— Хорошо, — опустила голову Твайна. — Я попробую. Но госпожа Квайра будет очень зла…
— Мы как–нибудь переживем ее гнев. И защитим от него вас с Лейрр, если понадобится. Альтернатива: смерть или загон для имущества у тельнор.
— Что нас ждет при проигрыше понятно всем, кто чуть умнее креветки, технарь. Я же говорю — попробую.
— Ну, так действуй. Время дорого.
Объяснялись магички с Квайрой чуть более получаса. Процесс связи живо напомнил мне связь по телефону–автомату, в роли которого выступило растущее недалеко от причала раскидистое лавровое дерево, с которого Инга с Аленой периодически дергали листья для камбуза. Сначала магички изрезали в нескольких местах каменными ножами его кору, затем обвязали вокруг порезов несколько тонких мелких дощечек с резьбой, постояли с минутку, прикоснувшись к стволу еле–еле светящимися зеленоватым светом ладонями, и лишь затем начали ментальный «разговор по межгороду». «Оплачивал» его своей жизненной силой сам лавр — я видел, как с него один за другим сыпались сухие листья, начисто оголяя ближайшие ветви.
О ваэрия я к тому времени знал достаточно, чтобы понимать: в случае нужды магички могли обойтись и без живого дерева. Но тогда энергию для связи пришлось бы тащить из себя или из резных деревянных кругляшков — аккумуляторов жизненной силы, которые хранились в чехлах на их поясах. Однако, тратить этот ресурс попусту Твайна с Лейрр не любили. По словам Макарыча, создать такой «деревянный аккумулятор» непросто для любой магички. Сначала нужно достать специальную древесину, затем потратить несколько часов на филигранную резьбу по ней каменным лезвием, с высокой вероятностью испортить какую–нибудь хитрую завитушку и отправить заготовку в брак, затем обработать ее магией и перекачать в нее откуда–то энергию, желательно из чего–то живого. Действует же такой аккумулятор лишь один раз, затем деревяшка чернеет и вскоре рассыпается в труху. А растущих деревьев везде полно… Впрочем, опытные первородные магички уровня Квайры могли черпать силу даже из воды или земли, вытягивая ее из микробов или мельчайшего планктона. Правда, силы той были крохи… закон сохранения энергии никто не отменял. Так что у магических «технологий» имелись свои проблемы и ограничения.
— Квайра согласна, — сказала, наконец, Твайна, когда с лавра облетела чуть ли не треть листвы, шуршащим ковром засыпав основание дерева. — Сегодня флот подчинится вам. Но это мера вынужденная. Хозяйка гнезд очень недовольна.
— Принято, — кивнул я. Последние несколько минут «Бойкий» уже стоял «под парами» ия ждал лишь окончания разговора магичек. — Ступайте на борт, отчаливаем через несколько минут. Только передай напоследок, чтобы ваш флот ни в коем случае не лез в бой до нашего прибытия. Встретимся у Вэнлая.
— Да… командир, — чуть наклонила голову ваэрия. — Сделаю. Но помни, ты обещал заступиться за нас перед хозяйкой.
— Сколько нам еще идти до островов ваэрия? — спросил я Матвея, стоя на своем любимом месте на огражденной крыше рубки. Небо затянуло легкой дымкой, волна была умеренной, не больше метра в высоту, а ветер дул прямо в лицо, принося с собой мельчайшие соленые брызги. «Бойкий» резво бежал вперед к линии горизонта, разрезая носом темно–синюю воду и слегка переваливаясь с борта на борт.
— На пятнадцати узлах хода еще часа три, — пожал плечами Матвей. — До полудня точно будем.
После выхода из бухты в открытое море капитан поднялся ко мне, оставив Юлю в рубке. Девушка вполне оправилась от удара по голове и теперь заняла место рулевого. Макарыч торчал с биноклем у носового орудия вместе с Димой и Сергеем, Алексей–белорус вместе со своим подручным, долговязым парнем по имени Иван, готовились к стрельбе из зенитки, Олег и приданный ему в помощь Петя несли вахту в машинном отделении. А вот команду борьбы за живучесть судна формировать было уже не из кого. Разве что Алене с Ингой приказать тушить пожары и латать пробоины? А, еще две магички есть! Прирастаем потихоньку экипажем…
— С топливом как? — для порядка спросил я капитана.
