— Как же так? Я все жизнь прожил здесь, семья, дело, все взять и бросить? — возмущенно прохрипел раздраженный Седеньо-старший.
— Время пока терпит, может быть и не понадобится, но на всякий случай готовым нужно быть ко всему. А на первом этапе, как я уже говорил, мне нужно собрать отряд из тридцати человек наших молодых родственников, и на четыре месяца нанять опытных рыцарей Альконтары и отставных солдат чтобы они позанимались с ними воинской подготовкой, сам понимаешь в таком деле только на родственников можно опереться. И денег на подготовку жалеть не нужно, все вложения оправдаются! — продолжал я излагать еще не пришедшему в нормальное состояние Пако свои грандиозные планы.
Нечего орден обогащать и дарить ему новых вассалов и так орден Алькантары сейчас представляет собой мощную финансовую и землевладельческую силу, поскольку помимо доходов от сельских угодий и пастбищ получает ренты, связанные с судопроизводством, налоги с ярмарок и транзитных грузов, а также проценты от капиталовложений. Фактически Эстремадура эта страна в стране. К этому следует добавить и военные трофеи: переняв исламский обычай джихада, орден отдавал королю только пятую часть добычи — знаменитую Квинто дель Рей (1/5), а остальное оставляет себе.
— Набрать то можно, если ты платишь, то желающие найдутся, воинское дело никому лишнее не будет- степенно рассудил уже успокаивающийся Франциско.
— На втором этапе, как я уже опять же упоминал, нужно скупить два или три десятка русских рабов, мне нужны иностранцы, игнорирующие приказы королевских чиновников или католических монахов. Предложу им свободу и возможность возвратиться домой через десять лет службы, они будут моей преторианская гвардия. Сам знаешь иногда чужие, лучше чем свои, если ты для них будешь единственной опорой.
— Так-то оно так но уж больно дороги они выходят, ты же платишь дороже рыночной цены, против чернокожих переплачиваем в два а то и в три раза — недовольно заметил прижимистый Седеньо-старший.
— Не страшно, лучше переплатить, чем потом на виселице болтаться! — возразил я- А как деньги появятся, то будем все больше русских покупать, в качестве нашей страховки. И в третьих, пока я буду четыре месяца отсутствовать, а ты в свою очередь наладишь первые два этапа, дальше нужно будет тебе проехаться самому или же послать в Италию доверенного человека и нанять кондотту швейцарских наемников, пока войны нет. А по моим предчувствиям война с Францией начнется очень скоро, так что нужно торопиться. Мне нужна сотня человек, в основном пикинеры, но и арбалетчиков там пусть будет десятка три. Аркебузеры не нужны, вырастим их в собственном коллективе.
— Праведное небо! Ты с ума сошел, да зачем платить такие нереальные деньги? Лучше испанцев пикинеров нет, а швейцарцы стоят намного дороже, да еще в Италию за ними ехать? — запричитал уязвленный Сиденьо-старший.
— Мне нужны швейцарские немцы, да еще лучше из тех, кто живет подальше от наших имперских территорий: Австрии, Германии и Италии, так что выбирай из тех кто живет поближе к французам, я хочу быть уверенным что меня за мои деньги не выдадут связанным любому испанскому чиновнику, привезшему бумагу из королевской канцелярии- изложил я свои доводы.
И еще долго я раздавал задание опешившему Седеньо-старшему. Нужны 8 лошадей, десяток осликов, до десятка пушек и фальконетов, порох, ядра, свинец, припасы, новые усиленные аркебузы, детали для колесцовых замков, оружие и доспехи для русских и наших родичей. Порох и свинец я и в Мексике сумею раздобыть, там такого добра много, но на первое время нужно скупиться здесь. А еще предстоит фрахт судов.
Представив себе порядок сумм, что надо выложить на все эти приготовления, Седеньо-старший взмолился и заявил что нашей семье столько не собрать при всем желании.
