Более чем. Бездействие артефакта для Норта вскроется на играх — раз и навсегда отучится вести нечестную игру, у меня же будет достаточный заряд энергии, чтобы попытаться вернуть жизнь Гобби, а после… После будь что будет — это мой выбор, мне и по счетам платить.

— Кстати, надеюсь, ты понимаешь, что артефакт будет проверен моим специалистом? — словно невзначай поинтересовался Дастел.

А специалист естественно — мама. Что ж, три-четыре заряда я вложить смогу, после артефакт станет пустышкой. И вдруг мелькнула странная мысль — попытаться все же использовать мое весьма вредное белье, отобрать Спотыкайку и сделать вид, что ничего не было… Мысль мелькнула и пропала — малейшая проверка подтвердит наличие амулета на Гобби, а снять его сейчас с умертвия, значило бы лишить питания уже имеющиеся ожившие участки кожи. Мне придется согласиться и играть свою роль.

Сложив руки на груди, откинулась на спинку стула, шумно выдохнула.

— Я так понимаю, это согласие, — усмехнулся Дастел.

— Мразь! — вполне искренне произнесла я.

— Следи за выражениями, — рыкнул некромант.

— Выражения? — я посмотрела в его черные глаза и мрачно произнесла. — Ты шантажируешь меня самым подлым образом, о каком контроле за выражениями может идти речь?

Скрипнув зубами, Дастел начал наставительно:

— И все же потрудись впредь…

— Вернусь ночью! — я резко встала. — Мне потребуются учебники по Ювелирному Искусству с первого по десятый курс обучения, так как работать придется с платиной, а мне ее свойства толком не известны. Древоведение — второй-четвертый. И суп. Ночной, который энергетически заряженный. Приду в десять, твой посыльный должен ждать у двери с пропуском.

С этими словами я нагнулась, подхватила Спотыкайку, вторую булавку швырнула на стол перед некромантом, развернулась и вышла. Пауль ждал на стене над дверью, и судя по судержному движению передними ножками пытался совершить подкоп.

— Идем, — позвала я, протягивая руку.

Умертвие стремительно спрыгнуло и встревожено заглянуло в глаза.

— Бывало и хуже, — я улыбнулась сквозь слезы, — бывало гораздо хуже.

Выходя из мужского общежития, прошла мимо бледного и явно ненавидящего меня адепта.

— Ректор не пришел! — обвинительно заявил первокурсник.

— А жаль, — грустно ответила я.

Парень, который явно хотел сказать еще что-то, умолк и дискуссия была закончена.

Покинув корпус номер четыре, я некоторое время постояла, вздрагивая от холодного ветра и подставляя лицо падающим снежинкам, потом свернула в административный корпус, взяла воду и три стакана и потопала в учебный склеп.

Глава третья

Склеп

Склеп встретил могильным холодом, одним сторожевым скелетом, с которым я как и всегда поздоровалась за руку, и десятком пауков, которые рванули во все стороны, когда Пауль с воинственным воплем помчался за ними. Спустившись по пятидесяти восьми ступеням, я свернула влево и прошла вниз по еще одной более длинной лестнице. Факелы вспыхивали по мере моего приближения, а стоило отойти — гасли. Где-то выло и гремело цепями поднятое видимо к практикуму умертвие, в отдалении слышались гулкие шаги…

Я остановилась перед поросшим мхом склепом с десятью гробами и тихо сказала:

— Добрый день.

Крышка четвертого справа гроба приподнялась, а после и вовсе сдвинулась. Моя мертвая леди села, посмотрела на меня пустыми глазницами.

— А это я, — сказала, чувствуя, что начинаю плакать. — К вам пришла… посидеть немножко.

Леди улыбнулась остатками некогда красивого рта и выбралась из гроба. Мы привычно устроились на холодной каменной скамье, я налила нам воды, а третий захваченный для Пауля стакан оставила пустым. Леди взяла свой, я свой. Сделали по глотку и обе уставились на композицию из семи гробов. Я догадываюсь, что на самом деле некроманты как никто ценят жизнь, ведь они имеют дело со смертью и ее подобием. Так вот даже мне, в моем нерадостном положении, становится понятно, что лучше так, чем… покрытые мхом гробы. Да, посещение склепов это очень жизнеутверждающе.

