Вы уничтожили осквернённого. Получено 7 ОК.

— И это только один тоннель из многих! — прокричал Пал Палыч сжав кулачки. — Я пытался залатать дыры, но банально не успеваю! Ты говорил что всё будет нормально, но…

— Не переживайте. Если я сказал что всё будет хорошо, значит так и будет, — заверил я, вытаскивая из инвентаря «Дырокол».

— Если обманул, я тебя собственноручно придушу. — Пригрозил Пал Палыч и исчез.

Пока мы трепались, переливание выпило три мелких нарыва и принялось за новую парочку. Явно это не понравилось порождениям скверны и впереди послышался многоголосый писк. Из подворотни на меня вылетел десяток крыс. Красные глаза, из пасти сочится чёрная слюна, но они смогли пробежать лишь десяток метров, а после замерли как вкопанные примёрзнув к полу.

— Лариски, что же вы по заводам шляетесь? Лучше бы бабку Шапокляк дохаживали. — Вздохнул я и принялся наносить удары «Дыроколом».

Клинок жужжал и проворачивался в бугристой плоти заставляя крыс то и дело взрываться золотистыми искрами. Правда не всё было так просто как хотелось бы. Пока я добивал мелочёвку примёрзшую к полу, с потолка мне на спину сиганула здоровенная крысятина сбив меня с ног. Кувыркнувшись я измазался в чёрной слизи и тут же был вынужден отскочить в сторону, так как грызун уже сиганул метя зубами в мою шею.

Уйдя с линии атаки, я вогнал Дырокол ему за ухо и тварь лопнула, оставив после себя одну жалкую монетку и росчерк кровоточащих ран у меня на спине.

— Надеюсь не придётся делать уколы от бешенства.

Справа послышался хруст. Подобный я уже слышал когда гоблины ломились через стены особняка, поэтому не дожидаясь пока меня застигнут врасплох, я отошел назад и снова активировал морозную поступь. С грозотом часть бетонной стены рухнула и в узкий проём высыпала стая крыс пища и натыкаясь друг на друга. Ледяная корка мгновенно сковала их и я продолжил наносить удар за ударом, пока не услышал звон монет.

Ещё два нарыва лопнули и переливание переключилось на крыс. Грызуны видать имели очень маленький запас скверны, так как лопались они каждые пару секунд. Но радоваться было рано. Стоило мне перебить всех крыг и переключиться на нарывы, как позади меня сплетались новые чёрные сферы из просочившеся сверху скверны. Это напоминало сизифов труд. Сколько бы я не уничтожил, меньше нарывов не становилось.

Пифон тем временем летал туда сюда сгребая трофеи. А ещё он оказался на удивление полезен в бою. Со стороны входа в тоннель просочилась какая то жуткая тварь состоящая из десятка ног, острых зубов и хитина. Зашипев она бросилась на меня, но добежать не успела. Над моим плечом мелькнула изумрудная молния, клацнули челюсти, и обезглавленная тушка шлёпнулась на пол.

— С меня магарыч, — пообещал я, выпуская ветряную пулю в сторону нарыва из которого полезла крылатая тварь.

Лопнул очередной нарыв, система оповестила меня о повышении уровня. Но времени раскидывать характеристики не было, ведь из крупного нарыва выскользнула какая то чешуйчатая пакость и юркнула в соседний коридор.

— Ага, как будто я дам тебе уйти! — Полный энтузиазма я рванул следом за ней.

Свернул за угол и остановился как вкопанный. У дальней стены темнел нарыв на двести семнадцать единиц. Эта хреновина успела так вырасти пока я боролся с мелочёвкой? Достав телефон я бегло глянул на часы. С момента спуска в тоннели прошло два часа. Жуть какая. Время здесь совершенно не ощущается.

Едва я сделал шаг в сторону нарыва чтобы его очистить, как с труб под потолком послышался смачный харчок! Наверху восседали зеленоватые жабы. Их брюшка раздувались освещая всё в радиусе метра токсичной зеленцой.

Первый же плевок едва не пришёлся мне в лицо. Спасло только то, что я шарахнулся в сторону и прижался к стене. Зелёный харчёк шлёпнулся о бетон покрытый скверной и начал пузыриться выделяя в воздух едкий дым. От этого дыма у меня даже глаза заслезились, а в лёгких защипало. Из-за этого я и проморгал второй плевок. Он угодил в сгиб локтя. Рукав олимпийки задымился, кожу обожгло и я уже было содрал с себя олимпийку, как вдруг она распалась на золотистые искры.

