Я трясу головой. — Пока нет, но, возможно, в скором времени…

— Когда ты будешь готова, я рядом, — он мягко пососал чувствительную кожу за моим ухом, прежде чем отошел.

— Не хочешь наперегонки до дома? — он пошевелил бровями, поддразнивая меня. — Проигравший должен другому одолжение.

Я сморщила нос и посмотрела на «Chevelle». — Я не настолько глупа, чтобы считать, что когда-либо смогу выиграть эту гонку.

Он рассмеялся, посасывая кольцо в своей губу. — Обещаю, для тебя это будет очень легко.

Озорное чувство затанцевало внутри меня. — А что, если я не хочу, чтобы ты мне поддавался?

Миша потерял дар речи, а это бывает крайне редко. Его взгляд просверлил меня насквозь, после чего он делает шаг вперед и целует меня. Быстро, но этого хватает, чтобы украсть мое дыхание.

ГЛАВА 14

Миша

В конечном счете, она все-таки выиграла эту гонку до дома. Я позволил ей сделать это, хотя мне очень хотелось заполучить одолжение, которое бы включало в себя кучу всяких грязных штучек, к которым она пока еще не готова. Но теперь я должен был ей одолжение. Она сказала, что ей нужно подумать об этом с очень милым поддразниванием в голосе, которое заставило меня улыбаться.

Мы расстались на подъездной дорожке к нашим домам. Элла оставила меня с обещанием, что попытается прийти позже вечером на вечеринку. Она постепенно менялась, превращаясь обратно в ту девушку, которую я знал, хотя та ночь все еще преследовала ее, и я не был уверен, что она когда-нибудь сможет полностью перешагнуть через это.

Все еще шел дождь, и сверкало так, словно ад решил разверзнуться, а это означало, что вечеринка будет проходить в доме. Итан и я занесли мокрые бочонки внутрь и поставили их на кухонный стол. На стене была прикреплена записка от мамы, в которой говорилось, что она будет дома поздно.

Итан начинает рыться в шкафах в поисках какой-нибудь еды. — Что за группа будет играть?

— Группа Наоми. — Я направился в свою комнату, чтобы переодеться и взять гитару. — Открой, если кто-то будет стучаться в дверь.

Придя в свою комнату, я нацепил серую футболку, надев поверх неё черную рубашку в тонкую полоску, скользнул в пару черных джинсов, в которую вставил пояс с шипами. Затем, схватив гитару, написал Наоми:

Я: Ты когда планируешь появиться?

Наоми: Скоро уже, а что? Ты ждешь нас, чтобы рассказать какие-то супер крутые новости?

Я: Я еще не решил.

Наоми: Не отказывайся, это великолепная возможность.

Я: Я пока не говорю ни «да», ни «нет». До скорого.

Когда Наоми отвела меня за кулисы в кафе, она впервые предложила мне занять место гитариста и отправиться в турне вместе с ними. Сначала я был только «за». Ведь именно этим я хотел заниматься с тех пор, как мне стукнуло 12, когда мы вместе с Итаном и Дином начали отрываться в гараже. Но потом я вспомнил грустные глаза Эллы, и меня захлестнули сомнения.

Раздался звонок в дверь, и я направился в гостиную, чтобы начать вечеринку и очистить свою голову хотя бы на одну ночь.

Элла

К тому времени, как я решила пойти к Мише, все уже начало выходить из-под контроля. Машины были припаркованы на газоне, мусорные баки — опрокинуты. Кто-то даже сидел на крыше.

Лила говорит мне о том, что пора уже выдвигаться, после чего мы бежим к дому Миши по дороге, прикрывая головы руками, чтобы оградить волосы от дождя, но, увидев переполненное фойе, я начинаю отступать назад.

— Перестань быть ребенком и войди уже туда, — говорит она, нежно подталкивая меня вперед. — Я хочу, наконец, увидеть ту девушку, о которой все говорят.

— Нет, не хочешь. Поверь мне, — ответила я ей. — Она была грубой, и никогда бы не стала с тобой дружить.

— Хорошо, тогда покажи мне счастливую середину, — сказала Лила. На ней было темно-синие платье и туфли в тон, а ее светлые волосы лежали на плечах кудрями, которые скользили свободно из-за дождя. — Ты можешь изменить себя, не теряя при этом полностью свою личность.

Я отворачиваюсь от толпы, поворачиваясь к ней. — Почему мы раньше так не разговаривали?

Она грустно улыбнулась. — Потому что ты никогда не позволяла нам.

