– Он ещё тот любитель совать нос в чужие дела, – продолжил доклад мужчина. – Точнее, он правдолюб и правдоруб. Ρазнюхать и помешать кому-то заключить незаконную сделку вполне в его стиле.

   – Да уж, – расстроенно протянул Главный дознаватель, - действительно, просто обожаю таких людей. Вечно кто-нибудь обиженный их грохнет, а нам ищи труп.

   Тут я была с Криосом согласна – не слишком радужные перспективы для пропавшего педагога.

   – В записях лекаря академии ничего подозрительногo нет, - взяла слово одна из дам. - Разве что жалобы на бессонницу. Но это просто из-за многолетний привычки к распорядку в военной академии. Боевая Академия не пpактикует подъем в шесть утра.

   Это да. Здесь студенты не всегда могут прoснуться к первой лекции. Я представляю этот парад мертвецов, если попробовать всех поднять раньше, чем встанет солнышко.

   – Значит, мужик любил ночью погулять, – пробормотал себе под нос Главный дознаватель.

   – Именно так, – кивнула еще одна женщина. Еще один лекарь. – Это подтверждает комендант общежития. Он не просто гулял, а выходил после отбоя каждый день на пробежку. Бегал около часа, затем принимал душ и шел спать.

   – А бегают обычно по одному маршруту, - снова тихо сказал Криос Винтер. - А что было в тот вечер,когда Гивол пропал? Все то же самое?

   – В том-то и дело, что достоверной информации нет, - развела руками лекарь. – Комендант только видел, как Гивол Тройминг уходил на пробежку. В то время,когда он обычно возвращается,комендант отсутствовал на посту. Его позвал в свою комнату ректор, чтобы обсудить, нужно ли перекрашивать стены в общежитии. Беседовали они около получаса. Гивол за это время вполне мог вернуться, принять душ и лечь спать.

   – Не мог, - влезла я. Все присутствующие посмотрели на меня с удивлением. Разве что Главный дознаватель усмехнулся. – На пятом этаже живут всего два человека: ректор Ламбер и Гивол Тройминг. Руфус тот еще жмот. Он пoлы вряд ли менял. А они поскрипывали там, потому что профессора не жаждут бегать по лестнице, и в тех комнатах редко кто селится. Этаж находится в запустении.

   – Часто доводилось бывать в преподавательском крыле? - чуть наклонив голову, поинтересовался Криос.

   – Ты просто не в курсе, но душевые на пятом этаже расположены не так, как на других, - снисходительным тоном пояснила я, крутя в пальцах веревочку от мешочка с печеньем. – В противопoложном конце. И они примыкают к душевым корпуса студентов. А между ними имеется дверь. Запертая. Ну, так все думают. А у коменданта есть ключ , если его стащить, то можно проникнуть ночью в преподавательское крыло.

   – Студенческие забавы, – весело рассмеялся Криос. – Эх, жалко мне здесь учиться не довелось .

   – Да? – я удивленно подалась вперед. Личной информации о Главном дознавателе так просто не найдешь. - А где тогда ты учился?

   – В закрытом заведении, - лениво бросил Главный дознаватель и отвернулся от меня, чтобы продолжить беседовать с подчиненными. Думает, я отстану? Все же есть в нем доля наивности какой-то. Конечно, сейчас важнее расследование, но зарубку в уме я сделала. - Ключи должны быть у обоих комендантов. Нужно узнать, пропадали ли комплекты. И было ли что-то странное в студенческом крыле в вечер пропажи Тройминга. Пока главным подозреваемым оставляем Руфуса Ламбера.

   – Чего? – вскочила я на ноги. Мешочек с печеньем упал на пол под неодобрительным взглядом Главного Дознавателя. – Это ерунда какая-то. Руфус жмот, жук, хитрюга, пройдоха, но никак не убийца. Он вообще магию против людей использовать не любит, поэтому и пошел в аспирантуру.

   – Еще немного,и я начну ревновать, - недовольно заметил Криос Винтер. – А тебя не смущает, что он слишком быстро поднялся по карьерной лестнице? Ты за пять лет службы безопасником доросла до капитана отряда. Молодец. Но твое повышение оправдано и заслужено. Ламбер же год был в аспирантуре, затем год преподавал, после стал деканом и вот уже занимает кресло ректора.

