Ким Ригерт

Я люблю тебя...

Пролог

Аплодисменты… Наконец-то! Забившаяся в угол костюмерной девочка облегченно вздыхает. Еще несколько вызовов, и в комнату вернется ее мать — исполнительница экзотических танцев Аранта Санчес Изабелла Виктория Престон. Чуть отдохнув, они смогут отправиться в гостиницу, которая уже почти три месяца служила им пристанищем. Три месяца на одном месте! Лори даже успела подружиться с несколькими девочками в школе, которую, как всегда, начала посещать в новом городке, где гастролировала мать. Обычно она лишь едва успевала привыкнуть к новым лицам, как, влекомая очередным контрактом, танцовщица переезжала. Надо, правда, отдать Аранте должное — куда бы они ни прибывали, прежде всего мать устраивала девочку в школу, так что ее образование можно было даже назвать довольно сносным, если бы не приходилось каждый раз приноравливаться к новой программе. Впрочем, учителя находили у Лори способности, и она многого успела достичь, если учитывать постоянную перемену мест.

Были, правда, остановки — небольшие передышки в бесконечной цепи гастролей, когда Аранта в очередной раз выходила замуж. Лори радовалась оседлому образу жизни и подобию семьи, хотя мужья матери обычно не обращали на пугливую девочку никакого внимания.

Особенно трудным оказался для Лори последний брак матери. Ее пятый муж — владелец бара, — когда выпивал, имел обыкновение крушить все вокруг, громко при этом ругаясь. Аранта с дочерью во время этих сцен обычно прятались в саду. Наконец увлечение матери владельцем бара прошло, экзотическая танцовщица, как бабочка, летящая на огонь, отправилась на поиски новых приключений, прихватив, как всегда, с собой дочь.

Но в калейдоскопе новых лиц и городов, где танцевала Аранта, Лори давно уже создала свой собственный мирок, куда надежно пряталась во время очередного приключения.

В любой обстановке, даже сейчас, забравшись в заваленный платьями угол костюмерной, девочка с легкостью могла вызвать перед внутренним взором небольшой скромный домик, окруженный садом. За его воображаемыми стенами она переживала всевозможные трудности.

Домик должен обязательно стоять на берегу залива. Море было настоящей и единственной любовью девочки, ее постоянным другом. В мире Лори, где все постоянно менялось, лишь огромное водное пространство навевало мысли о вечности. Аранта чаще всего путешествовала по приморским городкам, и после занятий Лори всегда спешила на берег, где могла часами созерцать переменчивый нрав волн.

Дверь хлопнула, оторвав девочку от размышлений, и в комнату впорхнула Аранта. За ней нерешительно с цветами в руках вошел высокий представительный мужчина. Лори удивилась: этот человек был явно не из того круга, в котором обычно вращалась мать.

Разноцветным вихрем Аранта пронеслась по комнате и извлекла дочь из груды костюмов.

— Познакомься, моя сладкая, — певуче произнесла она. — Это твой новый отец.

Лори подняла глаза на склонившееся над ней доброе и немного смущенное лицо мужчины.

— Это тебе, — сказал он и вручил девочке цветы.

Она растерялась. Это были первые цветы, которые ей подарили, хотя комнаты матери постоянно заполняли букеты от многочисленных поклонников.

— Кто вы? — шепнула Лори. Она уже чувствовала, что полюбит этого человека.

— Я вообще-то археолог. Меня зовут Рональд Николсон, — замялся мужчина, почему-то еще больше смутившись. — Разыскиваю затонувшие корабли, древние сокровища на дне моря. Хочешь, возьму тебя в плавание?

Лори была поражена. Неужели так бывает, чтобы сразу в один день исполнились все ее мечты?..

Глава 1

Похоже, Рождество здесь отмечать не собираются. Во всяком случае, ничего на этом тропическом острове не говорило о праздничной суете, охватившей полмира, мрачно думала Лори, разглядывая с борта катера пальмы и разбросанные по склонам холма домики небольшого городка. Казалось, такой праздник вовсе не знаком местным жителям.

