За спиной треск сдираемой шкуры, Саян резко обернулся Из полуземлянки выскочила женщина. Распущенные волосы чёрным облаком. Грудь обнажена. В руках толстая ветка. Взмахнув импровизированной дубиной, женщина прыгнула прямо на него.
Рефлексы вперёд разума. Саян поднырнул под женщину. Плечо упёрлось в обнажённую грудь. Острая катана пронзила мягкую плоть. Заляпанное кровью лезвие вышло между судорожно сведённых лопаток. Сучковатая дубина беспомощно шлёпнула по спине.
Саян стряхнул насмерть раненую женщину и оглянулся. Сородичи Хитрого Волка быстро организовали эффективное сопротивление. Бой ограничился площадкой перед входом в стойбище. Один на один, двое на одного, первобытные воины с безумной яростью рубят друг друга. Жалости – никакой. Один из нападающих походя убил маленького ребёнка. От сильного пинка лёгкое тельце улетело в сторону. Где-то в гуще боя мелькают тёмно-синие клинки друзей. Стоять – некогда. Глазеть – некогда. Вперёд и только вперёд!
Невероятных размеров мужик размахивает огромной дубиной. В накаченных руках тяжеленная дубина порхает, как тросточка. Наседающие добровольцы едва увёртываются от сучковатого набалдашника.
Удар!
Один из нападающий с проломленной грудной клеткой отлетел в сторону. Второй отчаянно тычет копьём. При виде злобного оскала парень побледнел. Саян, едва не поскальзываясь на трупах, поспешил на помощь.
Поздно!
Огромная дубина легко проломила поднятое копьё и рухнула на голову парня. От мощного удара из носа и ушей вылетели сгустки крови. Радостно ревя, огромный мужик взмахнул окровавленной дубиной над головой и тут же, заметив Саяна, злорадно рассмеялся.
Падающий удар! Саян боком в сторону. Зловещая дубина царапнула щит. Прыжок за спину и наотмашь мечом! Тонкое лезвие чиркнуло по левому запястью. Огромный мужик на миг остановился и удивлённо уставился на отрубленную руку. Отсечённая кисть скрюченными пальцами держится за гладкую рукоятку.
Перед носом встала волосатая спина. Саян тут же воткнул катану под правую лопатку и обоими руками повернул лезвие в страшной ране. Мужик, взревев от боли, дёрнулся всем телом. Саян, так и не отпустив меч, шлёпнулся на землю. Кровь толчками выплёскивается из глубокой раны. Могучий рёв перешёл в предсмертный хрип. Мужик рухнул наземь. Могучая дубина, едва не зацепив коленку, бухнулась рядом.
Лошадиная доза адреналина, запах крови боевое возбуждение сорвали контроль разума над телом. Саян вскочил на ноги и бросился в самую гущу боя. Дальнейшее как в густом тумане. Скакал как бешенный. Крушил. Сёк. Колол. Боевой экстаз унёс утлое сознание в штормовые воды необузданной дикости. Первобытная мощь, первобытная сила, первобытная ярость с первобытной жестокостью расплескались на входе в стойбище.
Визг охотничьего рога, словно ушат холодной воды, вывел из боевого опьянения. Саян, словно только что проснулся, тряхнул головой. Защитники уверено теснят нападающих. Ещё немного и кольцо окружения сомкнётся. Пора уносить ноги. Лютый очень вовремя подал сигнал к отступлению.
Добровольцы, сбившись в плотную кучу, шаг за шагом выскользнули за пределы стойбища. Узкий проход уровнял силы. Сородичи Хитрого Волка лишились численного превосходства.
А теперь самое трудное. Лютый затрубил в рог ещё раз. Словно выплеснутая из ведра вода, добровольцы отхлынули от входа и дёрнули со всех ног под защиту леса. Жители высыпали за пределы стойбища, но преследовать отступающих не стали. Мало ли какие сюрпризы таит головокружительная погоня? Может, в лесу притаился второй отряд, который только и ждёт, пока защитники ринутся за убегающей приманкой. Родное стойбище, жён, детей и раненых, оставлять ни в коем случае нельзя. Зато вслед добровольцам полетели стрелы, много стрел, целая туча стрел.
Саян, едва выскочив за пределы стойбища, тут же перекинул щит на спину. Вовремя! Немногочисленные стрелки бешено опустошают колчаны. В спину разом ткнулись две стрелы. Третья, едва не попав в шею, отскочила от шлема.
