— Что-то совсем расшалились нервы, — выдохнула я и, развернувшись, пошла по выложенной красным кирпичом дорожке к распахнутой настежь калитке.

Каждый шорох казался предвестником зловещих событий. Внутри нарастало стойкое ощущение чего-то очень плохого, даже страшного. Спираль затягивалась, выворачивая мою душу и заставляя сердце бешено колотиться в груди.

Не выдержав этого кошмара, я побежала к спасительной калитке. Оставалось всего два метра, когда я вновь услышала странный шум позади. И в этот раз я была уверена, что мне не кажется!

Времени оборачиваться не было. Я знала, что у меня всего секунды, и если промедлю хоть мгновение, это может стать для меня фатальным. Всего метр до спасения, и… я поскользнулась. Нога поехала по мокрым кирпичам, и меня швырнуло вбок. На аккуратно подстриженную траву возле дорожки. Я больно упала на колени. Даже хруст послышался. Но страх настолько затопил сознание, что я, забыв обо всём, вскочила обратно на ноги и собиралась дальше бежать к калитке.

Но… больше я не успела сделать ни шагу. Чьи-то грубые руки схватили меня и сжали с такой силой, что из моих уст вырвался болезненный хрип. С головы давно уже упал капюшон, и волосы намокли под холодными слезами неба и облепили лицо. Широкая горячая ладонь проскользила по моему плащу к горлу и крепко сжала его, лишая возможности сделать вдох.

Паника затопила сознание, и рядом с моим ухом, острым клинком впиваясь в самое сердце, раздался предвещающий расплату голос:

— Решила сбежать от меня, маленькая дрянь?

Глава 14

Всё моё тело словно кинжалом пронзила острая боль безысходности. Вдоль позвоночника пробежал озноб и осел внизу живота, который скрутило в узел.

Паника, ужас… Они затмевали всё в моей голове и стелились чёрной полупрозрачной пеленой перед глазами. Он же сейчас мог сделать со мной всё что угодно. Даже убить… Я чувствовала его ярость. Она была настолько мощной, что обжигала и внушала животный страх перед неотвратимым возмездием.

— Как же девушка — домашний цветочек сумела такое провернуть? Всё рассчитала, подготовилась, и, смотри-ка, Амелия, у тебя почти получилось, — с едва сдерживаемой злостью и лёгкой ноткой уважения сказал мой кошмар, а затем раздался едкий смешок.

Меня резко развернули, так и не выпустив из захвата горло, и я встретилась взглядом с ледяным пламенем пронзительно-голубых глаз. Резкие черты лица Ривьена Эрвуда заострились, и красивое лицо теперь пугало ещё больше своей хищностью.

— Отпусти, — проскрипела я, будто мой голос — это несмазанное колесо старой повозки. Воздуха катастрофически не хватало, и я руками вцепилась в широкую ладонь на шее в попытке отодрать её от своего горла. Но мои пальцы лишь беспомощно скользили по руке лорда.

Перед глазами полупрозрачная чёрная пелена начала набирать цвет и лишать меня зрения. Слабость разлилась по всему телу, и мне даже стоять на ногах оказалось неимоверно сложно. Я бы упала, но всё та же рука на моей шее за эту самую шею и удерживала меня.

— Возд… — Сил не хватило даже договорить одно-единственное слово, и я начала терять сознание.

Хватка на горле тут же ослабла, но я ничего уже не могла сделать, уплывая во тьму.

Хлёсткая пощёчина взорвалась болью на коже и выдернула моё несчастное сознание из коварных объятий темноты. Я лихорадочно начала хватать ртом воздух, пытаясь насытиться им. Зрение вернулось, как и острота слуха, по которому ударили звуки усилившегося дождя. Практически ливня. И он заглушал всё остальное, как и то, что сейчас происходило возле калитки моего дома, поэтому никто бы нас не услышал, даже если бы я смогла закричать. Ливень шумел слишком сильно, да и после того, что произошло с горлом, я бы не смогла издать громкого крика.

— Ты даже не представляешь, как меня разозлила, — процедил сквозь зубы садист, впившись в моё лицо изуверским взглядом. — Как легко я сейчас могу, не приложив ни единого усилия, свернуть твою тонкую хрупкую шею.

С этими словами он перевёл взгляд ниже, словно раздумывая над своими же словами и принимая сейчас решение о моей жизни… или смерти.

