— Незадачка, — оглядел народ Зубатов, — Хотя такое столпотворение где-то и нам на руку. Однако придется почти рядом стоять. Не упустить бы.
— Нету их еще, — повела глазами Арина, — Я того, что стрелять будет, за версту почую.
Нехорошо вдруг стало после ее слов на душе у Ирэн. Сама не зная почему, она оглядела беспечных уфимцев, пытаясь понять, в чем дело, но вопрос так и остался пока без ответа.
Разноречивая праздношатающаяся публика радовалась солнечным весенним денькам. Парочки беспечно прогуливались, абсолютно не зная, какой сюрпризик им готовят интеллигентный мужчина и пара «мещаночек» самого благопристойного вида.
— Расходимся-встаем. — Одними губами выдохнул сыщик, — Прогуливаемся, но только на прямой видимости. Не перепутайте знаки.
Все. Ирэн вдруг отчетливо поняла, что игры закончились.
«Не было же днем такого чувства?» — задумалась девушка, и в этот самый момент служанка тихонько сжала ее руку.
— Губастый подошел, — шепнула она, мило кивнув головой направо.
Через пару шагов развернувшись на тропинке, Ирэн вгляделась в толпу и вздрогнула. Буквально в трех шагах от Зубатова курил короткую сигару Азеф.
Неожиданно девушка почувствовала: он здесь не один, и сопроводила взгляд провокатора. Через секунду заметила Дулебова, идущего к воротам парка.
Помаячила Зубатову:
«Все в сборе».
«Вижу. Готовность номер один», — ответил тот.
Будущий убийца тем временем вел себя очень беспечно: он улыбался девушкам и пару раз весело глянул на вечернее солнце, зацепившееся лучиками за ветки деревьев Ушаковского парка.
Приветливо посмотрел он и на служанку с Ирэн. Арина мило ему улыбнулась, а вот девушка постаралась пройти как можно более равнодушно.
— Не бойтесь взгляда, — шепнула ей служанка, — Мы для него сейчас все на одно лицо. Чую.
— Выйдем на площадь, — шептала Ирэн, — Он же сейчас тоже развернется.
Зубатов, как пошли мимо, понимающе моргнул.
Азеф за его спиной сверлил взглядом подъезды к парку.
Ирэн огляделась. Действительно, поблизости не было ни одного городового или хоть бы дворника какого.
«Ловко работаешь, сволочь», — мысленно отсалютовала она застывшему в ожидании провокатору.
Развернулись и пошли обратно в парк. Внешне ничего не менялось, но вдруг потоки заходящих-выходящих уфимцев превратился для Ирэн в сплошную одноцветную массу, на которой яркими пятнами выделялись Зубатов, Евно Азеф и Дулебов, приближающийся по алее.
— Чуете? — выдохнула Арина, — Сейчас начнется.
Однако до ее «сейчас» прошло еще несколько минут.
«Ну, где же вы? — как пошли обратно ко входу, крикнула про себя Ирэн. — где?!»
Арина сжала ей руку, мол, не спешите.
«Мысли что ли читает?» — Удивилась девушка, но додумать не успела. «Скучающий» у ворот Зубатов «отсалютовал»: «Внимание».
Бредущая толпа так больше и не приобрела для Ирэн своего привычного вида и текла сейчас неспешным пестрым ручьем в обе стороны.
Будто в замедленной съемке она увидела, как Азеф и Дулебов обменялись взглядами, и уловила нервозность и решительность будущего убийцы.
— В сторону, — вдруг шепнула Арина, — Он к нам идет.
Действительно, Дулебов широко улыбался девушкам, будто старым знакомым, как только объятий не распахнул.
Отойти они не успели. Слишком плотным был «поток», а убегать совсем уж подозрительно.
— Могу я с вами прогуляться? — осторожно взял он за локоть Ирэн, — Поверьте, скучать вам не придется.
— Я не в настроении, — шагнула шире та, — И какие-то ваши забавы меня тем более не интересуют.
— Но все же, позвольте, — шагал рядом Дулебов, и тут Ирэн поняла, что он задумал.
«Будет стрелять из-за нас как из укрытия, — прибросила девушка, — После мы будем его знакомыми. Ловко, — неожиданно она увидела, как расступается перед кем-то толпа, и отчаянные маяки Зубатова. — А ведь Дулебов, сволочь, добился-таки своего и без нашего согласия, — поняла она, — Теперь поздно что-то менять».
