переговоров. Опомнился только тогда, когда позвонила моя девушка Лиля, с которой через неделю у нас свадьба. Она хорошая, милая, заботливая. Мы уже полгода живем вместе. А пожениться решили, когда она обрадовала меня тем, что скоро у нас будет ребенок. Хотя не стану скрывать, изначально меня эта новость повергла в шок. Я как-то не был готов стать отцом. Но потом примирился с этой мыслью. Если так разобраться, то двадцать семь лет - подходящий возраст, чтобы заводить семью. Единственная неувязка была в том, что Лиля мне всего лишь нравилась, но я ее не любил. А тут такое...Поэтому, как человек ответственный, я сразу же согласился на свадьбу.

И вот сейчас она звонила и взволнованно интересовалась куда я пропал. Сообщив ей, что скоро буду, потянулся до боли в спине. Я и сам не заметил, что все время провел в напряжении. После чего, собрав вещи, отправился домой успокаивать девушку.

Несмотря на то, что было уже поздно, она не спала, более того, была чем-то взволнована. Но на все мои вопросы отвечала односложно, порой невпопад. Но когда она отвернулась, не дав мне ее поцеловать, психанул уже я.

- Лиля! Что случилось? - раздраженно поинтересовался я.

- Ты еще спрашиваешь? - вызверилась она на меня. - Ты почти не находишься дома, не уделяешь мне внимания, и еще спрашиваешь, что случилось? - под конец она уже просто орала, зля меня еще больше.

- Знаешь, дорогая, я вообще-то пытаюсь работать, чтобы удовлетворить твои непомерные запросы, - холодно резюмировал я, отворачиваясь от нее. В последнее время мало того, что ее запросы возросли, так еще и количество истерик увеличилось. И они стали напрягать все больше.

Вот только, будучи оптимистом, решил списать ее волнение на предсвадебную лихорадку. Как оказалось позже, это была моя ошибка. В эту ночь впервые за полгода спали мы порознь. Ну и ладно, хоть высплюсь перед предстоящей встречей.

Утром, едва заскочив на работу, предупредил всех, в шутку конечно:

- Все, ребят, я на встречу. Если не вернусь, поставьте памятник, усыпанный каллами, - в тот момент я даже предположить не мог, насколько моя шутка окажется пророческой. Ребята пожелали мне удачи, похлопав по спине. А начальник нашего отдела заключил:

- Мы все верим в тебя! Удачи! - после чего мы хлопнули кулак о кулак со всеми, была у нас такая традиция, когда встречи обещали быть трудными.

Шутовски раскланявшись со всеми, поблагодарив за напутствие, я помчался на встречу, которая должна была состояться в одном из ресторанов города.

Приехал я раньше назначенного времени. Потому, очень удивился, когда, подходя к кабинке, услышал грубый голос мужчины:

- Послушай меня внимательно, я никогда не признаю этого ребенка! Ты уже нашла лоха, который на тебе женится. Что тебе от меня надо? - в голосе сквозило столько презрения, что даже я поежился, посочувствовав, судя по всему девушке, которая в тот момент находилась там.

- Я все равно добьюсь признания твоего отцовства, сделаю анализ ДНК. И тебе ничего другого не останется, - закричала девушка, а меня в этот момент основательно так тряхнуло. Лиля?! Что она здесь делает? И при чем тут признание отцовства от какого-то мужчины? Что она вообще несет? Или у нее основательно поехала крыша на почве предсвадебной лихорадки? Надо срочно восстанавливать. А то ведь скоро на всех бросаться будет.

- Я бы не советовал мне угрожать, - сквозь зубы процедил мужчина, - это, знаешь ли, чревато последствиями.

- Ха! И что ты сделаешь? Убьешь меня, так же, как всех неугодных тебе? - закричала девушка, как ни странно, но в ее голосе не было страха, зато у меня внутри все перевернулось.

Только сейчас до меня дошла истина, ага, как до утки, на пятые сутки. Это что получается? Ребенок, из-за которого я и согласился на свадьбу, вообще не мой? И лох, о котором говорил мужчина, это я и есть? Вот же стерва, что удумала! Хотела заставить меня признать чужого ребенка? Ну, уж нет. Теперь я на ней точно не женюсь. Зачем она мне такая сволочная нужна? Пусть ищет другого лоха. А я пас.

И тут я услышал звуки потасовки. Что там происходит? Послышался вскрик Лили, полный боли и ужаса. Не мешкая ни секунды, я ворвался в кабинку и застыл: на полу в неестественной позе лежала Лиля. На виске была кровь. Девушка не дышала, во всяком случае, грудная клетка не поднималась.