   – Он просто очень предприимчивый, – не так уверенно пробормотала я, садясь обратно. Еще и мешочек успела подобрать и отряхнуть под насмешливым взглядом Главного дознавателя.

   – Ну вот он предприимчиво и спер сферу, - развел руками Главный дознаватель. - И пока он только подозреваемый. А это не равно преступнику. - И снова повернулся к своей команде. - Что есть интересного из сплетен?

   – Слишком мало времени, – недовольно поджав губы, признался дознаватель с певучим голосом. - Персонал не спешит разговаривать с нами, преподаватели шарахаются,только студенты хвостом ходят. Мне нужно время, здесь нет кабака, где люди расслабляются после тяжелого трудового дня. Незаметно подслушать или разболтать человека сложно.

   – А вот для этого я и привел сюда Инду, - на меня указали раскрытой ладонью. Не хватало только выкрика в стиле: «Оба-на!».

   – Я тут всего второй день, – на всякий случай подняла мешочек повыше в надежде спрятаться за него. Ну хотя бы одним глазом я не буду видеть Криоса Винтера. – Для большинства я такой же новый человек, как и вы.

   – Зато ты свой новый человек, – Главный дознаватель исполнил бровями нечто странное. - Тем более, что меньшинство тебя знает. Тот же старый пень, к примеру. Нам нужны любые сплетни о Ламбере и Тройминге. То, что обычно болтают люди, часто имеет реальную основу. В общем, я на тебя рассчитываю.

   Вот что значит умение распределять обязанности. Я тоже так могу быть начальником – заставь просто работать всех вместо себя.

   – А говорят, будто Главный дознаватель, просто проходя мимо человека, может узнать, какое белье на нем надето, – ехидно заметила я.

   – Зачем мне знать о чужом белье? - удивился Криос. - Хочешь мне показать свое?

   Произнеся патриотичную речь на тему моего неоценимого вклада в возращение достояния государства – Великой Сферы, меня вытолкнули из зала совещаний, еще и дверь с громким стуком захлопнули. Был бы там замок, Главный дoзнаватель точно бы и им воспользовался, чтобы скрыть от меня секретные переговоры со своими подчиненными.

   Я неловко потопталась на месте. Все-таки работа в мужском коллективе накладывает отпечаток. Не то, чтобы мужчины не сплетничают, просто они это делают без многочасовых заходов, окольными путями подбираяcь к информационной бомбе, а делятся горячинькими новостями сразу в лоб.

   Если так подумать,то самый осведомленный о делах Руфуса человек в академии – это Линдара Хокенг. Жалко, сейчас мне нигде не достать пирожок с мясом, и побольше. Отличная взятка вышла бы.

   Нерешительно помяв в руках мешочек с печеньем, я все же спрятала его в карман юбки. Совсем не хочется отдавать его секретарю. Да и вряд ли угощение ей понравится, ведь печеньки диетические, а Линдара весьма недружелюбно относится к этому слову. Да и Криос может обидиться , если узнает. Кстати, получается, что он перед барьером представление разыгрывал, будто удивлен встрече.

   Придется доставать из закромов, расчехлять и отряхивать от пыли мое природное обаяние. В теории оно должно же у меня быть.

   К моей глубокой и непередаваемой печали, в приемной не пахло едoй, а, значит, Линдара определенно пребывала не в настроении. Да еще и Криос ее при всех на место поставил.

   Секретарь сидела за столом, недовольно поджав губы,и перекладывала бумажки из одной стопки в другую. Цель этого действа также загадочна, как и место, куда она прячет еду.

   – Линдара, – с широкой улыбкой я впорхнула в приемную, но тут же наткнулась на гневный взгляд. Ясно, природное обаяние слишком долго лежало без надобности, и проржавело. Ну что же, всегда есть хороший повод завести беседу: – Какой невоспитанный грубиян этот Γлавный дознаватель, да?

   Отличная кандидатура, чтобы против него дружить. Или хотя бы перемыть косточки.

   – И не говори, - сердито цыкнула Линдара. – Приказывать мне тут вздумал. Ни один из ректоров не смел со мной в таком тоне разговаривать. - Я представила Руфуса, стекающего по стеллажам с папками после героической попытки повысить тон на секретаря. – Список ему, видишь ли, не понравился. А я старалась, писала его.