О! Отвлекать -- это наш Тим мастер. Особенно преподавателей истории. Наверняка сейчас остановил молодую, только что закончившую университет в Анхелесе Юлию Полунину каким-нибудь заковыристым вопросом вроде: "А как вы считаете, насколько внешняя политика Республики в конце XIX века соответствовала реальному весу страны на международной арене?" И, не дожидаясь ответа, начать сыпать цифрами, фактами и именами.
Мы шагнули на платформу. В Шпанберге шёл снег.
-- Сейчас на трамвайную остановку, -- шепнула мне Олли. - От вокзала и до моего дома можно доехать без пересадок.
-- А билеты?
-- На обратном пути купим. В декабре всегда найдётся в продаже пара лишних билетов.
Мы заскочили в трамвай. Я с любопытством осматривал Шпанберг. Город был не таким, как его описывал Влад Ясенев. Впрочем, в его время это был просто укреплённый от набегов индейцев посёлок. Таким он и оставался весь XIX век, лениво дожидаясь следующего столетия. Рост Шпанберга начался после Первой мировой войны, когда Богдан Аврелиевич Ошанин открыл здесь автомобильный завод. Не прошло и десяти лет, как на рынке легковых машин появились "Тройка", "Рысак" и элитная "Славянка". В Шпанберге начали селиться уезжавшие от беспросветной нищеты Веймарской республики немцы. По этой причине город принял облик типичного северогерманского городка. Мне нравилась такая архитектура, тёмные камни, бульвары, выложенные булыжником. Впрочем, это осталось только в исторической части города, по которой я ехал вместе с Хэдли в трамвае.
Оливия достала чёрный кирпич мобильного телефона "Гелиос" и набрала номер Ростислава. Начала, как и договаривались.
-- Привет, Рост, позови, пожалуйста, Юлию Валерьевну... Что? Погоди, но как так? Она сейчас занята другими делами, так? Рост если я узнаю, что это ты... Ладно не буду об этом по телефону.
Поскольку разговор пошёл по другому сценарию, я подался вперёд к Олли и спросил:
-- Что случилось?
-- Рост сказал, что поезд до Новой Вологды задерживают на три часа по неизвестной причине. И, говоря "по неизвестной причине", он как-то глумливо хохотнул.
-- Уж не хочешь ли ты сказать...? - Обмирая от ужаса, спросил я.
-- Я не знаю. Но это лишь добавит нам неприятностей. Представь, что будет, если поезд отправят через час, а не через три? Наша отмазка со случайным опозданием не сработает...
-- Я об этом не подумал, но получается действительно так...
-- Убью его, если узнаю, что он причастен. Он нас реально подставил, засранец...
Оливия бушевала до тех пор, пока не приехали. Мы вышли из трамвая и покинув остановку пошли к стоявшему рядом двухэтажному дому.
-- Маме нравится жить в квартире, в центре города, -- улыбнулась она. - А вот я бы на её месте выбрала бы домик в пригороде.
Я лишь развёл руками. Квартира в такой части города, со старыми домами и засаженными деревьями улицами ничем не уступала домику в пригороде.
Учитывая, что ворота во двор нам открыл швейцар, а на входе в подъезд встречала консьержка, которая строго поинтересовалась у девушки, почему она не в школе, квартал был местом где селились богатые и знаменитые люди. Оливия ответила, что забыла дома какие-то важные учебные пособия, но смогла выкроить время, чтобы приехать только сейчас. Отвечала она уверенно, немного со скукой, как будто это самая обычная вещь. В будущем я это у неё позаимствую. Меня она представила как друга и одноклассника, который сопровождает её на всякий случай, что было абсолютной правдой.
-- Проходи, -- сказала она, открыв квартиру.
Я вошёл внутрь. Вряд ли я смогу описать вам ее, так как уже не помню, как и что там было расположено. Но вот гостиная, где я ждал Оливию, была обставлена в стиле XVIII века.
