– А у старпера – мысленно кривлюсь от этого слова, – который семь лет в больших турнирах не участвовал, ничего не вывалится?

– Алина! – привстает босс. – Если это ваше личное мешает... Уволю.

– Так, может, не меня нужно было отправлять уговаривать? Вы в курсе, что мы были женаты.

Понимаю, что пора притормозить. Хакимов меня, конечно, уважает. Он меня, так сказать, вырастил, как специалиста. Но у всего есть предел.

Координатора заменить гораздо проще, чем найти спортсмена, способного принести стране кубок. А заменить зазнавшегося координатора – святая обязанность любого начальника.

– Да что ты понимаешь! – отмахивается главный и, на мое удивление, успокаивается. Осторожно опускается в кресло и складывает на столе ладони домиком.

Это происходит так быстро и неожиданно, что у меня закрадывается смутное подозрение: «А что, если именно из-за нашего прошлого он меня и отправил? Использовал как наживку!»

– Вы правы. – Встаю со своего места. – Зря я к нему ездила.

Стараясь выбросить из головы глупую мысль, иду на выход. Но не успеваю дойти до двери, как она сама распахивается.

– Приветствую, коллеги! – раздается уверенный мужской голос.

Глава 7

Глава 7

На пороге появляется невысокий наголо бритый мужчина с веселыми глазами, высоким лбом и светлой щетиной.

– Как понимаю, я вовремя! – разводит он руками, в одной из которых я замечаю знакомую папку.

– Женя? – Алишер Тимурович встает со своего места и распахивает руки для объятий. – Женька Лобов! Сколько лет, сколько зим! По какому случаю в наших краях?

Уже догадываясь, что за Женя порадовал нас своим визитом, я с тревогой жду продолжения.

– Алишер Тимурович, вы не поверите! – важно тянет Лобов. – Еще день назад я паковал чемоданы в Китай. Все было спланировано, договорено. Но тут вмешалась ваша девочка, и все переигралось.

– Да, моя девочка умеет вести переговоры любой сложности, – выразительно подчеркивая последние два слова, говорит босс.

– Охотно верю! У вас всегда работали настоящие профессионалы!

Теперь этот Женя смотрит только на меня. С улыбкой, в которой читается немой вопрос: «Ну и на хрена ты это сделала?»

– Как я понимаю, Руслан уже все подписал?

Хакимов берет папку и быстро проверяет подписи внизу страниц. Я тоже смотрю. С надеждой, что их нет, но зря.

Титов подписал каждую! Оставил такие размашистые подписи, что их можно рассмотреть издалека невооруженным взглядом.

– Да, с сегодняшнего дня он в вашей сборной и сделает все, чтобы команда вернулась домой с кубком.

Пока босс проверяет контракт, Лобов подходит ко мне. Наклонившись к уху, шипит по-змеиному:

– В Пекине за его участие обещали отвалить целое состояние. У меня все было на мази. Отели, промо, корты, реклама. И тут вдруг являешься ты... Скажи, как ты его уломала?

– А он сам не поделился?

– Я агент, а не исповедник.

– Значит, не такой уж хороший агент, раз клиент не пожелал рассказать, – отвечаю той же монетой.

– А ты у нас, значит, девочка с характером? – хмыкает ехидно.

– Я у нас координатор.

– Мы еще пересечемся, координатор, – бросает он, отходя к столу. – Тебе понравится.

– Обязательно.

Представляю, как заказываю ему место в хвосте самолета, где обычно сажают мамочек с маленькими детьми. И за отдельную плату договариваюсь об обеде из китайского меню.

Получившаяся картинка оказывается настолько яркой, что на миг даже забываю о главном… К сожалению, Хакимов быстро возвращает меня с небес на землю.

– Замечательно. Так когда Руслан сможет начать тренировки в составе сборной? – спрашивает он у агента, закончив с контрактом.

– А он, собственно, уже начал, – указывает куда-то за спину Женя. – Главная легенда страны прямо сейчас на корте. Проверяет на прочность ваше покрытие и радует прежних фанатов.

Словно из кабинета откачали весь кислород, я делаю рваный вдох и хватаюсь рукой за горло.

