В случае опасности животное подает специфический сигнал, на который реагируют сородичи или детеныши, которые в такой ситуации прячутся или спасаются под защитой матери. Но в этом сигнале нет описания собственно опасности, реакция животных возникает в ответ на определенный звуковой раздражитель.

Человек, имея две системы коммуникации, передает информацию совершенно иначе. Он называет явление, обозначает его посредством слов, то есть сочетаний звуков, которые обозначают обобщенную группу явлений, к которой принадлежит и конкретное называемое. Слышащий, в свою очередь, опирается на вербальное обозначение явления, которого касается сообщение. Представление, мысль можно передать словами достаточно точно (при наличии у говорящего соответствующего навыка – вот почему важны чтение, богатый словесный запас и навык общения, то есть умение говорить.

Предполагают, что у предков человека инстинктивное голосовое общение было развито очень высоко. Их анатомический и физиологический аппарат, был подготовлен к выработке и овладению членораздельной речью гораздо лучше, чем у современных человекообразных обезьян.

Способность к членораздельной речи развивалась и повлекла за собою постепенное подстройку речевых органов. У человека стала меняться форма нижней челюсти, изменилась степень ее подвижности, постепенно увеличивался объем полости рта, благодаря чему язык получил значительно бóльшую степень свободы движений. Подстраиваясь под эти изменения, поменялись и некоторые мышцы лицевого скелета…

Но, как мы знаем, одно изменение неминуемо влечет за собой и другие, в данном случае – принципиально важные. Раз совершенствовалась и усложнялась членораздельная речь, должен был меняться и слух. Люди пришлось учиться с гораздо большей точностью различать и выделять на общем уровне шума именно звуки речи. А это, вполне естественно, повлекло и изменения головного мозга.

Появление многообразных и дифференцированных речевых звуков, которые надо было уметь правильно произносить и различать, тесно связано с развитием коры больших полушарий головного мозга. Ее строение становится более сложным. Усложняется и вообще вся ее деятельность, особенно области, которые осуществляют анализ речевых сигналов. Имеется в виду так называемый центр Брока, который получил имя от своего первооткрывателя, французского антрополога и хирурга Поля Брока. Случилось это в 1865 году. Центр Брока расположен в задненижней части третьей лобной извилины левого полушария (у правшей) и обеспечивает моторную организацию речи. Это область Вернике – зона коры головного мозга, участвующая в работе со связанной с речью информацией. Членораздельная речь и труд сделали человеческий мозг таким, каким он является сегодня. Мысль и речь развивались по восходящей одновременно с развитием орудий труда. Слепки внутренней полости черепов синантропов позволили обнаружить в задней части височной доли и в височно-теменно-затылочной области значительные вздутия там, где в мозге современного человека находятся управляющие речью центры. Это подталкивает к мысли, что зачатки членораздельной речи появляются уже у синантропа, или «пекинского человека», который жил 600–400 тысяч лет назад. Этот вид человека прямоходящего уже владел огнем, занимался коллективной загонной охотой на животных, делал совершенные орудия труда. Но и у синантропа, и у его родственника питекантропа, насколько можно судить, речь могла быть только крайне примитивной, они не были способны часто менять речевую артикуляцию, произносить сложные и четко оформленные сочетания звуков.

Хотя мозг древних гоминид по своей величине иногда превосходил мозг современного человека, он проигрывал ему по сложности, был более примитивным. Отсюда распространено мнение, что окончательно речь возникает только у человека современного типа. Особенные отличия прослежены в лобных долях, а это именно те зоны, в которых локализуются центры высших функций мышления – ассоциации, абстрактных понятий и т. п.

Отсюда напрашивается вывод, что качественный переход, окончательное появление речи происходит при переходе от раннего палеолита к позднему, тогда же оформляется и мышление как таковое.

Происхождение музыки – одного из самых сильных по уровню эмоционального воздействия изобретений человечества – предмет серьезных и давних научных дискуссий. И хотя музыку трудно отнести к технологиям (ну если только ту, где и музыки-то как таковой нет), а тем более к естественным наукам, вспомнить ее очень уместно в силу близости к речи и особом месте музыки в развитии нашей цивилизации. Кроме того, почти невозможно отыскать равнодушных к музыке людей. И вообще, это же очень интересная тема!

И действительно, музыку все же творят. Может быть, оно даже и неплохо, что мы не знаем и не узнаем, как именно она пришла в мир, потому что это дает огромный простор для фантазии.

О том, откуда и почему появилась музыка, задумывались еще древние греки и другие народы, наверное, и те, о которых мы почти ничего не знаем. Греческие мифы повествуют о богах, которые сотворили девять муз, помощниц бога Аполлона. Собственно, и само слово «музыка», как несложно догадаться, восходит к ним.

Существовали отдельные легенды касательно происхождения отдельных инструментов.

Например, рассказывали, что бог Пан изготовил свою знаменитую многоствольную свирель из тростника, в который превратилась испугавшаяся его прекрасная нимфа Сиринга. А знаменитый миф об Орфее гласит, что он сумел покорить пением злых фурий и те пропустили его в Аид, а также обладал силой оживлять камни и деревья, которые пускались в пляс. Певцы и музыканты, подобно русскому Садко, финскому Вяйнемейнену и многим другим, наделялись силой, которая делала их могущественными волшебниками, вернее, творимая ими музыка могла воздействовать на окружающий мир чудесным образом. Невольно вспоминается и современный литературный миф Дж. Р.Р. Толкиена: согласно его «Сильмариллиону», благодаря пению Айнур творится само Мироздание (многие убеждены, что профессор понимал побольше всяких там).

Хотя и древние мифы, и современные беллетризованные легенды не дают нам научный ответ о том, как появилась музыка, нужно обратить внимание на придание ей таким образом особого статуса, который переносится и на инструменты, и на тех, кто на них играет. Отсюда напрашивается особая роль музыки в древнем обществе, наделение ее сакральным статусом, хотя это обстоятельство лишь дает почву для выдвижения некоторых гипотез.

Например, обращают внимание на связь музыки с ритмом и, вследствие этого, с танцем или совместной трудовой деятельностью, а также опираются на идею о генетической связи музыки со звуками, которые издают животные.

Последняя теория иногда называется эволюционной, и она долгое время была преобладающей. Ее сторонники, опираясь на концепцию естественного отбора, упоминали то обстоятельство, что в брачный период у многих животных видов самцы привлекают самок, издавая особые звуки. Впрочем, у животных известны и брачные танцы, с помощью которых они делают то же самое… Но у архаичных племен, если верить данным антропологии и этнографии, ничего подобного не замечено. Так что, хотя в пении и можно усмотреть иногда звукоподражание певчим птицам, например, не все столь однозначно.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.