Минуту спустя, сидя на вездеходе, который он нарочно не трогал, Макс нажал кнопку, открывающую гаражную дверь. Царила ночь, и дождь лил как из ведра. О лучших условиях Макс и мечтать не мог. Закрывать за собой дверь было неза­чем — Ковач все равно узнает, что он сбежал и как он это сде­лал.

Прищурившись от дождя, Макс нажал на педаль и помчался навстречу неизвестности.

ГЛАВА 24

Приказы Ковача поначалу казались странными. Он расставил пятерых своих человек по периметру покинутого учреждения респонсивистов на Филиппинах. Им нельзя было контактировать с людьми, исследовавшими здание, если только те не будут: предпринимать очевидных попыток проникнуть в подземный тоннель. За несколько недель, что они наблюдали за местно­стью, единственными, кто проявил интерес к сооружению, бы­ла парочка филиппинцев на дряхленьком мотоцикле. Они прослонялись несколько минут, осматривая здание в поисках цен­ного добра, и, ничего не найдя, уехали прочь в клубах густого сизого дыма.

Завидев же приближение этих двоих, часовые тут же встре­пенулись, а когда до них донеслось эхо прогремевшего взрыва, они поняли, что опасения их были не напрасны.

В грохоте обрушивающегося бетона Хуан скользнул в про­деланную Линком дыру, приземлившись точно на стертые сту­пени. В воздухе стояла беспросветная стена пыли, и Кабрильо вслепую побежал вниз по лестнице в надежде, что Линк уже расчистил проход. Кусок бетона размером с его голову задел плечо, отчего Хуан повалился с ног. Кубарем прокатившись на пару метров вниз, он так и остался лежать под дождем пада­ющих обломков.

Мощная рука схватила его за шиворот и втянула в неболь­шую пещеру, в последнее мгновение спасая его от сокрушитель­ной лавины.

—Спасибо, — прохрипел Хуан, пока Линк помогал ему под­няться на ноги.

Оба были с ног до головы покрыты слоем серой пыли.

Деревянные балки, поддерживавшие потолок, не выдержа­ли, и тонны бетона и древесных обломков покатились по лест­нице, окончательно забив ведущее в пещеру отверстие. Они остались в кромешной темноте.

Линк нащупал в заплечной сумке фонарик. По мощности тот сравнился бы с ксеноновой фарой автомобиля, но все, что они сейчас могли разглядеть, — это облака пыли.

—Ничего не напоминает? — фыркнул Линк.

—Разве что как мы тогда вызволили того банкира из тюрь­мы в Цюрихе, — прокашлявшись, ответил Хуан.

—Как тебе наш комитет по приему?

—И как я мог думать, что все будет так просто?

Линк провел лучом фонарика по заваленному проходу. Некоторые глыбы весили не меньше полутонны. На то, чтобы разобрать завал, уйдет не один час.

—А стоит нам откопать хоть крошечную дырочку, как они пристрелят нас на месте. — Хуан поставил пистолет на предо­хранитель и сунул его за пояс. — Они превосходят нас в боевой мощи и, скорее всего, в численности тоже. Я как-то не рвусь про­делывать весь этот путь, чтобы наткнуться на дуло пистолета.

—Подождем, пока свалят?

—Не получится. У нас одна фляга с водой на двоих и пара протеиновых батончиков. Они же могут сидеть там хоть до скон­чания веков.

Он все возился со своим спутниковым телефоном.

—Призовем кавалерию. Эдди доставит сюда ударную груп­пу в течение сорока восьми часов.

—           Нет сигнала. — Кабрильо вырубил телефон, не тратя заряд батареи.

—Ладно, может, у тебя какие идеи?

Хуан забрал у Линкольна фонарик и посветил вниз, вдоль спускающегося под землю тоннеля.

— Посмотрим, куда он ведет.

— А если они пойдут за нами?

— Что ж, надеюсь, мы их услышим и успеем устроить засаду.

— Так почему бы не подстеречь их прямо здесь?

— Будь я на их месте, первым делом закинул бы сюда пароч­ку гранат, а потом уж засылал людей. Мы превратимся в фарш раньше, чем они успеют открыть огонь. Надо найти более выгод­ную позицию. Зато если они решатся за нами пойти — значит отсюда есть и другой выход.

