Синие глаза медленно перенесли все внимание на меня. Я замерла, будто завороженная, не в силах оторваться от мужского лица.

Что ни говори, а король был ослепительно красив. От него веяло уверенностью и властью. Веяло силой. В отточенных линиях подбородка, в жесткой усмешке чуть полных губ, в широких скулах и пронзительном взгляде светилось нечто незнакомое мне. Нечто, чему хотелось подчиняться. По собственной воле.

Меня это пугало.

Через несколько секунд ненормального, густого молчания, во время которого мы просто смотрели друг на друга, радужки Роксара потемнели, превратившись в два озера глубокой воды, на дне которых полыхает северная заря.

— Вы хотели сказать что-то еще? — тихо проговорил он, вырывая меня из странного оцепенения. Видимо, мне давно уже пора было поклониться и удалиться к себе. Какого лешего я все еще стою здесь?

— Ваше… я тут…

Все, это конец. Такого позора со мной еще не случалось. Я не могла связать двух слов.

— Простите, — выдохнула, попытавшись сделать шаг назад.

В этот момент произошло нечто ужасное. Голова закружилась. Пол взмыл вверх, а потолок закружился, осыпаясь. Каблук одной из туфель подогнулся. Под ногами запуталось что-то мягкое и пушистое, а я, кажется, стремительно летела вниз.

— Эй-эй, осторожно! — взвизгнул Жак где-то далеко-далеко в другой реальности.

Но удара не произошло.

Я открыла глаза, чувствуя, что больше не падаю. Было тепло и уютно.

Даже жарко.

Сильные руки его величества Роксара Ариандел держали крепко.

Так близко, совсем рядом.

Стук сердца. Его. Мой. Мой громче.

Синие радужки всего в паре сантиметров. Глаза в глаза. Горячее дыхание на моей щеке. Тонкий, свежий аромат еловой коры. Почти зимний запах. Кажется, в теле кота я чувствовала больше нот. Сейчас остался лишь пряный жар, от которого покалывало кожу, вызывая мурашки на пояснице.

Через напряженную секунду тишины мужской взгляд двинулся ниже.

Я задержала дыхание, чувствуя, как кружится голова. Он смотрел на мои губы и, проклятье, я смотрела туда же, только зеркально наоборот.

Воздух мгновенно раскалился. Горячо. Трудно дышать.

Я приоткрыла рот, почти чувствуя, как обхватываю губами мужские губы. Почти ощущая горячий язык Роксара.

Я слышала, как участилось дыхание короля. И знала, что он тоже этого хочет.

Одно движение ресниц. Я закрыла глаза. А когда открыла, было уже поздно.

По полу что-то громко прокатилось. В пустом помещении звук оказался особенно неприятным.

Роксар повернул голову, одновременно помогая мне выпрямиться, и отошел на шаг назад.

— Что это? — спросил он, как ни в чем не бывало, указывая куда-то вниз.

А я не могла перевести дыхание. Никак не могла прийти в себя. Все тело горело. В голове расплавились мысли, превратившись в кашу.

Неловко сфокусировав взгляд на том, куда указывал Роксар, я увидела стекляшки с помадой Диальяны. Жак задел одну из них ногой, когда проходил мимо, и они покатились по мрамору. А сами баночки выпали из сумки за пару секунд до того, как я растаяла в руках короля. Как бестолковый холодец.

— Это… помада, — ответила, стараясь взять себя в руки и бросая гневный взгляд на кота.

Жак будто бы все понял и виновато опустил голову.

— Понятно. Давайте помогу собрать, — легко предложил король, снова напоминая мне не дерзкого бабника с безграничной властью, а простого мужчину, который вечерами пьет глинтвейн с лесником, а по ночам спасает девушек.

А лучше всего — одну девушку…

В груди что-то больно кольнуло. Я нахмурилась. Мне это совершенно не нравилось.

— Подождите, ваше величество, — бодро сказала я, присаживаясь на корточки рядом.

“Я должна быть холодной. Только так можно добиться цели и не выйти из игры побежденной…”

Коснулась руки короля, протянутой к одной из баночек, с твердой, но обворожительной улыбкой поймав удивленный взгляд.

