– Ты уже говорила. Ну что ж, поздравляю. Было бы, конечно, правильнее зайти и сказать мне об этом.

– Извини, пожалуйста, но в это время мы как раз…

– Мирились, – закончила за нее Дрю.

– Привет, Терри.

Она взвизгнула:

– Ой, Сет! Сет Куинн!

– Как дела?

– Да все хорошо. Я слышала, что ты вернулся, и вот ты здесь, собственной персоной. Такой высокий, красивый, намного интереснее, чем раньше, да к тому же известный художник! Сколько же времени прошло с тех пор, как мы окончили школу?

– Да, немало, – сказал он и посмотрел на Дрю.

– Вы знаете друг друга?

– Встречались, – ответила Дрю. – Пойду-ка я, пожалуй, а вы поговорите о старых добрых временах.

– Мы сделаем это как-нибудь в другой раз. – Он оставил надувшую губы Терри и догнал Дрю: – Давайте я угощу вас.

– Я ничего не хочу, спасибо. Я уезжаю отсюда сию же минуту, пока мои барабанные перепонки не лопнули от этого ужасного оркестра. И к тому же ваша хорошенькая приятельница так и поедает меня глазами.

Он раскрыл перед ней дверь:

– Ваши цветы произвели настоящий фурор.

– Я очень рада.

– Так вы сдаете помещение?

– Да, как вы слышали.

Она обошла свой черный «мерседес» и уже собиралась сесть в него. Прежде чем она успела это сделать, Сет взялся за ручку, а потом встал, опершись о дверцу.

– Так какое помещение, где?

– На втором этаже, над магазином. Знаете, я не могу вести машину, не сев в нее.

– Над магазином, – повторил он. – Там три окна, так что света должно быть достаточно. А какая площадь?

– Двадцать семь квадратных метров, включая кухню.

– Давайте поедем посмотрим.

– Вы хотите посмотреть ее прямо сейчас?

– Я поеду вслед за вами. Не беспокойтесь, это не займет слишком много времени, – сказал он, непринужденно улыбаясь. – Я обычно быстро принимаю решения.

Глава четвертая

Она тоже умеет быстро принимать решения, подумала Дрю, отъезжая. Сета она раскусила. Он уверен в себе и очень талантлив. И конечно, привлекателен. Его худощавая фигура как будто специально создана для этих его вытертых джинсов. А прямые волосы какого-то интересного, бронзового оттенка никогда не выглядят прилизанными. Впалые щеки, ярко-голубые глаза. Он смотрит на тебя так, как будто видит что-то, чего другие не замечают. Что-то, что ты даже сама про себя не знаешь. Женщины для него как палитра красок. Он может окунуть кисть в одну из них просто по прихоти. Как он сидел с молоденькой блондинкой в баре! Сразу видно, что между ними что-то есть.

И все же она согласилась и по его просьбе едет в магазин показывать ему квартиру, хотя больше всего на свете ей хотелось бы сейчас вернуться в свой любимый дом.

Что ж, это разумно, зачем квартире простаивать.

Было девять часов прохладного весеннего вечера, но пристань практически опустела. На приколе стояло несколько лодок, редкие парочки гуляли по набережной при свете месяца.

Ох, как же ей нравилась набережная! Она чуть не завизжала от восторга, когда узнала, что это здание будет принадлежать ей. Она представила себе, что в любую минуту сможет выйти на улицу и увидеть воду, ловцов крабов, туристов. Почувствовать влажный воздух на своих щеках.

Было бы гораздо практичнее поселиться в квартире над магазином. Но она решила не жить там, где работаешь.

Она выключила фары, заглушила мотор и взяла сумочку. Сет уже раскрывал перед ней дверцу машины.

– Осторожнее, здесь довольно темно. – Он взял ее под руку и повел на второй этаж.

– Я прекрасно все вижу, спасибо. – Она отстранилась от него и раскрыла сумочку, чтобы достать ключи. – Вон там парковка, а вход в квартиру отдельный, впрочем, вы и сами это заметили.

– Послушайте. – На середине лестницы он коснулся ее плеча и остановился. – Постойте немного и послушайте. Просто потрясающе, правда?

Она невольно улыбнулась. Она прекрасно поняла, о чем он говорит. И это действительно было здорово – такая гулкая тишина!