Дальнейшее происходило будто не с ней.
— Хам! — оттолкнула она от себя убийцу и с ходу влепила ему пощечину, — Да как вы смеете. Подите прочь! Городовой! — глаза их встретились, и девушка увидела, что тот ее просчитал.
До генерал-губернатора оставалось уже метров пять. Высокий и коренастый, он просто купался в любви пестрого потока уфимцев, горделиво неся на себе парадный мундир с орденами.
Дулебов же колебался какие-то доли секунды.
— Полицейская сучка! — выдернул он из-за пояса наган.
Генерал-губернатор замер от развернувшейся перед ним картинки.
Поток жителей растекся, оставив посреди импровизированного круга Богдановича, Зубатова, скользящего к Дулебову, почти закрывшего для него сектор возможного выстрела, и замершую соляным столпом Ирэн.
Неожиданно она почувствовала, как почва уходит у нее из-под ног, это Арина дала ей подножку валила сейчас на землю, закрывая собой.
— Бах! — коротко хлопнул наган, и девушка почувствовала, как служанка по-детски дрогнула и руки ее судорожно сжались.
«С перепугу?» — мелькнула еще мысль-надежда у Ирэн, и в это время они вдвоем рухнули на землю.
Взвизгнули женские голоса.
— Бах, ба-бах, трах, — порвали пространство несколько выстрелов.
Общий человеческий вопль взлетел в небо и рассыпался на отдельные возгласы, падающие вниз будто капли дождя.
Ирэн вывернулась из-под замершей в ступоре служанки и увидела, как Зубатов вцепился мертвой хваткой в Дулебова. Наган убийцы валялся возле ног, а вот какой-то блеклый-неприметный мужчина тащил из-за пояса чуть ли не армейский кольт.
«Прикрытие Дулебова, — поняла девушка и, не вставая с земли, выхватила из-под юбки дареный сыщиком браунинг. — Патрон в патроннике, — вспомнила она, — Хороша наука. Молодец, Васильевич!»
Щелкнул предохранитель.
Мужчина с кольтом неожиданно увидел действия, казалось бы, поверженной девицы и повел стволом в ее сторону.
— Чанг! — отчаянно плюнул браунинг в его сторону порцию смерти, — Чанг, чанг!
«Забавно, как пистолеты-то звуками отличаются, — смотрела Ирэн на стекающую к земле фигурку, — Попала, — поняла она, — Все три попала, — поднималась она с земли».
Через несколько секунд встал на ноги и сыщик.
Дулебов, оглушенный пистолетом Зубатова, лежал, спеленутый собственным ремнем, а сыщик никак не знал, к кому броситься: к Ирэн, склонившей над затухающей Ариной, или к Богдановичу, которого достал-таки выстрел убийцы.
«Сломится во всем, — грохотало у Ирэн в голове роковое предсказание служанки. Запах больницы едко щекотал ноздри девушки, — Карболка? — вспомнила она литературу о девятнадцатом-двадцатом веке».
Зубатова рядом не было.
Как только они доставили истекающих кровью Арину с Богдановичем и сдали на руки врачам, сыщик уехал в местному полицмейстеру, на телеграф и еще Бог его знает куда.
— Вечером дома, — коротко бросил он на прощание, — Вы меня сегодня очень выручили, Ироида Семеновна. Очень! Тот эсер с кольтом в розыске уже несколько лет. Убийца, пробы ставить негде! Смотри, как дублируется Азеф, но если Богданович выживет, мы его-таки переиграли.
— Мне он все равно, — ответила девушка, — Мне сейчас Арина живая нужна.
— Понимаю вас, — опустил глаза сыщик, — Стыдно. По-человечески вы правы, Ироида Семеновна, это я все о работе да о работе…
Ирэн знала и чувствовала, что не все потеряно. Сильно уж она верила в скрытые способности гадалки.
— Распусти мне волосы, Ира, — шептала ей служанка, когда та старалась не давать ей потерять сознание и заставляла дышать.
Пулевое отверстие на правой половине груди она ей придерживала пальцем, не давая вытекать крови. На входное со спины Ирэн подложила кусок из ее же юбки и перевернула девушку на спину, надеясь, что импровизированный тампон удержится собственным весом.
Толпа, собравшаяся вокруг, охала-ахала, опять превращаясь в цветной поток без каких-либо отдельных персонажей.