Когда снова воцарились спокойные ночные звуки, а со стороны детей слышалось только глубокое и ровное дыхание, Род тихо произнес.

— Они очень добры в оценке моих действий, но факт остается фактом, я провалил все дело.

— Но в любом случае невероятно, чтобы тебе удалось поймать проецирующую телепатку, — ответил ему голос Векса. — Изгнать ее, возможно, и даже уничтожить, хотя это крайне опасно. Но попытаться захватить эспера, не убивая, было бы в десять раз опасней.

Род нахмурился.

— Если подумать, то почему она не вскочила на помело? — У него внезапно возникло перед глазами живое видение, как Гвен сражается в воздушном бою, и он содрогнулся.

— Зачем ей бросать свой фургон, если нет необходимости? — ответил контр-вопросом Векс.

Род поморщился.

— Обидно, что моя ярость настолько стреножила нас, что ей даже не пришлось прилагать усилий, удирая!

— Это лишь удар по твоей гордости, — напомнил ему Векс. — Цель была достигнута, опасность изгнана.

— Временно, — проворчал Род. — В следующий раз она может изгнать нас, если я снова дам ярости заблокировать мне мозг.

— Такое возможно, — признал Векс. — Опасность надо считать большей, так как появилась причина полагать, что врагу известно, кто вы и куда направляетесь.

— И он может догадаться о нашей цели, — закончил Род. — Да, мы можем быть уверены, что они нападут вновь и довольно скоро... Векс?

— Да, Род?

— Как думаешь, пора уже отправлять Гвен и ребят домой?

Робот помолчал, а потом ответил:

— Анализ доступных данных не указывает на степень опасности, с которой твоя семья не могла бы сообща справиться.

— Слава небесам, — вздохнул Род. — Думаю, их было бы нелегко отправить домой именно сейчас.

— Твои дети и впрямь теперь заинтригованы.

— Какие там дети! Я беспокоюсь о Гвен, о том, как бы она не рассердилась!

Векс умолк.

Род нахмурился, не слыша ответа, затем сжал зубы.

— Ладно, что я упускаю из вида?

Робот поколебался, а затем ответил:

— По-моему, они не доверяют твоим шансам действовать в одиночку, Род.

ГЛАВА 3

— Мы теперь недалеко от границы владений Романова, не так ли?

— Да, милорд. Остается еще, наверно, день пути, — Гвен доблестно держалась на ногах, но было видно, что устала.

Род нахмурился.

— Слушай, им известно о нашем приближении, нет смысла сохранять инкогнито. Почему мы по-прежнему идем пешком?

— Чтобы не вызывать страха, папа. — Грегори посмотрел на отца с высоты своего сидения на поклаже Векса. — Если б честные крестьяне увидели, как мы летим на север, то наверняка встревожились бы.

Род на миг уставился на младшего сынка, а затем повернулся к Гвен.

— Сколько говоришь ему лет? Три и какой пошел?

Но Гвен вдруг насторожилась и подняла руку.

— Ш-ш!

Род нахмурился в ответ.

— И тебе не больше.

— Нет, нет, милорд! Опасность! Приближается толпа честных людей, но бежит к нам в полном ужасе!

Лицо Рода сделалось нейтральным.

— Что их преследует?

— Не могу сказать, — покачала головой Гвен. — Вроде люди, поскольку я ощущаю их присутствие, но там, где у них должен быть разум, — пустота.

Род заметил множество бегущих.

— Ладно, приготовимся к самому худшему. — Он сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул.

Тут же выскочили из ниоткуда Магнус и Джефри, а за ними спикировала вниз Корделия.

— Почему ты просто не послал нам мысль, папа? — спросил Магнус.

— Потому, что мы выступаем против врага умеющего слышать мысли с большего расстояния, а не свист. Ладно, ребятки, нам надо устроить засаду. Я хочу, чтобы каждый из вас оказался высоко на дереве и, как можно лучше, изображал участок коры. Мы с матерью возьмем на себя наземную засаду. Когда появится враг, ударьте по нему всем, что у вас есть.

— Какой враг, папа?

— Послушай сам. Мама говорит, что он человек, но ничего более.

У всех четверых детей на миг остекленели глаза, а затем они, одновременно содрогнувшись, вышли из транса.