– Через некоторое время такого здесь больше не будет. – Он еще раз обвел взглядом темную улицу, дома, лужайки перед ними. – Начиная с Дня Поминовения сюда понаедут туристы и дачники. Солнце будет заходить поздно, станет тепло. и люди будут гулять до поздней ночи. Это тоже бывает приятно – весь этот гам и веселье. Праздничный шум.

Он посмотрел на нее своими пронзительными голубыми глазами. Ее буквально затрясло, как от разряда тока.

Она быстро прошла оставшиеся ступеньки, отперла квартиру и щелкнула выключателем.

Первым делом Сет подошел к окнам, выходившим на улицу, и начал что-то про себя бормотать.

– Что вы говорите?

– Я смотрю, как будет со светом, под каким углом он будет падать. – Потом он прошел по комнате, подошел к другому окну и так же долго стоял там, бормоча что-то себе под нос.

– Кухня… – начала было Дрю.

– Это все не важно.

Нахмурившись, он поднял голову и уставился в потолок.

Дрю тоже задрала голову.

– С потолком что-то не так?

– Да, есть небольшая проблема. Вы не будете возражать, если я устрою световой люк и дополнительное верхнее освещение – за свой счет, естественно.

– Я… Я не знаю, думаю, что это…

Он опять начал расхаживать по комнате, мысленно расставляя холсты, мольберт, раскладывая по полкам краски. Надо будет поставить сюда диван, а еще лучше кровать, на случай если заработаюсь и захочу переночевать здесь, подумал он.

– Очень хорошая комната, – сказал Сет. – А с дополнительным светом так вообще будет прекрасно. Я беру ее.

Она напомнила себе, что еще не дала согласия на люки. Но, по правде говоря, особых причин возражать не было.

– А не хотите посмотреть кухню, ванную?

– Там есть все, что положено?

– Да. Правда, ванны нет, только душ.

– А я и не планировал здесь нежиться в ванне с пеной. – Он опять подошел к окнам. – Вид прекрасный.

– Ну что ж, очень хорошо. Можно задать вам один вопрос? Это, конечно, не мое дело, но мне кажется, что у вас и так есть где остановиться. Зачем вы снимаете квартиру?

– А я и не собираюсь здесь жить. Мне нужна мастерская.

– Да, теперь понятно, зачем вам понадобился люк.

– Мне пора уже снова взяться за работу. Что, если мы заключим контракт на шесть месяцев?

– Шесть месяцев… Я в общем-то планировала сдать квартиру минимум на год.

– А вдруг кому-то из нас что-то не понравится? Если контракт будет на полгода, и у меня, и у вас останется возможность его расторгнуть.

Она наморщила лоб:

– Ну что ж, пусть будет так.

– Сколько вы просите за квартиру?

Она назвала сумму.

– Когда будем подписывать контракт, я хотела бы получить от вас деньги за первый и последний месяцы.

– Сделаем это завтра же. В воскресенье у нас небольшой семейный праздник, а завтра мне еще надо заказать люки. Но все равно перевезти вещи мне хотелось бы сразу же.

– Я не возражаю. – Ей нравилось, что он будет писать свои картины над ее магазином. – Поздравляю, теперь у вас есть мастерская.

– Спасибо, – ответил он, на секунду задержав ее руку в своей. Без кольца, подумал он вновь. – Ну как, вы взвесили предложение написать ваш портрет?

– Нет, я не хочу позировать.

Он усмехнулся:

– Вот посмотрите, я вас все же уговорю!

– Я не люблю отказываться от своих решений. Давайте-ка объяснимся – раз и навсегда, – пока мы не вступили в деловые отношения.

– Давайте! У вас прекрасное лицо, по которому сразу видно, какой сильный у вас характер. Как художника, да и как мужчину, меня привлекают сила и красота. Художник во мне хочет перенести эту красоту на холст. А мужчина мечтает ею наслаждаться. И да, я не скрываю, что хотел бы быть с вами.

– Уверена, вы не испытываете недостатка ни в натурщицах, ни в женщинах, чьей красотой хотели бы наслаждаться. Например, сегодня я наблюдала, с каким удовольствием вы общались в баре с фигуристой блондинкой в черном платье.