Мыслями девушка унеслась в Нью-Йорк — в это время там повсюду елочные базары, толпы народа опустошали прилавки магазинов, витрины которых украшены гирляндами из мишуры, разноцветными лампочками и подарками; в рождественскую ночь Санта-Клаус положит их под елку. Лори вспомнила весь завешанный новогодними гирляндами небольшой китайский магазинчик, в котором иногда покупала продукты. Казалось, в ушах все еще звучал звон колокольчиков активистов Армии спасения, по утрам громко желающих прохожим счастливого Рождества и напоминающих о бедных людях, которые надеются в новом году на лучшее будущее.

А она уже ни на что не надеялась. Иллюзий в ее двадцать семь лет уже не осталось, и празднование Рождества казалось ненужной суетой в бесконечной череде скучных дней. Хорошо, что в этом банановом раю будто июнь, а не декабрь, — в царстве зелени и моря можно забыть о Рождестве… Раньше Лори с радостью встречала святой праздник, каждый раз ожидая, что новый год принесет счастье. Даже будучи взрослой, немного верила в исполнение всех желаний, загаданных в полночь, хотя уже знала — в жизни так не бывает. И каждое Рождество Лори встречала с матерью. Аранта очень любила этот праздник, но три месяца назад мама умерла. Девушка все еще не могла справиться со своим горем, а каждое напоминание о Рождестве отзывалось в душе щемящей грустью о безвременно ушедшем единственно дорогом во всем мире человека.

Лори не пожелала встречать праздник с отчимом и сводными сестрами в Аризоне, хотя ее радушно приглашали. Семья матери напомнила бы о том, каким чудесным был прошедший год.

Конечно, со временем Лори сможет более спокойно, без такой боли в душе думать о прошлом. Последнее замужество матери принесло много радости. Возможно, через некоторое время она успокоится и снова сможет встретиться с седьмым мужем Аранты и его дочерьми.

Но только не сейчас.

— Поедем со мной, — предлагал Картер, ее приятель, когда девушка попыталась рассказать о своих переживаниях.

Но и это она не желала. Картер все же слишком серьезно относился к их отношениям. И даже хотел жениться.

В принципе Лори не имела никаких предубеждений против замужества. Когда-нибудь и она выйдет замуж. Но ведь нужно любить своего избранника, а Лори подобных чувств к Картеру не испытывала. Он был просто хорошим другом, поэтому поехать в дом его родителей в Бриджпорт встречать Рождество значило бы только поддержать несбыточные надежды.

На остров Самана в гряде Багамских островов Лори тоже прибыла с сомнениями в правильности своего поступка. Просто тогда, в Нью-Йорке, стремясь убежать от боли, причиненной смертью матери, она эту поездку восприняла как наименьшее из зол. И, по словам шефа, здесь она сможет заработать на жизнь по завершении праздников. Но уже когда катер швартовался к пристани, в глубине души девушка признала: худшее, что могло случиться, — это приезд на этот остров. Но выбирать пришлось не ей.

Все, что надо сделать, заявила Моника, ее непосредственная начальница, это помочь Брету Николсону завершить работу над книгой.

Предложение удивило Лори, особенно когда в редакции появился Джейк, младший брат Брета. Джейк сначала все не мог поверить, что бывшая сводная сестра стала помощником редактора Генри Джефферсона, выпускавшего последнюю книгу, написанную братьями.

Однако изобретательный Джейк мгновенно сообразил, что к чему и сразу же воспользовался сложившейся ситуацией в корыстных целях.

— Судьба, — сказал бывший брат, нежно обняв Лори за плечи, и обратился к Монике: — Не правда ли? По-моему, это оптимальный вариант! Пусть наша сестренка поедет на Саману и поработает с Бретом вместо меня.

— Сводная сестра, — быстро поправила Лори, — бывшая сводная сестра.

— Ну, не совсем так, — возразил Джейк, — разве наши родители разошлись? Просто отец умер.

— Но это не делает нас родственниками, — уточнила Лори, не желая, чтобы Моника неправильно истолковала ее отношения с братьями Николсонами.