Задумался - где же в самом деле пристроить машину? Это я и буду так каждый раз вставая утром гадать - в порядке моя «тачка», или уже на чурбачках стоит? Не дело. Даже пожалел, что купил. По большому счету она мне и не особенно была нужна. Если только покупки из «Березки» домой привезти, но для этого покупать машину и потом бросать на растерзание стервятникам - как- то очень уж глупо.
Решил потом разобраться с проблемой, а пока что позавтракать и поговорить с Зиной. С ней что-то не то, определенно! Странная какая-то…
На завтрак была яичница, финский сервелат, конфеты ассорти и горячий чай с лимонами. Вполне себе завтрак для голодного писателя. Зина почти не ела - только пила чай, прихлебывая из фарфорового бокала, и смотрела на меня отрешенно, как студент на преподавателя после вчерашней попойки. Когда и сидеть трудно, но и уйти никак нельзя.
А я рассказывал все, что случилось со мной в Москве за все эти насыщенные, суетливые дни. За исключением моей измены с Леночкой. Не надо грузить Зину излишними знаниями, я так считаю.
Рассказал, и с минуту мы сидели молча - я ел бутерброды и яичницу, Зина все так же смотрела в пространство. Потом она как-то сразу встрепенулась, будто вернулась мыслями из далекого далека, и выдала такое, от чего я просто охренел:
- Я беременна, Миша. У меня будет ребенок. А может и два.
Я закашлялся, чай полился у меня изо рта, из носа - просто фонтаном! Вот это новость! Вот это да! Как она сумела?! При ее-то диагнозе?! Она ведь после фронтового ранения в живот не может иметь детей!
- Ты чего так разволновался? - голос Зины был холодным и каким-то… стальным - Я не собираюсь взваливать на тебя своего ребенка! Это только мой ребенок! Только мой! И я мечтала о нем всю свою жизнь!
- Ты чего, Зин? - удивился я - Ты чего на меня сразу нападаешь? Я сказал что-то против? Да я счастлив за тебя! Счастлив, что ты исполнила свою мечту! Поздравляю!
Я встал, подошел к Зине, поднял ее со стула и обнял. Она уткнулась мне лицом в плечо и замерла, только вздрагивали плечи и спина. Она плакала. Железная леди - плакала!
- У меня все-таки получилось! Получилось! - Зина подняла ко мне свое лицо, и я увидел влагу в ее глазах - Он будет!
- Расскажешь? - я утер ей глаза салфеткой, пододвинул стул, сел рядом. Зина покусала губы и начала:
- Помнишь, мыс тобой говорили про экстракорпоральное оплодотворение? Ну вот, я все эти месяцы пыталась наладить процесс. Договорилась в институте, и… первый опыт, само собой - на себе. Ну да, да - сперма твоя! А чья же еще? Сплюну в пакетик, потом в холодильник, а утром скорее в институт. Но все никак не получалось. А потом решила работать с максимально более свежей спермой - помнишь несколько раз утром к тебе приставала, ты еще удивлялся - что это так у меня проснулось желание, прямо перед поездкой на работу и такие нежности и ласки? Ну вот… получилось. Получилось, понимаешь?! Получилось!
Зина почти закричала, и губы ее расползлись в широкой улыбке:
- Теперь у меня будет лялька! А может и две! Мне кажется - две!
И тут же чуть нахмурилась:
- Ты извини… я сейчас насчет секса буду очень осторожна. Лучше потерпеть несколько месяцев, ладно? Ты вон какой… могучий, нарушишь еще у меня там, вдруг выкидыш - я и не переживу! Я лучше тебе так… поласкаю, ладно? Или можешь завести себе любовницу - я не против! Только умненьким будь - заразу домой не притащи. Я совсем не против! Честно-честно! Не сотрешься, тебя на десятерых хватит. Особенно в последнее время - ты как с цепи сорвался, ну такой сделался жеребец! Кстати, я уверена - в тебе происходят какие-то процессы. Ты на самом деле молодеешь! Волосы стали темными, почти без седины, ты постройнел. Сейчас тебе точно больше тридцати пяти-сорока не дашь. Ты сам-то это заметил? Уверена - заметил. Есть какие-то по этому поводу мысли?
- Думал, конечно. И заметил. Возможно, мой организм встряхнул переход из моего мира в этот, потому произошли какое-то изменения. Вот и все, что могу сказать. Примерно на уровне: «Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе - это науке не известно!». Скорее всего мы никогда и не узнаем механизма моего так называемого омоложения. Ладно, что мы все обо мне-то! Ты-то что думаешь, как дальше жить-то будем?
