- Чтобы все по-настоящему, - невинно объяснил Тоха. - А то как маленькие…
- А вы и есть маленькие, - впервые заговорил Рогволод, причем голос у него оказался, против ожидания, довольно высоким. - Взрослые должны понимать, что с энергией не играют.
- Верно, - согласился "Ольга". - Кто у вас Механик? Григ, конечно?
Толпа зашевелилась и пропустила вперед высокого мальчугана в серебристой куртке, того, что обозвал Мосина реликтом.
- Григ, ты же видел: началась утечка. Почему не отключил установку?
Григ опустил голову и беззвучно пошевелил губами.
- Ничего не понял, - сказал "Ольга". - Ты громче можешь?
- Я пробовал отключить, - еле слышно проговорил Григ. - Она почему-то не отключается.
Кажется, взрослые испугались.
- По всем правилам, - озадаченно сказал Рогволод, - этот лом работать не должен.
- А он работает? - тревожно осведомился "Ольга".
Рогволод подошел к нему и протянул что-то вроде обрывка прозрачной микропленки.
- Цикл! - пробормотал "Ольга", рассматривая ленточку. - Без преобразователя? От него же корпус один!
- Да что преобразователь! Они его для красоты пристроили, - с досадой пояснил Рогволод. - Вот где узел!
Он указал на аппарат, отдаленно напоминающий кефирную бутылку метровой высоты с красивой и сложной крышкой.
- Это что же такое?
Взрослые подошли к "бутылке".
- Я тоже не сразу понял, - признался Рогволод. - Это они напрямую состыковали списанный "Тайгер-З" и серийную "Тэту".
- Позволь, что такое "Тэта"?
- Игрушка. Для старшего и среднего возраста.
- А последствия? - быстро спросил "Ольга".
- Веер предположений! - раздраженно ответил Рогволод. - Половина связей в "Тайгере" разрушена, и во что он превратился с этой приставкой, я не знаю… Последствия… Микросвертка, видимо…
- Но отключить-то ты его сможешь?
- Цикл, - напомнил Рогволод. - Пока не вернется в нулевую точку, не стоит и пробовать.
Отроки и Мосин напряженно вслушивались в этот малопонятный разговор. Взрослые посовещались, потом Рогволод принялся объяснять ситуацию кому-то, на пустыре не присутствующему, а "Ольга" повернулся к ребятам.
- Тебя можно поздравить, Григ, - невесело усмехнулся он. - Не знаю, правда, каким образом, но ты, кажется, собрал действующую модель темп-установки.
У отроков округлились глаза, причем Григ был ошарашен больше всех.
- Мне хочется, чтобы каждый понял, что произошло. Во-первых, это не просто утечка. Это прокол. По счастью, игрушка ваша крайне примитивна, так что диаметр, я полагаю, невелик - микроны, в крайнем случае, миллиметры. Но давайте представим на секунду, что все не так. Представим, что установка работает на неизвестном нам принципе, и прокол можно использовать для коммуникации. Скажем, один из вас… - "Ольга" подождал, пока каждый осознает, что речь идет именно о нем, -…ушел. Ушел ТУДА. И не вернулся. И не вернется.
На детских лицах отразилось искреннее раскаяние. Никогда в жизни они не будут больше состыковывать списанный "Тайгер" с серийной "Тэтой" и тем более подводить к установке энергию. Однако "Ольга" продолжал, и довольно безжалостно:
- Или противоположный вариант: кто-то с той стороны, причем даже неизвестно откуда, проникает сюда…
Он строго оглядел ребят и вдруг встретился глазами с Мосиным…
10
…Еще ни разу в жизни Сергей не делал такого стремительного спурта, и все же ему казалось, что он никогда не добежит до сирени, что "Ольга" легко, в два прыжка, догонит его и ухватит за шиворот. Но за ним никто не погнался, только что-то предостерегающе крикнули вслед.
Мосин телом пробил сирень и вылетел во двор учреждения. Сначала он бежал по кратчайшему пути к дверям служебного входа, потом в нем сработал какой-то инстинкт, и Сергей резко изменил направление - видимо, хотел запутать следы. Остановиться он сумел, только свернув за угол. Загнанно дыша, вернулся, выглянул во двор. Сирень уже не шевелилась, но ему мерещилось, что вот раздвинут ее сейчас огромные лапы и из листвы выглянет суровое лицо "Ольги".
Потом он сообразил, что ни Рогволод, ни "Ольга" в дыру не полезут, а детям тем более не разрешат. Прокол-то, оказывается, опаснейшая штука. "…и не вернется", - ужаснувшись, вспомнил Мосин слова "Ольги".
И вдруг ему стало нестерпимо стыдно. С кем связался? С кем обмен затеял? С малышами! Мосин был убит, опозорен в собственных глазах.
Сирень не шевелилась, и Сергей, страшно переживая, поплелся в лабораторию.
Там он достал из кармана "условный допуск". Что же это они ему такое подсунули? Ладно еще, если какую-нибудь пробку от бутылки… Сергей скрипнул зубами и с силой швырнул шарик в угол.
Хорош, нечего сказать! И кино помог снять, и оптикой разжился! А ведь не так уж трудно было убедить Дениса, что гусары без фотокамеры из дому не выходили…
Мосин извлек из "дипломата" сиреневый кругляшек, к которому когда-то отнесся столь пренебрежительно. Вот тебе и вся оптика. Черт его знает, что за штуковина.
Посмотрел через кругляшек на свет. На стекло от очков не похоже, да и что толку от одного стекла. Ага, тут еще какие-то металлические бугорки на ребре. Сергей ухватил ногтями один из них и осторожно сдвинул. То ли ему показалось, то ли кругляшек в самом деле изменил цвет.
Мосин подсел к увеличителю и, держа стекляшку на фоне чистого листа, принялся гонять бугорки по всем направлениям. Наконец отложил кругляшек и выпрямился.
- Спасибо, - сказал он. - Не ожидал.
Ему в руки попал изумительный по простоте и качеству корректирующий светофильтр для цветной печати.
Мосин выдвинул из корпуса увеличителя металлический ящичек, вложил в него кругляшек. Маловат, болтается… Убрал верхнее освещение и включил увеличитель. На белом листе зажегся интенсивно малиновый прямоугольник. Мосин ввел в луч растопыренную пятерню, пошевелил пальцами. Вне всякого сомнения, - фильтр. Вытащил, передвинул бугорки. Теперь прямоугольник стал бледно-лиловым. Мосин полюбовался кистью руки в новом освещении и выключил увеличитель. И настроение упало. Хорошо, займется он "цветом". Добьется популярности. Посыплются на него заказы. Так ли уж это важно?