— Да че ты, да ладно ты… у пацанов, наверное.

— Если через минуту!..

Через минуту трубки лежали на столе.

— А чего мы, мы ничего…

— Кнопки лапали?

— Да когда, мы даже и не думали, мы просто так, посмотреть…

— Лапали, лапали…

— Ну-ка ты, возьми мобильник и сгоняй в город. Получишь номер, и шнуром обратно! Только сюда его не тащи, в лесу брось, вон там, на опушке, — показал Ноздря на недалекий лес. — Сунь куда-нибудь под корягу и ветками забросай, чтобы не видно было.

— Да ты че, его же свистнут! — поразились все.

— Не успеют.

Через три часа запыхавшийся посыльный вернулся.

— Ну все, бросил. Как ты сказал. В лесу. Вон там, между тех деревьев.

— Рядом кого-нибудь видел?

— Не-а. Чего там делать? Я там сам еле пролез. Ноздря осторожно, двумя пальцами, поднял вторую трубку, взглянул на панель.

— Ты куда в прошлый раз нажимал?

— В какой прошлый?

— Когда Хрипатому звонил!

— Я чего, помню, что ли?

— А ты вспомни! Ты лучше вспомни! — с угрозой в голосе прошипел Ноздря.

— Ну сюда, кажется. Или сюда еще. Потянул к трубке руку.

— Грабки! Грабки убери! — заорал Ноздря, испуганно отдернув руку с мобильным телефоном.

— Ты че, в натуре?

— Ниче! На — бери мобилу и иди вон туда, за дом, там овраг, спустишься в него и нажмешь на эту, потом на эту, потом на эту кнопки. Только раньше не вздумай!

— А чего будет, когда нажму? — забеспокоился бандит. — Чего-нибудь будет?

— Еще быстрей будет, если ты пасть свою поганую не захлопнешь!.. — Ноздря злобно оскалился.

— Да ладно ты, ладно, иду уже. Давай…

С опаской, стараясь ничего не касаться, взял трубку.

— Ну я пошел?

Он боялся трубки, но еще больше боялся Ноздрю.

Он обогнул дом, спустился вниз по крутому откосу и на самом дне оврага остановился.

Чего его сюда послали, в овраг? В доме, что ли, нельзя было кнопки нажимать?..

С испугом и ненавистью посмотрел на телефон. Как можно дальше, на вытянутую руку отодвинул от себя трубку, отчаянно выматерился и нажал кнопки.

Первую.

Вторую.

Третью…

В мгновенье, когда он нажал третью кнопку, на опушке леса что-то громко лопнуло. Звонкое эхо раскатилось по окрестностям. Над лесом поднялся столб дыма, разлетелись клочки оборванной листвы, веток, пыли и какого-то лесного мусора. Одно из деревьев дрогнуло листвой, качнулось, накренилось и с шумом обрушилось на землю, срезанное взрывом у самых корней.

— Ни хрена себе! — ахнули все.

И Ноздря ахнул, хотя лучше других знал, что будет. Ахнул, потому что представил, что могло случиться с ним, если бы Хрипатый нажал не ту кнопку.

— Так это чего, эти потому Хрипатый, что ли?.. Так это мобильник, что ли?.. — медленно доходило до присутствующих. — Это он, что ли, так, блин, рванул?

Мобильник рванул, как граната-лимонка. Пожалуй, даже сильнее, чем граната-лимонка. Рванул здесь, на недалекой лесной опушке, и там, в городе, в квартире Хрипатого, хотя до нее было чуть не полста километров.

— Ну все, теперь мы Фиксу!.. — обрадовался пришедший в себя Харя. — И Гундосого тоже! Впарим им по мобильнику и…

— Ага, ага, — радостно закивали все.

— Перебьетесь! — отрезал Ноздря. — Еще на Фиксу и Гундосого трубки тратить! Их пером подрезать можно.

— А трубки тогда куда?

— Загоним!

— Кому?

— Кому?..

Ноздря на мгновенье задумался. Но всего лишь на одно мгновенье.

— Есть кому. Я знаю кому…

Глава 6

Резидент гулял по бульвару. Такая у него в последнее время появилась привычка — гулять до завтрака по бульвару. Потому что у Курьера появилась. Потому что у «объекта», за которым гулял Курьер, появилась…

Бульвар был очень даже ничего — деревья, скамейки, кованые заборчики, беседки. Правда, бульвар был далековат от дома. Был от дома за три с половиной тысячи километров. В другом городе, в другом регионе, в другом конце страны.

