Цзэ Сюлань тут же узнал чужую ауру, а Цао Цзюань громко крикнул:

– Кто?

– Это старейшина Линь, может быть откроете? – послышался знакомый голос.

Цао Цзюань поспешил к гостю. Раздвинув деревянные панели, он пропустил Линь Яна в комнату, а сам собрался уходить. Почему-то после возвращения Линь Яна и Цзэ Сюланя из пространства Тан Цзыци Цао Цзюань стал ощущать себя третьим лишним, когда эти двое оказывались рядом (даже учитывая то, что Цзэ Сюлань был без сознания долгое время!). Это чувство было очень неловким, и глава Цао поспешил убежать.

– Глава Цао, – окликнул его Линь Ян, пока тот еще не успел вскочить на меч. – Разве я не попросил позвать меня сразу же, как мастер Цзэ придет в себя?

– Ах да, было что-то такое. – Цао Цзюань с раздражением сжал ножны меча в руке, отводя взгляд. А потом очень тихо добавил: – Как ты вообще узнал…

Однако слух Линь Яна полностью восстановился и стал таким же острым, как и прежде.

– Я пришел кое-что обсудить на гору Распорядков. А там мне сказали, что глава внезапно убежал в сторону Туманного склона. Вот я и направился сюда.

– Кажется, главе Цао следует научиться не произносить свои мысли вслух, – ухмыльнулся Цзэ Сюлань.

– И что же старейшина Линь хотел обсудить? – Цао Цзюань весь покраснел от стыда, и его голос стал совсем тоненьким.

– Это не так важно, как здоровье мастера Цзэ. Так что забудьте.

Дважды повторять Цао Цзюаню не пришлось. Он тут же вскочил на меч и скрылся.

Линь Ян задвинул за ним двери, а потом подошел к кровати хозяина Туманного склона. Он какое-то время молча смотрел на бледное, осунувшееся лицо заклинателя. Цзэ Сюлань тоже смотрел в ответ. Порой долгий прямой взгляд становился настоящим испытанием, но золотые глаза лучшего в мире мечника вызывали только чувство гармонии и спокойствия.

– Как ты? – Линь Ян присел рядом с кроватью.

– Неплохо. Возможно, лекарь Ли не так способен, как Янь Хуа, но он тоже знает свою работу.

– Полагаю, в будущем Янь Хуа откажется лечить и меня, – между прочим заявил Линь Ян.

– Почему?

– Мы с ней слегка повздорили после моего пробуждения. Когда я узнал, что она отказалась лечить тебя и приказала всем своим прихвостням не подходить к тебе, я был слегка зол и обругал ее. Возможно, слишком сильно обругал. В любом случае извиняться я не планирую.

Цзэ Сюлань понимал, что это было явно лишним, но отчего-то ощутил удовлетворение. Чувство, когда тебя защищают, было непривычным, однако весьма приятным.

– Неужели старейшина Линь решил нажить себе врагов в ордене? Нет-нет-нет, это моя привилегия.

Шутка была несмешная, но Линь Яну захотелось посмеяться. Все это время он не переживал за здоровье Цзэ Сюланя. Тот не получил травм, с которыми не смог бы справиться, и к тому моменту, как сам Линь Ян очнулся, состояние хозяина Туманного склона стабильно улучшалось. Просто следовало подождать, пока его тело полностью придет в норму. Не было поводов для беспокойства, но Линь Ян тосковал по этому человеку. И поэтому сейчас, когда тот наконец-то пришел в себя, Линь Ян чувствовал тихо клокочущую в груди радость.

– Помнишь, в той странной яме в пространстве Тан Цзыци ты попросил меня запомнить печати и после нарисовать их. Вот, держи. – Линь Ян достал из-за пазухи сложенные листы и передал их Цзэ Сюланю.

Тот с интересом их принял и развернул, рассматривая интересный узор. Это были не иероглифы, а непонятные символы, напоминающие орнамент. Что ж, с ними предстояло разобраться. А еще следовало хорошенько изучить печать, что Линь Ян принес еще до собрания альянса. Тогда времени на поиск истины особо не было, но теперь его предостаточно.

– Глава Цао сказал, что Линь Цзо лично занялся поиском Тан Цзыци. – Цзэ Сюлань покрутил в руках записи и отложил на тумбу у кровати.

– Не волнуйся об этом. Как только она попадет в руки ордена, я приведу ее к тебе. Можешь с ней делать все что душе угодно.

Цзэ Сюлань рассмеялся такому жесту доброй воли.

– Ну что ты смеешься? – снисходительно улыбнулся Линь Ян. – Я серьезно.

