Палец Парри наносил зелье расслабления мускулов, а Сергей замер. Что это было? Нельзя было изливаться внутрь? Нет, слова об убийстве Гамильтона. Он повторил процедуру вливания зелья, но в этот раз то неожиданно сработало по полной программе.
— Гарольд Чоппер! — застонала Эльза, переворачиваясь на столе и охватывая его ногами. — Я полюбила тебя с первого взгляда!
Ноги Пэгги может и были толстоваты, но это были не жир, а мускулы. Сергей промедлил лишнюю секунду и новый взрыв унес его в темноту.
Палец Парри наносил зелье расслабления мускулов, а Сергей замер, отдернул руку. У нее что, внутри бомба? Воспоминания о почти нормальном сексе причиняли боль, требовали повторить все. Не вливать зелье? Тогда она не расскажет ничего, ибо не будет влюблена. Вливать и рисковать новым взрывом? Но в первый раз же получилось?
Поколебавшись, Парри возобновил процедуру, но в этот раз поторопился. Вонзился внутрь, захлюпал зельем, ощущая, как в груди разрастается любовь к Эльзе. Пожилой, прекрасной, восхитительно зрелой Эльзе! Он сам перевернул ее на столе, закинул ноги на плечи и вошел, под мучительные стоны наслаждения и застонал в ответ. Они поженятся и заведут детей! Да, их любовь будет прекрасна и возвышенна, ее будут воспевать в легендах и балладах!
Взрыв оргазма сопровождался багровой метелью и звоном, подтверждением магического брака.
И взрывом Эльзы, потому что притворяться больше было невозможно. Разумеется, никаких вопросов Сергей ей не задавал, озабоченный лишь одним, быстрее оплодотворить любимую женщину, а потом повторить все три раза.
Палец Парри наносил зелье расслабления мускулов, а Сергей замер. Проклятье! Трату этой жизни скрашивал только нормальный, обычный секс, но какой ценой! Магический брак на ровном месте? Багровое послание Матери-Магии?
— Не надо зелья, — простонала Пэгги, — ведь иначе это будет уже не наказание!
Парри молча ухватил ее за бедра, вошел и начал двигаться, не заботясь о ее комфорте. Грубо, сильно, болезненно. Мысли в голове крутились и сражались друг с другом. Нельзя упускать такой шанс, орала одна часть, надо попробовать еще раз. Сколько можно тратить жизни впустую, возражала другая, информацию вон получили! Можно спланировать атаку на кабинет декана!
Сергей лишь покачал головой, под чавкающие и шлепающие звуки, да стоны Пэгги. Информация получена, но план… план подвел. Надо было остановиться, повторить после Хэллоуина. Откатиться и вообще не проводить наказания? В нем поднялась волна, выметнулась в Пэгги и схлынула, оставив лишь чувство облегчения. Вышел, обтер брезгливо о толстую, неприятную ногу, начал одеваться. Пэгги так и лежала на столе, подрагивая телом и ногами, то ли от оргазма, то ли от боли.
— Наказание закончено, наденьте маску и покиньте бордель, — проворчал Сергей.
— Сыночек, — Пэгги перевернулась и поднялась, застыла, оперевшись попой о столешницу и широко расставив ноги. — У нас осталось еще твое наказание!
Поза ее вполне недвусмысленно намекала, какого «наказания» и в какой позе она хочет, но это неожиданно разозлило Сергея до самых печенок. Эта старая любительница молоденьких мальчиков, стоившая ему трех жизней, еще и хочет чего-то? Несколько мгновений он боролся с сильнейшим желанием припечатать ее заклинанием или пнуть в живот.
— Я соврал! — рявкнул он. — По приказу господина! Чтобы наказание стало еще сильнее! И про зелье снятия боли тоже соврал, для того же!
Ладно, жаловаться она не побежит, подумал Сергей, а что касается неудовлетворенности. Ха. Как раз на ней можно и нужно сыграть после Хэллоуина, во время второго «подхода к снаряду». Раз все замыкалось на Гамильтоне, надо было работать над удаленным взломом, через силу крови и образы.
И, разумеется, поработать над зельем, сильно поработать.
— Теперь одевайтесь, убирайтесь и страдайте! — вскинул он руку.