Вот тут я и начал излагать идею о финансировании. Пока деньги у нас есть, мы создаем компанию по типу Британской или Голландской Ост-Индской, в которой у меня будет 51 %, у отца и родичей 20 %, а у сеньора Чанка и его родичей от 1 до 5 % (в зависимости от его заинтересованности). Конечно, такие вещи как Устав подобной компании должен утверждать Его Величества, но сейчас мятеж, короля в стране нет, и будет ли неизвестно, регент тоже где-то бегает, поэтому размещение акций мы пока отложим. А разместим сейчас пробные облигации. Я напишу от имени компании и своего собственного 30 штук заемных писем на предъявителя на общую сумму 300 песо под 20 % годовых. Тут все дело своевременно выкупать их через сеньора Чанка и его родичей, у покупателей облигаций при их первом пожелании, чтобы создать видимость их востребованности, а потом вновь распространять, среди желающих вложить свои деньги (привет, билеты МММ), лучше даже совершать многочисленные фиктивные сделки по переходу этих облигаций из рук в руки между своими, чтобы они больше засветились, а через 4 месяца, когда я вернусь, нужно объявить держателям выплату промежуточных дивидендов в 5 %. Под такую рекламную компанию можно будет распространить облигации на сумму в 10 или 20 тысяч песо. Так сказать привлечь деньги населения. Мошенничества тут никакого, обеспечение у нас на миллионы песо, первое время серебро можно будет рубить топорами и кирками прямо на поверхности, так что 500 килограмм привести не будет проблемой.
В тот вечер мы с отцом не расходились за полночь, все продолжали обсуждение моих планов, уж больно рискованно все было поставить на одну карту, но и ставить было нужно, другого шанса уже не будет. А кто поздно пришел — только кости нашел.
Так, все задания раздал, деньги получил, нужные мне товары накупил, пару матросов нанял, взял себе еще 14 — летнего юнгу Мануэля Авилу на вырост, пусть работает за обучение и кормежку, и 16 февраля 1521 года моя каравелла вновь подняла паруса и двинулась на запад, через океан. Трансатлантический переход занял полтора месяца. Далее я зашел в Санто Доминго, там продал дорогое испанское вино и взял местный дешевый ром и проследовал дальше в Колумбию. Вместе с Диего мы на лодках уже знакомых индейцев посетили деревню в районе Спутанного леса и там еще раз провернули выгодную сделку. Но на этот раз удалось выменять всего четыре изумруда. Похоже, что мое рыбное место иссякает, нужно или пробираться дальше вглубь, а это большой риск, или делать большие промежутки, тут обмен у индейцев происходит нерегулярно, а я, кажется, всю округу уже опустошил, следующий раз может быть вообще ничего тут не будет.
Дальше пользуясь хорошей погодой двинулись к острову Косумелю и далее к Табаском, покупать какао бобы, ваниль и хлопок за свои товары. Обмен с индейцами и плавание на корабле по волнам по морям уже превратились в рутину. Как бы мне такой своей торговлей не оттоптать ноги местным испанским колониальным властям, мной, наверное, уже заинтересовались в Санто-Доминго соответствующие службы. Тут у каждой земли с индейцами есть свой официальный хозяин, которому нужно платить его долю за разрешение. Я уже рассказывал, половину сразу отдай: королю, церкви и губернатору. Пошли все они козе в трещину. В этот раз я тоже на Гаити заявил, что везу нужные припасы Кортесу, но сейчас в Вера-Крус я не пойду, там сейчас самое месиво. Могут и не отпустить, а у меня другие планы. Сегодня уже 21 апреля 1521 года, что произошло в Мексике на этот момент?
Прошлогодняя осенняя война затихла сама собой из за бушующей эпидемии оспы в ноябре. На этот раз испанцы сильно упрочили свое положения, многие новые касики и вожди индейских племен за утверждением в своей должности уже обращались не к ацтекам в Теночтитлан, а к Кортесу в Тлашкалу. В добровольном порядке индейцы часто приходили к конкистадору со своими горестями или с просьбой рассудить их споры. Кортес готовится к весеннему походу на Теночтитлан. Мехико-Теночтитлан был островом, значит, и брать его предстояло с воды. Кортес решил осадить столицу ацтеков, организовав морскую блокаду города. С этой целью он собрался подготовить в Тласкале, ставшей его тыловой базой, тринадцать десантных судов. Он попросил Мартина Лопеса — корабельного плотника, которого он захватил с собой, — сконструировать бригантины, пригодные для действий под Мехико. В ход пошло все, что можно было снять в Веракрусе с затопленных кораблей. Вместо пакли использовалась сосновая смола. В столице тласкальтеков (хлебных людей), превращенной в морскую верфь, вскоре появились заказанные тринадцать бригантин. Строительство судов было полностью завершено в Тласкале, и там же прошли испытания; река Зауапан послужила водным демонстрационным полигоном.