Я вздохнула.
— Но судьба, как всегда, распорядилась иначе. И с твоим появлением моё спокойствие закончилось навсегда…
Гадский Лекс снова захихикал. И на него кто-то шикнул.
— Ты столько всего изменила во мне. Ты буквально вывернула мою душу наизнанку… — хмыкнул он. — Открыла меня настоящего. Я думал, что сильный… Неуязвимый, бесстрашный. Но ты стала моей самой большой слабостью и самым большим страхом. Потому что только рядом с тобой я чувствовал себя по-настоящему счастливым. И я очень… Очень боялся тебя потерять.
Он протянул руки к моей фате и запрокинул её назад.
— Я обещаю тебе, Каролина, что бы ни случилось, я буду беречь твоё сердце и охранять нашу любовь. Я сделаю тебя счастливой. Я подарю тебе безопасность. Я буду радовать тебя и заставлю каждый день, проведённый со мной, улыбаться.
— По-моему, это звучит как угроза, — усмехнулась я.
— Тогда я угрожаю тебе, Кэрри! — серьёзным и громким тоном сообщил Маркус, вызывая несдержанный смех у всех присутствующих. — Ты будешь самой любимой и самой счастливой женщиной в этом мире!
Я широко улыбнулась, в моём окрылённом любовью сердце порхали влюблённые бабочки.
— Тогда в ответ на твои угрозы я хочу пообещать тебе быть честной, слушаться и уважать твоё мнение.
— Серьёзно? — искренне удивился почти муж. — Смотри, Кэрри, больше не отвертишься, здесь слишком много свидетелей!
— Серьёзнее некуда, — заверила я, а потом очень внимательно посмотрела в его глаза. — Хочу поклясться отныне и навсегда любить тебя любым. Весёлым и расстроенным. Счастливым и недовольным. Сильным и уставшим. Добрым… Дерзким… В гневе… В слабости… Растерянным… И улыбающимся… Хмурым… Беспомощным… И тёмным… — я сглотнула, но потом улыбнулась. А по щеке потекла слеза. — Я обещаю всегда-всегда идти с тобой одной дорогой рядом.
Он кивнул, тронутый моими словами. Об этом говорили его проникновенный взгляд и грустная усмешка.
— Спасибо… — сказал Маркус одними губами.
Король взял меня за руку, и мы повернулись к жрецу. Маг уже держал перед собой магический фолиант. Он взмахнул рукой, и магия ветра открыла книгу на нужной ему странице.
Послышались незнакомые тайные наречья. Их шептали все жрецы, стоящие у алтаря. Когда они закончили, в воздухе над книгой золотыми символами отразились наши с Маркусом имена.
Из статуи Светлой Богини и Тёмного Бога вырвались лучи света. Они объединились в единую энергию и направили свою силу в магическую книгу. Как только магия коснулась страниц книги, весь алтарь вспыхнул изумрудным свечением.
— Боги благословили ваш союз! Имена законно вписаны и приняты родовой книгой! — торжественно провозгласил жрец. Он поднял руку, и книга исчезла. — Обменявшись клятвами, вы объявили о своём твёрдом намерении жить вместе в любви и согласии на протяжении всех дней, подаренных вам судьбой. Теперь можете в знак верности обменяться кольцами, которые отныне станут символом вашей бесконечной любви.
Один из жрецов принёс серебряный поднос. Там на яркой атласной ткани лежали обручальные кольца. Их камни ослепительно сверкали, отражая жёлтое пламя свечей.
Маркус, не раздумывая, взял украшение и уверенно надел его на мой безымянный палец. Я была не так быстра, как он, но справилась без заминки.
— С радостью и лёгким сердцем объявляю вас мужем и женой. Пусть ваше счастье будет светлым и чистым, как весеннее небо. Долгим, как вся ваша жизнь, и прекрасным, как ваша искренняя любовь!
— Ура-а-а! — первым радостно воскликнул Лекс.
Остальные моментально подхватили. Стали аплодировать, выкрикивать поздравления и просто радоваться за нас.
Маркус приобнял меня за талию, положил руку на мой затылок, притягивая к себе, и наклонился, чтобы скрепить наш союз чувственным поцелуем.
Мне показалось, что эта демонстрация слишком затянулась, я даже деликатно попыталась его оттолкнуть, упираясь ладонью в грудь. Маркус нехотя выпустил мои губы из плена.