— У меня проблемы, — тихо сказала я, чувствуя, что молчать не в силах.

Леди изобразила вежливое внимание.

— Я артефактор, — продолжила негромко, — об этом узнал Норт Дастел, вы его знаете?

Леди кивнула. Мне вдруг так приятно стало, что она слушает.

— Так вот он… — я тяжело вздохнула, — шантажирует. А самое отвратительное, что мне пришлось согласиться на его условия.

— Хххы! — вдруг произнесла леди, подавшись ко мне и отрицательно замотала головой.

Вот, даже умертвие против.

— У меня нет выхода, правда, — я подавила стон. — Достаточно одного сообщения в министерство магии и они начнут проверку. А у меня артефакт на Гобби и я не могу его снять, потому что кажется есть возможность его оживить.

У леди едва стакан не выпал, но она его быстренько подхватила.

— Да, это случайно получилось, — пустилась я в объяснения. — Мертвые игры, там масса энергии, а я только хотела чтобы у Гобби нога восстановилась, ну кость, и получилось. Но помимо костей местами полностью восстановилась и ожила кожа.

Мне потрясенно внимали.

— Сама удивилась, ведь действовала по наитию, — призналась я леди. — А теперь мне нужно, крайне нужно попасть на королевские Мертвые Игры, там энергии будет больше и если получится… если только получится…

Мне вспомнился Дастел, и то что теперь все ночи я буду заниматься совсем иным артефактом, и у меня будет крайне мало времени на Гобби. А потом вдруг подумалось, что если Норт не дурак, а он доказал, что умный, то очень скоро они возьмутся обыскивать мою комнату, чтобы заполучить остальные артефакты вроде Спотыкайки. И ведь найдут.

— Они их точно найдут, — грустно повторила я.

Леди удивленно взглянула на меня.

— Артефакты, — тихо пояснила я. — Оставить их дома я не могла, там отчим. Закопать в землю так же — магический поиск выявит быстро, их много, вот и хранила поближе к себе. О, Тьма, теперь когда Дастел знает, мне даже артефакты спрятать некуда и их точно найдут.

Леди молча указала на свой гроб.

— К вам? — не поверила я.

Она кивнула.

— Спасибо! — искренне поблагодарила я. — Огромное спасибо.

Леди отсалютовала мне стаканом и сделала глоток. Я тоже. Одной проблемой стало меньше, а это уже хорошо.

— Значит, артефакты я спрячу у вас, — начала размышлять вслух, — свои конспекты, если можно, тоже. Правда это ночью, сейчас холодно и заметить могут.

Моя собеседница кивнула.

И вдруг поднялась, величественно прошлась до соседнего с ней гроба, сдвинула крышку одной рукой, во второй все так же держала стакан, достала из гроба чью-то кость, вернулась ко мне и вновь села на скамью. А затем чуть подалась вперед и начала чертить на пыли, плотным слоем покрывшей пол. Квадратик, квадратик, квадратик и еще квадратик. Треугольник, рядом овал.

— Это план Некроса! — догадалась я.

Леди кивнула.

Затем нарисовала вход в подземелье.

— Учебный склеп.

Мне снова кивнули. И леди начала рисовать извилистую тропинку, ведущую напрямик от склепа до женского общежития.

— Путь? — изумилась я. — Но это же насквозь через административный корпус и зимний полигон.

Леди отставила кость, и показала движение ладонью под стакан.

— Подземный ход! — догадалась я.

Она кивнула.

Затем сделала еще глоток и протянула мне пустой стакан. Я взяла, допила и свою воду. И тогда леди поднялась, зашвырнула кость обратно в тот же гроб, и направилась вглубь склепа. Я осталась сидеть, пока она не поманила меня за собой.

— Пауль, вернешься в общежитие! — крикнула я, зная, что слух у нежити отменный и он меня точно расслышит.

Леди удивленно на меня посмотрела.

— Пауль, умертвие, его вчера Гобби моим артефактом из упокоения вызвал, — пояснила я.

Молчаливая леди рассеянно кивнула и повела меня за собой, несколько раз оглянувшись, словно видит меня впервые.