Руслан здесь?

Приехал одновременно со мной? Или даже раньше…

Почему?!

– О! Так это он лупит с такой силой?! – округляет глаза босс.

Прислушавшись, я тоже слышу эти жесткие «бам», «бам», «бам».

– Знаменитый бэкхенд Руслана Титова! – произносит агент с такой важностью, будто он сам ставил Титову этот смертоносный удар.

– Черт!

На лице босса сменяется столько эмоций, что я не успеваю их распознавать. Восторг, облегчение, надежда и что-то еще... темное, неприятное.

– Да-да, – понимающе кивает агент.

– Я должен это видеть!

С этими словами Хакимов срывается с места и, забыв о своей хромоте, быстрым шагом направляется к двери.

Все еще неготовая принять эту реальность, я несколько секунд стою на месте.

Испепеляю взглядом ненавистную папку на столе босса. Кляну Алишера Тимуровича за его нечеловеческое коварство и грязный расчет. А затем заставляю себя двигаться.

«Давай, Алина! Иди туда! В самое пекло. Пусть этот мудак знает, что ты не трусиха, а профи», – подбадриваю на ходу.

Однако, стоит выйти из приемной и спуститься по боковой лестнице к кортам, резко замираю от внезапного воспоминания.

Такого же яркого по эмоциям, как сегодняшние.

Такого же тревожного, как семь лет назад, когда я впервые столкнулась в этом здании с Русланом Титовым – тогда еще сорок второй ракеткой мира, занозой в заднице всей администрации и главным конкурентом моего парня за место в сборной.

Глава 8

У кого-то бывает любовь с первого взгляда. А у кого-то – ненависть. Наш случай был вторым.

Семь лет назад Титов невзлюбил меня сразу. Стоило нам впервые пересечься в узком коридоре между кортами и лестницей, этот гад показал себя во всей красе.

Он оценивающе посмотрел на меня и усмехнулся:

– И кто это у нас такой нарядный? Чемпионская дочка!

– Не по твою душу, Титов! – фыркнула я, пытаясь сдвинуть этого гиганта в сторону.

– Решила осветить своим сиянием тренировку простых смертных?

Бросив сумку на пол, ублюдок пригвоздил меня к стене своей широкой грудью. И как последний маньяк зарылся носом в волосы.

– Ну уж точно не тебя!

Чтобы не радовать его борьбой, я вздернула подбородок и уставилась в нахальные глаза. Синие, с длинными черными ресницами и четко очерченной радужкой.

Вероятно, именно на них велись девчонки, которые приходили тренироваться в Центр федерации и попадали в его кровать. Все, кроме меня!

– На Никитина нацелилась? – ухмылка Титова превратилась в оскал. – Сама, как папка, играть не можешь, так нашла себе чемпиона?

Не скажу, что эта фраза меня не зацепила. Ублюдок ювелирно ударил по больному месту. Как папа ни старался сделать из дочери достойную преемницу, у него ничего не вышло.

Мне не хватало роста и скорости. Я самой первой вылетала на всех любительских турнирах. А занятия с лучшим отечественным тренером сказались лишь на семейном бюджете. В минус!

Промучившись со мной до семнадцати, отец признал-таки единственное дитя неперспективным и, к нашему с мамой облегчению, перевел меня из спортсменов в разряд болельщиков.

– В отличие от тебя, – я ткнула указательным пальцем в грудь Титова, – Миша психически стабилен и сможет привезти мне кубок.

– Так вот за какие подарки папины дочки раздвигают ноги! – в глазах подонка мелькнуло что-то темное, злое.

Видимо, я тоже попала по больному. Пожалуй, ради такого можно было стерпеть несправедливое обвинение, ведь дальше поцелуев у нас с Мишей так и не зашло.

– Тебе не светит, – бесстрашно похлопала я его по плечу. – Но если не вылетишь до полуфинала, пришлю поздравительную открытку. С котиком!

– Открытку будешь слать своему Мише, – наклонившись, прошептал на ухо подонок. – Следующий кубок привезу я. И драть тебя тоже буду я.