Лила сказала что-то еще, но музыка заглушала ее слова. Я отмахнула дым от своего лица и сделала шаг в сторону кухни. Держа край своей черной юбки, я маневрировала через толпу в направлении стола. На мгновение я потеряла Лилу, но потом, когда толпа поредела, я увидела, как она ввалилась, наступив на ногу парня своей шпилькой.

Выругавшись, она начала беспокоиться о своих волосах. — Миша когда-нибудь слышал о такой штуковине, как кондиционер?

— Он, вероятно, забыл его включить! — перекрикивала я музыку. — Подожди здесь, а я пойду и включу его.

Протиснувшись сквозь толпу, собравшуюся в гостиной, я увидела группу, заметив, что вместе с Наоми играет Миша. Они делят между собой микрофон, и он выглядит так, словно наслаждается собой. Остановившись в центре комнаты, я наблюдаю за ним из толку. Он великолепен при таком освещении, и его волосы, свисающие ему на глаза, когда он выливает свои слова людям и наигрывает на гитаре, просто завораживают.

Насмотревшись, я прохожу через комнату в зал, где пара целуется прямо напротив термостата. Музыка затихает, после чего начинается снова, когда я мягко отодвигаю их со своего пути, не разрывая их губ. Обмахивая свое лицо, я включаю кондиционер. Вдруг, длинные руки обхватывают меня за талию. Его запах заполняет мою грудь.

— Я думала, ты играл, — кричу я сквозь музыку, держа руку, прижатой к сердцу.

— Играл, но взял перерыв, чтобы увидеть тебя, — говорит он, и его дыхание пахнет пивом.

Я сморщила нос. — Ты пил?

— Выпил всего одну бутылочку пива, — говорит он. — Я очень рад тебя видеть.

— … и снова играть, — утверждающе сказала я.

Он широко улыбнулся, сделав меня на мгновение счастливой. — Да, и это тоже. Я видел, как ты наблюдала за мной.

Я пожала плечами, дурачась. — Рада, что ты счастлив. Ты выглядел грустным сегодня в кафе на колесах.

Его руки нашли мои бедра и сжали их сильнее, посылая тепло через мое тело. — Я гораздо счастливее сейчас благодаря тому, что ты здесь.

Я расслабилась, уперевшись спиной в стену. — Ты ж знаешь, что я уже слышала, как ты использовал подобные фразочки для съема девушек, верно?

— Ну, давай же, позволь мне повеселиться с тобой, — просит он с поддразниванием в голосе. — Притворись, будто не знаешь каждое мое движение.

— Ты хочешь, чтобы я притворилась, будто являюсь кем-то другим? — спросила я. — Не ты ли мне говорил делать обратное?

Отражение света танцевало в его глазах, когда он наклонился вперед и пряди его волос коснулись моей щеки. — Просто будь девушкой, которую я знал. Той, которая всегда веселилась и смеялась.

— Это девушка никогда не притворялась с тобой, даже если ты просил её об этом.

— Я знаю.

Одной рукой он находит мою талию, и его тело склоняется ко мне. Оглянувшись по сторонам, я скользнула руками по его твердой груди и сцепила их вокруг его шеи. Потом я запрыгнула на него, обняв ногами за талию. Выражение его лица было непоколебимым, но, издав звук, напоминающий рычание, он обрушивает свои губы на меня. Наши грудные клетки вплотную прижаты друг к другу, когда он толкает свое тело в мое. Наши языки соединяются, полностью чувствуя друг друга. Моя спина прижата к термостату, а юбка едва прикрывает верхнюю часть моих бедер. Я откидываю голову назад, пока он целует мою шею. Мое дыхание ускоряется, так же как и пульс. Что он делает со мной?

Музыка останавливается, и голос Наоми доносится из динамика. — Миша Скотт, тащи свою задницу сюда и играй с нами.

Миша отстранился, задыхаясь. — У меня еще одна песня, а потом ты и я собираемся продолжить это наверху.

До того, как я успела ответить, он оставил меня одну в коридоре. Трогая свои губы, я наблюдала, как его спина двигается в сторону сцены, осознавая, что, если он решит проделать это снова, то на этот раз я не смогу остановиться. Пытаясь вернуть контроль над своим телом, я бреду обратно на кухню. Лила стоит возле кулера, потягивая коктейл, и разговаривает с Итаном. Расправляя свои плечи, я иду к стойке и наливаю себе выпить. Глаза Лилы и Итана устремляются на меня, когда я опустошаю стакан и хлопаю им по стойке. — Кто за игру в «Четвертак»?