— Прости, я немного увлёкся, — незаметно шепнул он на ухо. — Не могу поверить, что наконец-то этот день настал.
— Теперь нам можно быть счастливыми? — в шутку спросила я.
— Сколько смысла на самом деле в этом вопросе, — серьёзно отреагировал мой муж и король Запретного Королевства, прислонившись своим лбом к моему. — Теперь мы просто обязаны быть счастливыми!
Внезапно Маркус подхватил меня на руки и закружил, заставляя звонко и несдержанно засмеяться. Перед моими глазами мелькали огни свечей, статуи Богов, улыбки друзей, близких и приглашённых гостей. Они искренне радовались за нас.
Я не заметила только мудрого взгляда жреца, стоявшего подле чаши с ритуальным огнём. Он молча наблюдал за нами, не испытывая эмоций счастья или тревоги. Его духовные практики зашли слишком далеко, чтобы он интересовался жизнью смертных. Сегодня он просто выполнял свою работу и говорил то, что должен сказать. Потому что сознание жреца давно прибывало в иных сферах. И знания, полученные из них, заставляли его мыслить иначе.
«Им кажется, что они что-то решают в этой жизни. Забыли, что миром, их душой, да буквально всем управляют высшие силы! — с такими мыслями он смотрел на счастливую пару новобрачных. — Всё будет так, как этого захотят Боги. Так было до нас. И так будет после».
Глава 130 (Бонус# 1)
Маркус
Что значит любить женщину по-настоящему?
Это каждый день любоваться её красотой? Обладать ею? Желать сделать навсегда своей? Привести в свой дом и решать за двоих? Создать с ней семью?
А дальше что? Купить удобную жизнь и нацепить новый статус? Подарить блага, о которых другие могут только мечтать?
Сделать матерью своих детей? Вместе воспитать их и жить вдвоём до самой старости?
Нет.
Для меня всё не так…
Любить женщину — это радоваться её счастью. Вдохновляться её улыбкой. Вдыхать аромат её кожи и растворяться в нём.
Это хотеть её до дрожи…
Никогда не уставать восхищаться ею. Совершенно любой! Сонной, уставшей, печальной… С улыбкой на губах, со слезами в глазах. Смеющейся и счастливой! Смущённой. Робкой порою…
Это хотеть быть рядом всегда. Каждую секунду… Желать встречи ещё и ещё. Скучать, даже когда вы не виделись всего каких-то пару часов.
Беречь её. Спрятать за спиной. Укрыть от всех невзгод в своём сердце. И никогда, никогда не делать ей больно!
Это дышать ей. Понимать, что она нужна тебе как воздух. Желать разделить с ней жизнь! И молить Бога уйти из этого мира минутой раньше любимой…
Я внёс Каролину на руках теперь уже в нашу спальню и бережно положил на кровать. Всю дорогу она молчала, прижимаясь щекой к моей груди. И наверняка слышала, как сильно и гулко бьётся моё сердце.
Весь вечер я не сводил с неё взгляд. Праздник был в разгаре. Гости танцевали, шумели, пили. А я смотрел только на неё. Сдержанно улыбающуюся. Напряжённую… Желающую всем понравиться.
Я шептал ей на ухо комплименты. Много… Хотел успокоить и расслабить. Держал за руку, гладил нежно по коже её запястья. И ждал, как и она, удобного момента наконец-то сбежать с собственной свадьбы.
Сейчас моя жена лежала на белой простыне в изящном брачном платье. Тонком, невесом. Бесстыдно и соблазнительно украшающем её фигуру.
Она невольно сжимала руки в кулачки вместе с тканью своего наряда и смотрела на меня с ожиданием. Её ресницы взволнованно вздрагивали, частое дыхание порывисто вздымало грудь…
Каролина сейчас выглядела невероятно хрупкой, невинной. И такой беззащитной передо мной…
Вся эта картина до одури заводила. Мне просто крышу сносила от мысли, что сейчас я сниму с неё платье, прикоснусь к её нежной коже, вдохну еёзапах…
М-м-м…
Я сел на край кровати. Положил её ножки в блестящих серебряных туфельках на свои колени. Расстегнул застёжки, освобождая ступни моей девочки из плена тугой обуви.
Кэрри выдохнула, когда я бросил обязательный атрибут её вечернего образа на пол, и осторожно пошевелила пальчиками, разминая их.