— Ужас, — прошептала Корделия. — Оно там, но его нет!

— Увидите его — узнаете, — мрачно предрек Род. — На всякий случай, если не узнаете, то я, как можно сильней подумаю: «Кроши!» А теперь, брысь!

Они исчезли с тремя хлопками и свистом. Подняв взгляд, Род заметил, что вершины трех деревьев внезапно заколыхались на ветру, и увидел, как Корделия воспарила к вершине четвертого.

— В какую сторону двинемся, милая?

Гвен пожала плечами.

— Для меня обе стороны одинаковы, милорд.

— Ты кто? Кандидатка в депутаты? Ладно, исчезай на востоке, а я растаю налево. Во всяком случае, я постараюсь.

Гвен кивнула, быстро сжала ему руку прежде, чем стремительно унестись с дороги. Листва сомкнулась за ней. Род задержался, глядя на север и раздумывая, а затем свернул в подлесок, шепча:

— Направься примерно на десять ярдов к северу, Векс.

Робот припустил галопом, и почти сразу свернул в сторону, где находился Род.

Листва спрятала его. Род повернулся лицом к дороге, опустился на колено, дал телу расслабиться, ритмично дыша.

Из-за поворота дороги появились они — дюжина пыльных крестьян с маленькими котомками и затравленными лицами. Они постоянно оглядывались. Самый высокий из них вдруг что-то выкрикнул и резко затормозил. Другие поспешили к нему, крича через плечо женам:

— Спасайтесь! Бегите! — Но женщины заколебались, тоскливо глядя то на дорогу к югу, то опять на мужей. Мужчины повернулись спиной к ним и лицом к северу, в сторону врага, каждый держал посох в оборонительной стойке, наискось поперек тела. Женщины в ужасе следили за ними.

Затем, с воем одна молодая жена, прижимая к себе младенца, побежала на юг. Остальные уставились ей в след, а затем, одна за другой начали гнать своих ребятишек вперед по дороге.

Вскоре в поле зрения появились ратники.

Род напрягся, думая изо всех сил: «Готовьсь!»

Они были одеты в коричневые легинсы с темно-зелеными куртками до середины бедра и стальные шлемы. Каждый держал в руках алебарду, а на груди сверкал шафрановый знак различия. Это было обмундирование, и такого Род никогда раньше не видел.

Солдаты завидели крестьян, издали воинственный крик и бросились в атаку, опустив алебарды, горизонтально.

Род мысленно вложил в слово всю свою мощь, когда прошептал его Вексу:

— Кроши!

Удачнее выбрать время он не мог. Векс выскочил из подлеска и встал с пронзительным ржанием, на дыбы как раз, когда его миновали последние солдаты. Встревоженные, они и большинство их товарищей резко повернулись. Род выскочил на дорогу между крестьянами и солдатами. Меч метнулся проткнуть плечо пехотинца, а затем отпрыгнул и ткнул в другого, пока первый завопил, отшатнувшись назад. Двое солдат в середине отряда взмыли с воем ужаса ввысь и бухнулись обратно на товарищей. Град камней ударил по стальным шлемам так сильно, что солдаты зашатались и растянулись на земле.

Род бросился вперед, проткнул бедро третьему солдату, одновременно крича крестьянам:

— Давай! Вот ваш шанс! Навалитесь на них и вышибите из них дурь!

Тут тупой конец алебарды ударил его по подбородку, он круто развернулся, в глазах у него темнело и вспыхивали искры. Но уши его наполнил рев и, когда в глазах прояснилось, он увидел, как крестьяне врезались в солдат, подымая и опуская колья, сражаясь.

Род охнул и, шатаясь, вернулся к ним: убивать же не требовалось!

Затем появилась еще одна мысль: им требовались пленные для получения информации.

Он вклинился в группу крестьян, бросил быстрый взгляд на рукопашную битву и крикнул:

— Стойте!.. Не нужно... Они не заслуживают...

— Ты не видел сделанного ими, — прорычал крестьянин рядом с ним.

— Не видел, но хочу выяснить! Смотрите! Они все валяются на земле, некоторые, возможно, уже мертвы! Отойдите от них, предоставьте их мне!

Грубая рука схватила его за плечо и развернула кругом.