Сериия книг "Изобретения профессора Вагнера"

Впервые рассказ был опубликован в авторском сборнике «Голова профессора Доуэля», выпущенном издательством «Зиф» в 1926 году. Впоследствии переиздавался неоднократно.Этим рассказом писатель открыл цикл произведений под общим названием «Изобретения профессора Вагнера. Материалы к его биографии, собранные А. Беляевым». Входящие в цикл повести и рассказы отличаются значительным жанрово-тематическим разнообразием – от серьезной научной фантастики («Хойти-Тойти») до парадоксальных юморесок («Чертова мельница»).Литературным первоисточником беляевского замысла могла послужить серия повестей и рассказов английского писателя Артура Конан Доила (1859 – 1930) о приключениях и изобретениях профессора Челленджера. Сходство отдельных эпизодов разительно – например, путешествие профессора Вагнера через спящий Берлин и поездка профессора Челленджера и его друзей по спящему Лондону в повести «Отравленный пояс». Однако Беляев, наполняя новым содержанием старые, уже опробованные фантастикой сюжетные коллизии, создавал своего героя не просто чудаковатым гением, как Челленджер, а ученым-гуманистом в высшем смысле слова, борцом против научной косности и социальной несправедливости.Фантастические идеи «Человека, который не спит» во многом сохранили актуальность.

«… Милиционер, молодой парень в веснушках, подошел к ящику и храбро поднял крышку. В тот же момент Тарасовна крикнула и выбежала на улицу. Вслед за нею бросилась бежать и набившаяся в мельницу толпа любопытных. Только представители власти остались на мельнице. Но и они невольно отшатнулись, заглянув в ящик. Я подошел ближе и, когда увидал, что находится в ящике, был поражен не меньше остальных.В ящике был заключен конец горизонтально вращающегося вала. К валу прикреплено колесо с ручкой. Человеческая рука — живая рука! — крепко держала эту ручку, и, видимо, она же вращала колесо, а вместе с ним и вал, приводящий в движение через шестерни жернова. В локтевом суставе рука была прикреплена к металлическому цилиндру. Этот цилиндр был соединен с трубой, выходящей наружу. Кроме того, в цилиндр были вставлены две стеклянные трубочки и, по-видимому, электрические провода, выходящие из ящика поменьше. На этом же небольшом ящике были установлены гальванометр и манометр.Да, неспроста Тарасовна так кричала. ...»

«… У нас уже все было заготовлено. Ваг заранее заказал хирургические инструменты, которые могли бы одолеть крепость слоновьей кости. Он подошел к вожаку, вынул из ящика стерилизованный нож, сделал на голове слона надрезы, отвернул кожу и начал распиливать череп. Слон несколько раз подергивал хоботом. Это нервировало меня, но Ваг успокаивал:– Не беспокойтесь. Я ручаюсь за действие моего наркоза. Слон не проснется раньше чем через три часа, а за это время я надеюсь вынуть его мозг. После этого он будет для нас безопасен.И он продолжал методически распиливать череп. …»

«… — Весь вопрос в том, чтобы удачно прыгнуть на четвереньки. Блохе прыгать легче, у нее шесть ног, — сказал Вагнер. — А ну, гоп!Уже по тому, как он падал — головою вниз, я угадал, что прыжок снова будет неудачным. И действительно, первый удар — всею тяжестью тела — пришелся на руки. Вагнера подбросило вверх и назад. Описав дугу, он исчез за забором.Я нашел незадачливого изобретателя на куче лошадиного навоза. Вагнер лежал на спине и копошился, как жук, который тщетно пытался перевернуться на ноги. К моему удивлению, лицо Вагнера сияло от удовольствия.— Пружины-то, пружины каковы, а? Как подбросило! На этот раз будет толк. …»