Линк обдумал их положение и в конце концов широким же­стом пригласил напарника спуститься в проход.

Одна из стен тоннеля представляла собой сплошную ка­менную плиту, на другой же были очевидные признаки работы инструментами. Вдвоем они свободно стояли плечом к плечу, а в высоту тоннель достигал трех метров.

— Это природная трещина, которую японцы разработали в период оккупации, — изучив стены, предположил Кабрильо.

— Наверное, разлом после землетрясения, — согласился с ним Линк. — Вот они и построили свою фабрику, или как они это называли, в месте, где трещина соприкасается с поверхно­стью.

Хуан указал на темные брызги на каменном иолу. Судя по форме распыла, это была кровь, много крови.

— Стреляли.

— И не раз.

С каждым шагом температура падала, а влажность возраста­ла. Но Кабрильо дрожал вовсе не от холода — от мыслей об ужа­сающих бесчинствах, творившихся здесь когда-то.

Тоннель шел не прямо, а зигзагообразно, порой слегка из­ворачиваясь под незначительным углом. Спустя двадцать пять минут — почти пять километров — пол пещеры выровнялся, и они наткнулись на первую комнату. Вход был частично зава­лен, а потолок являлся испещренной трещинами каменной мо­заикой, готовой обвалиться в любую минуту. Судя по всему, это тоже когда-то был природный разлом, расширенный японцами.

Комната представляла собой неровную окружность метров пят­надцати в диаметре. Она была пуста за исключением несколь­ких болтов, на которых когда-то крепились электропровода.

— Администрация? — вслух размышлял Линк.

— Вполне возможно, раз уж это ближайшее к поверхности помещение.

Пройдя мимо еще двух боковых пещер, они наткнулись на четвертую комнату, в которой японцы кое-что оставили. Здесь была дюжина прикрученных к полу коек, а также несколь­ко металлических шкафчиков на стене. Хуан принялся их осма­тривать, пока Линк занимался исследованием кроватей.

— Смотри-ка, даже койки заключенным предоставляли, — задумчиво сказал он.

— В шкафчиках пусто, — Хуан взглянул на Линкольна. — Койки были нужны, чтобы сдерживать узников. Зараженные сыпным тифом, холерой или каким-то ядовитым газом мета­лись бы в конвульсиях.

Тот тут же с отвращением отдернул руки.

Позже они нашли еще четыре такие же комнаты, в некото­рых умещалось до сорока коек. Им также попался небольшой, высотой по пояс проход в главный тоннель. Хуан просунул в щель голову и плечи и обнаружил резко уходящую вниз пеще­ру. На конце луча фонарика он разглядел усыпанный каким-то мусором пол. Это была общая свалка, и в грудах отходов уга­дывались человеческие кости. Спустя десятилетия уже было непонятно, от скольких людей.

— Да это самая настоящая бойня, — пропыхтел он, высовы­ваясь наружу. — Фабрика смерти.

— И на протяжении восемнадцати месяцев она ни на день не прекращала свою работу.

— Думаю, верхние сооружения служили лишь прикрыти­ем для этих подземных лабораторий, в которых происходили поистине ужасающие вещи. С помощью системы пещер они с легкостью могли изолироваться, в случае если вирус вырвет­ся на свободу.

—           Грубо, но действенно. — В голосе Линка звучало презрение. — Нацистам бы еще поучиться у японцев.

—   Что они и сделали, — ответил Хуан. — «Отряд 731» образовался в 1931-м, за два года до прихода к власти Гитлера. Прямо перед окончанием войны направления обмена информа­цией и технологиями изменились. Германия снабжала Японию реактивными двигателями для создания самолетов камикадзе, а также ядерным топливом.

Линк не успел ответить ему.

Будучи на большом расстоянии и под мощным слоем кам­ней, они не услышали взрыва у входа в тоннель. Зато еще как ощутили дуновение воздуха, словно воздушный поток пронося­щегося мимо грузовика. Респонсивисты пробрались через груду обломков и уже шли за ними по пятам.

—   Они наверняка знают тоннели наизусть и быстро нагонят нас, — мрачно сказал Кабрильо. — Теперь у нас не больше по­лучаса на то, чтобы найти либо выход отсюда, либо выгодную позицию, чтобы обороняться с двумя пистолетами и одиннад­цатью магазинами.