Ну и что, раз он понравился…

Резидент прогуливался по бульвару часок-другой, а потом отправлялся в аэропорт и летел обратно. За три с половиной тысячи километров.

Чтобы к вечеру вернуться и снова погулять. По бульвару. Или, может быть, не по бульвару. Где придется.

Где придется Курьеру.

Уже почти неделю Курьер отслеживал порученный ему «объект». Который вовсе даже не был объектом, а был случайно выбранным в наугад взятом городе человеком. Был учебным пособием, «пустышкой». Курьер сдавал экзамен на профпригодность. Хотя считал, что выполняет боевое задание.

Учебка — учебкой, но хочется лично убедиться, на что способен новый помощник. Лишняя проверка не помешает…

«Гуляющий» Курьер пересек на светофоре улицу и, пройдя полквартала по противоположному тротуару, остановился возле витрины обувного магазина, где стал изучать модели женских босоножек.

Ему было трудно, слежку такого уровня должны вести по меньшей мере пять-шесть постоянно сменяющихся филера, а он был один. И был един во всех лицах. Днями он сопровождал «объект», вечерами «снимал звук», ночами писал отчеты. Отдыхать было некогда.

Курьер закончил осмотр моделей женской обуви и перешел к витрине соседнего магазина. Магазина одежды. Содержание которой тоже очень внимательно изучил. Как видно, спешить ему было некуда.

Как было видно со стороны проходящим мимо прохожим.

И было видно Резиденту.

Курьер работал качественно, Курьер играл скучающего провинциала, бездумно прожигающего выходной. Возле этой конкретной витрины. Дальше он не шел, потому что «объект» прекратил движение по бульвару и завис возле киоска с пирожками.

Курьер изучил витрину, чем-то заинтересовался и зашел в магазин. Так, от нечего делать, чтобы убить время…

И чтобы не мозолить лишний раз глаза, чтобы наблюдать за «объектом», оставаясь невидимым, откуда-нибудь изнутри, с лестницы, ведущей на второй этаж, или «на просвет» через прилавок и витрину, делая вид, что внимательно разглядывает товар. И, по возможности, не выпуская из поля зрения входную дверь, чтобы иметь возможность отслеживать всех, кто зайдет вслед за ним в магазин.

Молодец, пока все правильно делает.

Только что будет делать дальше?

Резидент тоже зашел в магазин. Но в другой магазин, в универмаг, расположенный на противоположной стороне улицы. Откуда он мог видеть вход в магазин «Одежда» и видеть «объект».

Так, все, пора, «объект» дожевал свой пирожок и двинулся дальше, «объект» выходит за границы визуального контакта. Где же слежка?! Осторожность хороша, когда не в ущерб… Почему он не выходит?..

Или?..

Ах ты, черт возьми! Минуту назад из магазина выбежал парень в джинсовом костюме. Незнакомый парень в новом джинсовом костюме. В слишком новом джинсовом костюме!

Вон он, быстро идет вперед мимо «объекта». Пробежал три квартала. Купил в киоске букет цветов, остановился у автобусной остановки, в самой гуще народа. Делая вид, что кого-то ждет. Удачно остановился, прикрывшись людьми и прикрыв лицо цветами, одновременно имея возможность отслеживать все направления.

Ай молодец! Если смотреть на него мельком, то не узнать. И даже если не мельком… Другая одежда, другая походка, другое выражение лица. И даже очки успел нацепить.

Ловко он обернулся — заскочил в магазин, быстро купил себе новую одежду, переоделся в примерочной кабинке, сбросил старую шкуру и вышел на улицу в неузнаваемо новом обличье.

Нет, здесь все нормально, ему нянька без надобности.

Можно снимать слежку.

Молодой человек с цветами все еще стоял на остановке. Он бросался, как к родному, к каждому вновь подходящему автобусу, к каждой открывающейся двери. И все более и более разочаровывался и все более и более мрачнел. Его любимой не было, его любимая опаздывала.

Ну где же, где… — переживал влюбленый юноша. — Где он теперь? Куда подевался? Тот мужик, что зашел в универмаг напротив магазина «Одежда»? В течение последнего часа он мелькнул дважды. Что, конечно, может быть случайностью, что скорее всего случайность… Но что должно истолковываться как опасность.