— Это косметика одной из конкурсанток, которую ей принесли сегодня утром. Перед самым испытанием. Я думаю, там яд. И, мне кажется, я знаю, кто его туда добавил.

Король нахмурился.

— И зачем же вы взяли их с собой?

— Хотела показать вам.

Роксар провел рукой над каждой из баночек и взял одну. Открутил крышку и понюхал, закрыв глаза.

— Похоже, вы правы, — кивнул он и резко встал.

Снова холодный и надменный снежный король. Снова серьезный и далекий.

— Кого же вы подозреваете? — спросил он мрачно.

Несколько секунд прошли без слов. Похоже, мне впервые стало страшно.

— Шели Лианару. Принцессу.

Снова тишина. Напряженная. Тяжелая. Придавила, как многотонная плита.

— Почему?

Шумно сглотнула.

— Я слышала, как она просила свою подругу подменить баночки.

И в следующий момент король просто кивнул и, развернувшись, ушел. Не прощаясь. Ничего не объясняя. Успокаивало лишь одно:

— Ну, он хотя бы забрал одну из стекляшек с собой, — бросил снизу кот. — Так что, я думаю, можно не волноваться. Так ведь?

Как только дверь за королем захлопнулась, я упала в одно из кресел и грустно сказала коту:

— Наверное, Жак. Наверное.

— Эй, ты чего грустишь, Мариан?

— Я не Марианна, Жак. Я — бестолковый холодец.

Глава 9. Правило любопытства

— Ну что, по-моему все прошло хорошо, — протянул кот, когда мы уныло плелись обратно в свои комнаты. Точнее — я плелась уныло, а он — весело задрав хвост.

— Хорошо? Хорошо?! — чуть не взвизгнула я. И только боязнь привлечь внимание останавливала от крика. — Какого лешего тебе надо было трогать эти несчастные баночки? Один поцелуй — и мы были бы на лигу ближе к победе. К победе, после которой я вернулась бы домой. А ты мог бы не опасаться схлопотать раздвоение личности.

Перевела дыхание, стараясь успокоиться. И стараясь не думать о том, что отсутствие поцелуя меня злит вовсе не потому, что план покорения короля сорвался. А потому что мне самой хотелось поцеловать Роксара.

Слишком хотелось. До дрожи в коленях и нервно замершего сердца.

— Между прочим, — возмутился кот, — если бы не я, у вас бы до поцелуя даже не дошло. С твоими методами мы будем окучивать короля до пришествия Чарис.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я, не успев возмутиться по поводу моего чудодейственного охмурительного списка правил.

— А то, что не прыгни я тебе в ноги, ты бы и не упала. А значит и сладкий королек не обнял бы свою нежную пташку.

— Так ты это нарочно? — ахнула, не зная, что делать в первую очередь. Изумляться или возмущаться.

— Ой, только не говори, что тебе не понравилось, — фыркнул кот.

И мои щеки вдруг покраснели.

— Я ж тебя насквозь вижу.

Глубокий вздох вырвался из груди. Вот ведь не хотелось об этом думать, да даже кот и то понимает больше, чем я.

— Не преувеличивай. Я просто делаю то, что нужно. Пытаюсь стать королевой.

— Ага, ну-ну, — фыркнул усатый, явно не поверив мне ни на грош.

Сегодня нам удалось отдохнуть. И даже вечером не тянуло на приключения. Я все еще побаивалась реакции Роксара на обвинение его родственницы, и подсознательно не хотела покидать пределов кровати.

На следующий день в гости заявился Тангиаш.

— Ну, как тут поживает моя племянница? — спросил он, улыбаясь, и крепко затворил за собой дверь.

— Великолепно, — улыбнулась я широко, но ужасно ненатурально.

— О, это прекрасно! — почти хлопнул в ладоши он. — Ну, рассказывай, что ты придумала насчет следующего испытания?

— В смысле? — не поняла я. — Ничего.

— Как это ничего? Или ты опять рассчитывала на меня? Кисонька, я понятия не имею, как угадать, что в следующий раз взбредет в голову королю. У меня не было возможности узнать о конкурсах заранее! А, значит, и продумать я ничего не мог.

На старом лице появилось страдальческое выражение. Мне стало его почти жалко. Почти.

— И все же я не понимаю. Я ведь еще не знаю, что за конкурс. Как подготовиться?