— Это было прекрасно, Парри, — неожиданно улыбнулась Пэгги. — Мамочка гордится тобой и надеется, что ты еще не раз ее накажешь!
Ошарашив Сергея этим заявлением, Эльза оделась и ушла.
Глава 44
— Жаль, что я не могу полететь с тобой, братец, — донесся, словно издалека, голос Саманты. — Братец?
Сергей усилием воли отогнал видения того, как он потрошит и разделывает человека, исполнил мысленно «малое общее исцеление», отгоняя тошноту. Саманта стояла рядом, поправляя ему воротник, заглядывала снизу вверх обеспокоенно.
— Извини, — моргнул Сергей, — от экзаменов еще не отошел.
Оценка «В высшей степени отлично» в зачетке напротив предмета «Жертвоприношения» не способствовала спокойствию. Одно дело в бою или там в маботе, а другое вот так, глаза в глаза, занося нож и… Сергей моргнул еще раз.
— Бывает, — согласилась Саманта, — особенно когда слишком много учишься.
Взгляд ее невольно скользнул вбок, на Гертруду Гефахрер, которая и сейчас не отрывалась от учебника.
— А жалеешь ты из-за рыжих, да? — подколол ее в ответ Сергей.
— Близнецы — моя слабость, — ничуть не смутившись, улыбнулась в ответ Саманта. — Но ничего, раз уж они решили принести клятву, никуда не денутся.
Сергей только кивнул в ответ, ибо и сам не ожидал от О’Дизли такого. Ну да, они тренировались вместе, а также ходили на курсы к Филиппу, учились сражениям и дуэлям, на палочках, мечах, автоматах и маботах. Но никаких признаков того, что они согласны принять предложение Гарольда, рыжее семейство не выказывало. Даже после объявления ректора Гамильтона о добродетелях Гарольда и приглашении Императора.
Но, если подумать, он же тоже до сих пор не дал Бетти ответа?
Настал черед Сергея коситься в сторону, где как раз стояли Малькольмы — Дункан и Бетти — и что-то говорили Дэбби, также летевшей в Чоппер-мэнор. Вначале Сергей думал, что с вылетом такой толпы возникнут проблемы, но обошлось: принесение клятв верности Главе Священного Рода и прочие пункты Соглашения и кодекса, ранее ни разу не использовавшиеся.
— И о Дэбби тоже жалеешь?
— Ах, братец, неужели ты думаешь, что я жалею о каждой своей мимолетной связи? — иронично спросила в ответ Саманта. — Помогла я им наладить контакт, ты подсмотрел, было бы что вспоминать.
— У меня слишком могучая память, — не слишком ловко ответил Сергей. — Она же поможет мне не забыть, что ты помогла в этом вопросе.
Саманта лишь пожала плечами, мол, пустяки и оно того не стоит.
— Если решишь развлечься в пути, имей в виду, что Джилл любит пожестче и у нее чувствительные соски. Пока-пока, — и Саманта ушла, помахав рукой всем.
Сергей чуть не сплюнул, но винить было некого, сам поднял тему секса и отношений. Возможно, Саманта слегка, самую чуточку до сих пор злилась на него, что он ей пренебрег? Снова нахлынула странная смесь воспоминаний, возбуждающе-запретная с Эльзой и тошнотворная с экзаменами и жертвоприношениями. Вначале все шло прекрасно, вопросы — ответы, демонстрация заклинаний, алхимия и зелья, решение уравнений и доказательство теорем, но потом дело дошло до жертвоприношений и выяснилось, что старый трюк не пройдет. Председатель комиссии заявил, мол, он рад, что Гарольд Чоппер — любимец Матери-Магии, но предмет все же надо знать и поэтому следует все сделать руками.
После чего задал сложнейший из ритуалов второго курса, с тремя фигурами, жертвенником из магических материалов и особыми кровостоками на три стороны, в эти самые фигуры. С одновременным исполнением на трех жертвах.
— Милорд? — теперь пришел черед Гефахрер заглядывать ему в лицо. — Вам плохо?
Сергей отогнал воспоминания, подумав, что надо бы сделать еще один амулет, только не с доминированием самого себя, а приглушением жалости и страха. Он не мог отказаться и принес жертвы… нет, точно надо было сделать себе амулет. Сборы и подготовка к отправке в Чоппер-мэнор начались сразу после экзамена, но ничего, потом подготовит.