— Горючего еще полно, — отмахнулся Матвей. — У китобойца штатная автономность плавания двенадцать суток, мы еще и тридцати процентов дизеля не сожгли. На бой точно хватит… а дальше… а дальше купим, — он внимательно посмотрел мне в лицо. — Нервничаешь командир?
— Не без этого, — признался я. — Ненавижу этот мандраж. И страшно, и неприятно и коленки дрожат. От адреналинчика еще меленько потрясывает. В бою и то легче.
— Меня тоже дергает, — кивнул капитан. — И Юльке страшно. Разве что майор у нас непробиваемый, ему все похрен, рожа кирпичом. Это бывает, переживем, не в первый раз. Шел бы ты в рубку, ярл. Или в кают–компанию перекусить, ты же не завтракал. Чего на ветру зря торчать? Нескоро еще.
— Аппетита нет, — поморщился я. — Ничего, я лучше тут побуду…
— Ну, как знаешь…
Когда капитан доложил по рации, что на радаре показались отметки трех чужих кораблей и очертания Вэнлая, а «Бойкий» сбавил ход в неизвестных водах, я все же спустился в рубку, присев ненадолго в углу и прокручивая в голове рисунок будущего боя. Юля и Матвей стояли у приборов, напряженно переговариваясь, а внизу, на палубе, Твайна с Лейрр начали сеанс связи с Квайрой, чтобы узнать текущее положение дел. По всему выходило, что лезть в ближний бой сразу не стоит, — думал я. Судя по тому, что говорили наши ваэрия, ничего дальнобойно–магического у тельнор нет. В отличие от нас, кстати… Следовало сначала пощупать серокожих издалека, в идеале выманив на дистанцию уверенного торпедного удара. Нам бы только снарядов побольше. Впрочем, боеприпасов всегда бывает или мало или очень мало, это вам скажет любой вояка…
Хлопнула дверь и в рубку вошла Лейрр, опасливо косясь на работающие приборы.
— Твайна сказала, что все три корабля впереди наши, — доложила магичка. — «Чистильщик» с судами сопровождения подошел к острову и спускает на воду десант. Как было приказано, флот его не атакует. Госпожа Квайра запрашивает дальнейших распоряжений.
— Встречайте нас и затем следуйте вместе с «Бойким» курсом к «Чистильщику». Мы должны его увидеть.
— Принято.
Отметки на радаре потихоньку поползли к центру, сближаясь с «Бойким». Через четверть часа я уже смог различить в бинокль знакомые «плавучие острова» ваэрия и покатые берега Вэнлая. По моей команде суда магов шли к нам полным ходом, а затем разворачивались, занимая свои места на флангах нашей импровизированной эскадры, следовавшей латинской буквой «V», центром которой оставался «Бойкий». Один «плавучий остров» ваэрия следовал чуть впереди на правом фланге, два других — на левом. Все вместе мы стали обходить Вэнлай с юго–запада, выходя к вражескому флоту по указке ваэрия на расстояние выстрела. Снова потянулись одна за другой долгие минуты…
— Есть! — выпалил Матвей, напряженно вглядываясь в экран радара. — Показался «Чистильщик» и три корыта сопровождения. Здоровенный, гад, засветка жирная. Метрах в двухста у острова стоят, раньше из–за береговой линии мы их не видели.
— Продолжаем идти курсом на сближение, — кивнул я. — Я к Макарычу, у него первый выход в нашем концерте по заявкам.
Тельнор уже наверняка обнаружили нашу эскадру, но пока реагировать не торопились. Мы же молча приближались, пока Матвей не сообщил, что до цели осталось всего семь километров. С высоты носовой площадки в бинокль уже был хорошо различим профиль вражеского судна — длинный, острый треугольник с тремя боковыми каскадами «крыльев–парусов» с каждой стороны борта. Борта высокие, на палубе хватает надстроек, в центре возвышается овальная сфера с башней–рубкой на ее вершине, но мелких деталей пока не разобрать. Но кораблик немаленький, что уж там. Не линкор «Ямато», само собой, но тоже внушает уважение.
— Десант высаживают, — заметил стоявший рядом майор, вглядываясь в бинокль. — Берег пологий, равнинный, сопротивления, похоже, нет. На воде что–то вроде шлюпок, плывут себе спокойно к берегу. Судя по всему, это уже вторая волна десантирования. На берегу уже кто–то копошится и какие–то плавсредства у воды лежат…