Олли шустро скрылась в своей комнате и провозилась там минут десять. Потом вышла с полной сумкой, набитой её личными вещами. В руках были записки.
-- Положи к себе, -- сказала она, протянув мне записки. И, когда я взял дневник Ясенева, она быстро прильнула ко мне и поцеловала меня. Я просто окаменел от внезапности случившегося.
-- Ну что встал, -- как-то странно и немного с придыханием сказала Олли. - Пошли быстрее. Если бы не этот болван Рост, то можно было бы...
Чего было бы можно, она не сказала, но я прекрасно понял. Плавали, знаем.
Оливия, как ни странно, оказалась права. Поезд до Новой Вологды задержали не на три часа, а на два. Так что мы еле-еле успели втиснуться в вагон.
Почти вся группа Эпсилон, кроме одной персоны нон грата, набилась в наше купе. Записи взяла Олли, сказав, что они их неоднократно читала, так что у неё получится прочесть и правильно, и с выражением.
За окном вагона таял в тумане вечерний Шпанберг, и перед нами раскрывалась продолжение истории Влада Ясенева. Странного человека, волей судьбы оказавшегося на Побережье в момент рождения Республики.
Часть 3
Тень над Побережьем
Я бы предпочёл, чтобы нам давали врагов не как извергов, а как людей, враждебных нашему обществу, но не лишённых некоторых человеческих черт. У самого последнего подлеца есть человеческие черты, он кого-то любит, кого-то уважает, ради кого-то хочет жертвовать.
И.В. Сталин
Глава 1 (XIX век)
Охота на крысу
Чинукск 1821 год
В Чинукск мы с Жаном прибыли в канун православного рождества. В то время это был город охотников и дровосеков. Его окружали буквально непролазные леса, набитые высококачественной древесиной и разнообразным зверьём. Также обитало немало индейцев, чинуков, по имени которых и назвали этот город. После того, как замёрз тёплый проход в Северном Ледовитом Океане, и до путешествий Беринга и Белуги индейцев пытались ассимилировать, но не очень в этом преуспели, хотя по многим жителям города было видно, что свой род они ведут от индейцев.
-- Дом Мины ближе к центру, -- сказал мне одетый не по погоде и потому замерзающий Жан.
-- Понять бы, где здесь центр, а где окраина, -- усмехнулся я и окликнул проходящего мимо горожанина, кутающегося в шубу. - Эй, любезный, не подскажете ли мне, как мне найти дом пани Златковской?
-- Не знаю, -- буркнул тот, и что-то насторожило меня в его ответе.
-- Одну минуту, -- с этими словами я спрыгнул с Ганнибала, подошёл к неприветливому прохожему и дёрнул его за рукав шубы. В ответ я получил отличный апперкот и, отлетев в сторону, рухнул на укрытую снегом улицу.
Как-то краем сознания я уловил раздавшийся выстрел, но кто стрелял, -- наши или не наши, -- я не понял. Нет, сознание я не потерял, череп у меня крепкий, просто на какое-то время пропало линейное восприятие окружающей реальности. Зачерпнув горсть снега я им буквально умылся. Стало легче.
-- Кто стрелял, Жан?
-- Я. Увы, промахнулся, но этого негодяя спугнул.
-- Кто это был, разглядел?
-- Да, это тот мерзавец, который чуть не убил нас в Новом Орлеане.
Крыса Роджерс. Так вот, что меня насторожило. Английский акцент. Вопрос, что он сделает здесь, в Чинукске? Неужели в город потихоньку просачиваются британцы, а комендант не в курсе? Ладно, разберёмся.
Тем временем на звук выстрела стал собираться народ.
-- Жан? Что ты здесь делаешь и как оказался? - голос имел ярко выраженный польский акцент.
-- Здравствуй, Мина! Вы просили же подмогу - и вот мы тут!