– Старейшина Линь, ну неужели у меня настолько отвратительная репутация? Хотя, знаешь, мне было бы интересно с ней поболтать. Создать скрытое пространство, да еще и с возможностью перемещать туда людей. Это же так удобно, если кому-то нужно спрятаться.

– Что ты имеешь в виду?

– Неужели никто из обладателей подобной способности еще не додумался оказывать платные, так скажем, услуги разыскиваемым преступникам, например. Или людям, на которых объявлена охота. Ты только представь: тебя ищет вся страна, а ты сидишь в мире, которого, можно сказать, не существует. И тебе никто не угрожает. Императоры и наследники боятся спать спокойно, держат рядом кучу телохранителей, а достаточно нанять такого человека и каждую ночь проводить в мире, где тебя никто не достанет!

Линь Ян выслушал его очень внимательно, но выражение его лица стало отчего-то совсем кислым.

– У тебя много интересных мыслей… Но некоторые из них лучше рассказывать только мне.

– Да ладно-ладно, я все понимаю. Просто поверить не могу, что никто не додумался. – Цзэ Сюлань все продолжал веселиться. Возможно, из-за вернувшегося зрения или еще по какой причине, но у него было просто отличное настроение.

Они еще долго говорили о самом разном, разумеется и тему принятия учеников не обошли стороной. Цзэ Сюлань даже удивился: кажется, все остальные переживали за набор на Туманный склон больше, чем сам хозяин Туманного склона.

– Почему ты решил выбрать именно этих троих с низины Послушания? – Линь Ян имел представления о мотивах Цзэ Сюланя, но все равно хотел попробовать отговорить от этой идеи. – Они уже слишком взрослые, чтобы пытаться их перекроить. И раз их до этого ни один мастер не принял к себе, значит, в них нет никакого потенциала. Ты просто возьмешь себе обузу. Туманный склон и так имеет отвратительную репутацию, если же первые ученики окажутся никем, то твоя репутация как наставника будет втоптана в грязь.

– Я не собираюсь становиться хорошим наставником.

– Ты намерен тоже сделать всего один набор и остановиться? – Линь Ян явно намекал на наставника Цзэ Сюланя, что принял в ученики только его одного за все годы управления Туманным склоном. – Хочешь, чтобы в будущем Туманный склон вообще исчез?

– Старейшина Линь намекает, что моему наставнику следовало взять еще учеников, тогда бы не было никаких проблем и этой областью управлял достойный? – Цзэ Сюлань склонил голову к плечу, с интересом наблюдая переменившееся выражение на красивом лице Линь Яна.

– Прости. Я не это имел в виду. Я хотел сказать…

Цзэ Сюлань отмахнулся:

– Не надумывай. Мне правда все равно. Я не собираюсь обучать учеников с нуля. Я хочу работать с людьми, что уже имеют понятие о заклинательстве. Если они звезд с неба хватать не будут, то и не нужно. Я как-нибудь переживу.

– Если ты не знаешь, с чего начать закладывать основы, то всегда можешь позвать меня, я помогу.

– Тебя же в ордене раз в год если увидишь, то, считай, удача на год исчерпана.

– Сейчас время неспокойное. Я останусь в ордене. Поэтому смогу тебе помогать.

Цзэ Сюлань отрицательно покачал головой, и Линь Яну оставалось только сдаться. Кто бы мог подумать, что хозяин Туманного склона настолько упрям?

Вскоре лекарь Ли принес питательный отвар и прервал оживленную беседу. Мужчина был молчалив и, кроме «постарайтесь выпить все», ничего больше не сказал. Линь Ян, как взрослый и ответственный человек, внимательно проследил, чтобы миска Цзэ Сюланя оказалась опустошена полностью.

– Какое испытание придумал Линь Цзо? – спросил Цзэ Сюлань, заедая горький травяной отвар паровой булочкой.

– Как и всегда – полоса препятствий. Я не знаю всех нюансов, но точно будет что-то на смелость, ловкость, смекалку. Не знаешь, что провести на Туманном склоне?

– Понятия не имею. К тому же я знаю, каких учеников возьму, к чему вся эта клоунада?

– Есть такая штука, как традиции. – Линь Ян посмотрел в окно. На улице уже начали сгущаться сумерки, а они даже не планировали сворачивать разговор. Цзэ Сюланю определенно требовались покой и отдых, но Линь Яну так не хватало их бесед все это время, что он не мог уйти. А его к тому же еще и не прогоняли! – Испытание следует подбирать в соответствии с качествами, которые ты хочешь видеть в своих учениках. Какими должны быть твои ученики?