- А как мы будем жить… вот так и будем жить - Зина грустно усмехнулась - Я рожу. Буду работать и воспитывать детей. Добьюсь, чтобы у нас в городе открыли отделение экстракорпорального оплодотворения. Представляешь, сколько женщин по всей стране не могут иметь детей? Кстати - твоя идея, ты меня на нее навел. Помнишь, в кафе сидели, мороженое ели и разговаривали? Вот тогда я и задумала… Не хотела тебе говорить, мало ли… вдруг скажешь - что не хочешь, чтобы ребенок от тебя был. А я хочу, чтобы от тебя. Я люблю тебя.
Миша. А ты меня - нет. Я же знаю. Бабы это чувствуют. Ну да - я хороший друг, хорошая любовница, помощница в твоих делах. Важных делах. И я тебя никогда не предам - ты это тоже знаешь. Но ты меня не любишь. А помощь моя тебе теперь не нужна. Ты встал на ноги, оперился, теперь тебе надо лететь дальше. Я не гоню тебя - боже упаси! Живи здесь сколько хочешь. Но ты ведь уедешь. А я - не уеду. Я буду здесь жить. Здесь моя судьба, здесь моя жизнь. И ребенок - он будет жить здесь. Я ему дам твое отчество. Если мальчик - будет Андрей Михайлович. Если девчонка - Анастасия Михайловна. Вот так. Ну и… все, милый. Все когда-то заканчивается, не печалься. Мне было очень больно это говорить. Но я тебя отпускаю. Иди куда хочешь. Ты сделал для меня все, что мог. Спасибо тебе. Если бы не ты, я бы так и состарилась, не узнав ни счастья любви, ни радости материнства.
- Какой срок? - спросил я глухо, с трудом проглотив комок в горле.
- Два месяца уже. Пока не видно, но… мне кажется, я уже слышу сердце! Правда-правда, слышу!
Зина улыбнулась, прикрыла глаза и погладила себя по животу. Потом посмотрела на меня и глаза ее заблестели:
- Спасибо, что ты есть!
- И самое интересное - буду есть! - автоматически схохмил я, хотя кусок мне уже в глотку не лез. Вот тебе и на! Вот тебе и новость! Ну - ни фига же себе!
-Вот что, Миша… - Зина посерьезнела, брови ее сошлись, образовав вертикальную складку на ее высоком лбу - Слушай меня внимательно, и только не перебивай. Я оставила завещание - на тебя. Все, что у меня есть - завещала тебе. Если вдруг я умру при родах - сделай все, чтобы воспитать ребенка как положено! Слышишь? Если ты бросишь его - я тебя и с того света достану!
- Ты охренела, что ли? - опешил я - Ты чего такое говоришь?! Как я могу бросить… своего ребенка?! Ты меня кем считаешь?! Ты прожила со мной почти год, и ты меня считаешь подонком?! Ты, которая лазила у меня в голове и знаешь про меня все, что можно знать?! Тебе не стыдно такое говорить? Ты меня просто обидела. Так и знай.
- Прости… - Зина нервно покусала нижнюю губу - не хотела обидеть. В общем - возраст у меня уже… не тот чтобы не бояться родов. В моем возрасте уже внуков имеют, а я только рожать собралась. Но так уже вышло… Поздние, очень поздние роды, очень опасные. Потому я тебе и говорю - все завещала тебе, и накопления, и побрякушки - все твое. Больше у меня никого нет. Если со мной все-таки что-то случится - ты должен поднять ребенка. Я все сказала. Жалко, что ты из квартиры выписался - пропадет ведь! Есть у меня одна мыслишка… квартиру эту продать, пока я еще… хм-м… на ходу, и купить дом. Дом наследует ребенок, и ты. Жалко, что у нас квартиры нельзя оставлять в наследство, как в твоем времени, все было бы проще.
- Поступай как знаешь. Черт с ней, с квартирой - я в Москве получил! Да еще и кооператив строить собрался - пятикомнатную квартиру! И дачу прикупим! Бросай ты эту чертову работу, а?! Зинуль, давай уедем! Ну давай, пожалуйста! Ты не будешь работать, пока беременна! Вдруг толкнут?! Или поднимешь что-то тяжелое! Или поскользнешься, и упадешь! И тогда - что? Все усилия насмарку! Ты хоть понимаешь это?! А я буду рядом! Я тебя укрою от всего! Ведь что ни говори - этой МОЙ ребенок, а я его не брошу. Ты права - мне надо жить в Москве, слишком уж серьезные заворачиваются события - я тебе еще кое-что не рассказал, чтобы не волновать. Но все очень серьезно.