Впереди мелькает чья-то спина. Парень на миг оглянулся. Тач! Точно! Но? Что с ним? Едва не задев корень, молодой охотник чуть не упал. Стрелы защитников всё же достали его. Прижимая руку к бедру, Тач тихо ругается. Сквозь плотно сжатые пальцы торчит тонкое древко и сочится кровь.
- Держись! Руку давай! – Саян подскочил к раненому.
Подхватив Тача, Саян не дал ему упасть. Вперёд! И только вперёд! Упасть, значит умереть. Ещё одна стрела ткнулась в правый наручень.
Лес принял бегущих под свою защиту. Летящие стрелы наткнулись на многочисленные деревья и запутались в густых ветвях. Но… что-то объёмное елозит по бедру, мешает переставлять ноги. Саян, держа раненого, скосил глаза. Ужас! Кожаная сумка для трофеев доверху набита отрубленными руками. Наружу, словно держась за стянутый край, торчат скрюченные пальцы.
Наконец меж стволов блеснула гладь реки. Перейдя на торопливый шаг, Саян поддерживает раненого товарища. А вот и берег. Добровольцы сталкивают в воду лодки. Нужно как можно быстрей уплыть с места сражения и как можно дальше. К Саян подскочил Ансив:
- Ты ранен?
- Нет! Кровь не моя. Где Ягис?
- Вон! – Ансив ткнул пальцем. – Лодку тащит.
- Отлично! Помоги мне. А то он истечёт.
Подхватив Тача, друзья поспешили к спущенной на воду лодке. Погони не видно. Сородичи Хитрого Волка не выскочили вслед за добровольцами на берег. Но судьбу лучше не искушать. Пока время работает на них, но это не надолго. Разведчики Хитрого Волка наверняка вовсю проверяют лес вокруг стойбища.
- Все здесь? – мощный возглас Лютого пролетел над берегом.
- Да! – отозвалось несколько голосов.
Лютый последний раз глянул на опушку леса и громогласно скомандовал:
- Отплываем!
Ждать отставших опасно да и бесполезно. Кого только задело, и так добежал. А кто серьёзно ранен, всё равно не жилец. Помогая течению, отряд бешено гребёт вёслами вниз по реке. Место высадки со следами крови и умятой травой быстро скрылось за поворотом.
Глава 6. «Вечер после налёта».
Часов пять отряд добровольцев уходил от возможной погони. Вместе с пройденными километрами растёт уверенность в счастливом исходе налета в целом. Бывали случаи, и не раз, когда из добровольцев никто не возвращался. Но вместе с километрами наваливается усталость. Нервное перенапряжение наливает руки тяжестью, глаза слипаются. Так и хочется упасть на дно лодки и уснуть.
Мало кому из добровольцев посчастливилось выйти из боя без единой царапины. Наспех перевязанные раны напоминают о себе кровью и болью. Как воздух, нужна остановка. Или хотя бы краткая передышка. Наконец Лютый скомандовал причаливать. На берегу, поддерживая вконец ослабевшего Тача, Саян торопливо выкрикнул:
- Ягис! Возьми воды.
Лодки спрятаны подальше от случайных глаз. Потрёпанный отряд углубился в лес. На маленькой полянке, в окружении берёз и сосен, добровольцы едва не попадали от усталости в высокую траву. Но Лютый, не давая расслабиться, быстро организовал разбивку лагеря.
Саян, опустив раненого на землю, спросил:
- Ягис, воду взял?
- Да, - Ягис показал полное ведро. – Но куда такая спешка?
- Вы оба, - Саян пропустил вопрос мимо ушей, - будете мне помогать. Никуда не уходите.
Из объёмного вещмешка Саян вытащил маленькую бутылочку с узким горлышком. Наполнив стаканчик остро пахнущей настойкой, Саян похлопал раненого по щекам и спросил:
- Тач! Ты меня слышишь?
- Да, - едва отозвался Тач.
- Пей! – Саян приподнял раненому голову.
Последняя капелька пахучей настойки растворилась на влажных губах молодого охотника. Саян осторожно перевернул раненого на живот. Штанина вокруг раны пропиталась кровью, наконечник стрелы глубоко ушёл в тело. Обломанное древко торчит из бедра. Просто так его не вытащить. Грани кремневого наконечника заточены на манер гарпуна.
Саян превратил дар Создателя в скальпель с полукруглым лезвием. Действуя быстро, но осторожно, срезал замотанные вокруг раны полоски тонкой кожи. От боли раненый дёрнулся. Спёкшаяся корка лопнула, наружу выступила свежая кровь.