Миг…

Ещё миг…

Сердце пропускает удар… И пугающе сильная рука бывшего жениха притягивает меня к нему. Наши лица оказались теперь слишком близко. Настолько, что я улавливала его горячее дыхание на своей коже. Жестокий, жадный взгляд медленно скользил по моему лицу и остановился на моих приоткрытых губах. Эрвуд зло усмехнулся и резко склонился к моему лицу, впившись в мои замёрзшие губы своими. Он целовал так, словно наказывал. Грубо подчинял, прикусывал, вторгался всё сильнее и глубже.

Я вновь задыхалась, лишённая возможности нормально дышать. Губы горели так, словно на них попал яд и медленно разъедал нежную кожу. Из-за этого не сразу поняла, что практически впечатана в ненавистного лорда, а его вторая рука сжимала сквозь плащ то, что находилось ниже спины. Всё так же болезненно и ненасытно. Словно дикий зверь, добравшийся до долгожданной добычи.

Я не знаю, сколько длилась эта пытка, но в один момент это чудовище оторвалось от меня, давая возможность сделать нормальный вдох. Я с шумом втянула спасительный воздух и посмотрела в звериные глаза бывшего жениха. В них теперь бушевала больная страсть и желание овладеть мной прямо сейчас, невзирая, что мы находимся на улице.

— Моя Амелия, — довольно протянул садист, всё так же продолжая удерживать меня за горло. — Как же наивно было полагать, что у тебя есть хоть единый шанс избавиться от меня. Нет, мой нежный цветочек, я тебя не отпущу. Ты только моя! И всегда будешь только моей!

— Нет, — выдохнула я, зацепившись пальцами за рукав его формы и пытаясь оттянуть. Но… он словно даже не почувствовал моего сопротивления.

А я обратила внимание на его одежду. Чёрно-серая амуниция с золотыми нашивками на груди и предплечьях. Военная форма магов высшего ранга по борьбе с порождениями бездны. Получается, что он только прибыл с рейда и сразу же узнал о том, что я разорвала наш брачный договор, а после бросился на мои поиски. И вот… нашёл. Об этом, получается, и кричала интуиция. Но я не успела уехать. Не хватило всего-то одного часа. Часа — и меня бы в столице уже не было. Договор расторгнут, и я больше не принадлежу ему, а значит, и магическим способом он бы меня не сумел найти.

Но я не успела…

Отчаяние и безысходность сдавили виски, сжали в капкане сердце и медленно, с болью вкручивались в солнечное сплетение.

— Больше я не намерен ждать ни минуты. Сегодня же ты станешь моей, Амелия! — с этими словами он отпустил моё горло и схватил за локоть, слегка вывернув его, и я вскрикнула от пронзившей боли в руке. — Так не вырвешься. Хотя… У тебя и без этого ни единого шанса.

— Отпусти! Что ты делаешь? — взвыла я, пытаясь остановиться, но боевой маг тащил меня за собой, а с каждой попыткой сопротивления боль в руке только усиливалась.

— Как “что”, Амелия? — Обернувшись, бывший жених обжёг меня предвкушающим жадным взглядом. — Получаю своё! Сегодня же я наконец-то смогу насладиться тобой. Как же я долго этого ждал! Ты даже не представляешь, насколько тяжело сдержаться и сейчас же не накинуться на тебя и не взять у ворот твоего дома, на улице, на глазах всех прохожих.

— Нет-нет-нет, только не это, — истерично зашептала я, сделав очередную попытку вырвать руку и вновь взвыв от пронзительной острой боли. Да мне словно там кости ломало.

— Да, Амелия, — злорадно сказал Эрвуд, уже практически подтащив меня к чёрному, без опознавательных знаков, экипажу на противоположной стороне улицы от моего дома. — Я буду иметь тебя всю ночь. Раз за разом, пока ты не потеряешь сознание. Но, возможно, меня даже это не остановит. Настолько сильно я жажду тебя, Амелия!

— Ты больной! — выкрикнула, с ужасом глядя на дверь кареты, которая становилась всё ближе и ближе.

— Да, — легко согласился этот урод и, ненормально рассмеявшись, добавил. — Я болен тобой.

Мы встретились взглядами с обернувшимся ко мне лордом, и я поняла, что мне конец. Его не остановит ничто! И он сделает всё то, что пообещал.