— Вы чё лягухи⁈ Это коллекционная вещь с Машмета! Такие только гопникам выдают и мне! — Возмутился я и выстрелил ветряной пулей.

Попал я точно в раскрытый рот квакухи. Башку твари разорвало в клочья, а обезглавленное тело рухнуло с высоты осыпаясь золотистыми искрами. Пока я уклонялся от плевков и сносил головы жабам, я заметил что в нарыв заползла чешуйчатая гадость за которой я гнался свернув в этот тоннель. Это было необычно, так как твари вылезают из нарывов, а вот чтобы они туда заползали, не припомню такого.

Впрочем, тварь тут же вылезла из нарыва обратно. Знаете, порой одного взгляда достаточно чтобы понять что сейчас случится что-то жуткое. Оно и случилось. Из нарыва показался змеиный скелет. Всё бы ничего, но только голова была размером не меньше метра. А ещё тварь покрывал синеватый лёд. Едва суставы змеюки коснулись пола, как по нему во все стороны побежал иней.

— Морозная поступь, без поступи… — Прошептал я, на всякий случай выстрелил ветряной, пулей, она ожидаемо отскочила от черепа твари, после чего я рванул наутёк.

Жутко гремя костями костяная змея погналась за мной. Я выскочил в основной тоннель и побежал к выходу услышав как за спиной на огромной скорости змеюка врезалась в бетонную стену. С потолка посыпались камни, послышался скрежет заглушаемый шипением ледяной пакости. Слева летел запыхавшийся Пифон, судя по выпученным глазам, он тоже был не в восторге от этой прогулки.

— Лети поговори со своим родственником! Скажи что к нему у меня нет никаких претензий! — Выпалил я на бегу.

В ответ Пифон юркнул в мой карман, а я уже увидел лестницу ведущую наверх, когда мимо пронёсся поток холода. Ледяная змеюка с шипением пролетела мимо меня, врезалась в стену и перегородила мне дорогу, распахнув пугающую пасть.

— Приехали…

Глава 3

Пасть распахнулась ещё шире, и я разглядел в глотке твари чёрный сгусток скверны похожий на нарыв. Пахнуло могильным холодом и гнилью, а с зубов свисали сосульки в палец толщиной. В такую пасть я бы с лёгкостью поместился целиком. Выставив перед собой указательный палец я выстрелил. Ветряная пуля звякнув отскочила от черепа.

— Ша-а-а! — Зашипел змей разинув пасть и отвёл голову слегка назад чтобы атаковать.

Я же судорожно думал как спастись? Уклониться? С такого расстояния не выйдет, использовать телепорт? В Белгороде я ещё не разбрасывал пуговицы, да и не успел бы я вскрыть пространство. Морозная поступь? Против ледяной гадюки она бесполезна с вероятностью в тысячу процентов. Кипятильник тоже мимо, а значит… Ноги сами собой заняли борцовскую стойку, и я выпучив глаза заорал:

— Доской!!!

Так орут сумоисты перед схваткой, по-японски это вроде как «иди сюда!». Змеюка послушалась, кто бы мог подумать, что белгородская нечисть понимает японский. Башка метнулась ко мне на запредельной скорости, а я со всего размаха влепил ей открытой ладонью в челюсть. Раздался хруст, и тварь с грохотом врезалась в стену.

Ладонь горела от холода, и я ошалело уставился на неё. Плоти у змеи не было, значит и веса тоже.

— Так вот что сила животворящая делает, — прошептал я, и в этот момент кости зашевелились.

Позвонки со щёлканьем вставали на место, а в глазницах загорелись синие огоньки. Ждать, пока гадина соберётся в кучу, я не стал. Со всего размаха воткнул Дырокол в лобную кость твари. Послышался пронзительный визг и… Дырокол потерял пять единиц прочности, но просверлить кость так и не смог.

— Ты чё, голову блендамедом чистишь? — Ошарашенно спросил я отправив Дырокол в инвентарь и тут же хлёстко впечатал ладонь по клыкам змеюки.