Глава 40

Поток машин в даунтауне был невероятно плотным, и это очень устраивало Дарби. Она не спешила. Фойе банка открывалось в половине десятого, и, сидя у нее в комнате в семь утра за чашкой кофе и нетронутыми бутербродами, он убеждал ее, что ей следует одной посетить хранилище. Лично она так не считала, но это должна была сделать женщина, а им не из кого было выбирать. Беверли Морган сказала Грею, что ее банк, Первый Гамильтоновский, заморозил их ящик, как только там узнали о смерти Куртиса, и что ей разрешили лишь посмотреть содержимое и сделать опись. Ей разрешили также сделать копию завещания, но оригинал был положен обратно в ящик и препровожден в хранилище. Содержимое ящика она сможет получить лишь после того, как финансовые ревизоры закончат работу.

Так что главный вопрос состоял в том, знают о смерти Куртиса в Первом Колумбийском банке или еще нет. Морганы никогда не делали туда вкладов. Беверли не имела представления, почему он выбрал именно этот банк. Это был огромный банк с миллионом вкладчиков, и они решили, что скорее всего там еще ничего не знали.

Дарби, устала играть с судьбой. Прошлой ночью она упустила прекрасную возможность сесть в самолет, и вот теперь она собирается стать Беверли Морган, состязающейся в изворотливости с Первым Колумбийским ради того, чтобы обокрасть мертвеца. А что собирался делать ее сообщник? Защищать ее. У него есть пистолет, которым он до смерти напугал ее и которого он сам боится, хотя и не сознается в том; но он собирается разыграть этакого телохранителя у главного входа, пока она опустошит этот ящик.

— А что, если они уже знают, что он мертв? — спросила она. — А я скажу, что это не так?

— Тогда ударь эту суку по морде и уноси ноги. Я буду у входной двери, и с помощью оружия мы прорвемся к выходу.

— Продолжай, Грей. Не знаю, смогу ли я сделать это.

— Сможешь! Будь хладнокровна, настойчива, изящна, и тогда все будет выглядеть естественно.

— Премного обязана. А что, если они вызовут охрану? Я с недавнего времени страх как боюсь охранников.

— Я спасу тебя. Я ворвусь и открою огонь в фойе, как целая команда SWAT.

— Тогда нас обоих убьют.

— Успокойся, Дарби. Это сработает.

— Отчего ты такой бодренький?

— У меня чутье: в этом ящике что-то есть, Дарби. И ты должна это извлечь, детка. Все зависит от тебя.

— Благодарю за поддержку.

Они были на L-стрит около Девятой авеню. Грей притормозил, затем кое-как припарковался в месте разгрузки, в сорока футах от центрального входа в Первый Колумбийский банк, и выскочил из машины. Выход Дарби был менее поспешным. Вместе они быстро пошли к двери. Было почти десять.

— Я буду ждать здесь, — сказал он, показав на мраморную колонну. — Иди, действуй.

“Иди, действуй”, — пробормотала она, проходя через вертящуюся дверь. Почему именно ее всегда бросали одну против тигров?

Фойе было огромным, как футбольное поле, с колоннами, люстрами и поддельными персидскими коврами.

— Где находятся ящики для хранения? — спросила она у молодой женщины у справочного стала.

Та указала в угол напротив.

— Благодарю, — сказала Дарби и направилась туда. Слева от нее стояли люди в очередях к кассирам, справа сотни занятых вице-президентов говорили по своим телефонам. Это был самый крупный банк в городе. Никто не обращал на нее внимания.

Хранилище находилось за рядом массивных, обитых бронзой, дверей, отполированных так, что они стали почти золотыми, что, без сомнения, имело вид безусловной безопасности и неуязвимости. Двери слегка приоткрывались, пропуская немногих избранных. Слева важная дама лет шестидесяти сидела за конторкой с надписью “Ящики для хранения”. Ее звали Вирджиния Баскин.

Вирджиния Баскин смотрела на Дарби, когда та подходила к стойке. На ее лице не было дежурной улыбки.

— Мне нужен доступ к ящику, — сказала Дарби, едва дыша. Она не могла сделать вдох уже за две минуты до этого.

— Будьте добры, номер, — сказала миссис Баскин, потянувшись к клавиатуре, и повернулась к монитору.

— Ф566.

Служащая ввела номер и подождала сообщения на экране. Она нахмурилась и прильнула лицом почти вплотную к экрану. “Бежать!” — подумала Дарби. Лицо служащей еще больше нахмурилось, она почесала подбородок. “Бежать!” — пока она не сняла телефонную трубку и не вызвала охрану. “Бежать!” — пока не завыли сирены и идиот-соучастник не поднял пальбу там, внизу.

Миссис Баскин отодвинулась от монитора.

— Он был арендован только две недели назад, — сказала она почти про себя.

— Да, — подтвердила Дарби, как будто это она арендовала ящик.

— Полагаю, вы миссис Морган, — сказала дама, набирая на клавиатуре. Полагай, полагай, детка.

— Да, Беверли Энн Морган.

— Ваш адрес?

— Пемброук, 891, Александрия.

Баскин кивнула, глядя на экран, как будто он мог ее видеть и послать свое одобрение. Она опять набрала на клавиатуре.

— Номер телефона?

— 703-664-5980.

Служащей понравилось и это. Компьютеру тоже.

— Кто арендовал ящик?

— Мой муж, Куртис Д. Морган.

— Его номер социального страхования? Дарби небрежно открыла свою новую, довольно большую кожаную сумку через плечо и вытащила бумажник. Кто из жен помнит номер социального страхования своего мужа? Она открыла бумажник.

— 510-96-8686.

— Очень хорошо, — степенно сказала миссис Баскин, отходя от клавиатуры и заходя за конторку. — На какое время?

— На одну минутку.

Служащая прикрепила широкую карточку к небольшой дощечке для бумаг на стойке и указала на нее Дарби.

— Поставьте здесь подпись, миссис Морган. Дарби, нервничая, расписалась во второй графе. В первой графе стояла подпись мистера Моргана, оставленная им в тот день, когда он арендовал ящик.

Миссис Баскин смотрела на подпись, в то время как Дарби старалась перевести дыхание.

— У вас есть свой ключ? — спросила дама.

— Разумеется, — ответила Дарби с доверительной улыбкой.

Миссис Баскин вытащила из ящика маленькую коробку и вышла из-за конторки.

— Пойдемте.

Они прошли через бронзовые двери. Хранилище было такое большое, как отделение банка в пригородах. Выдержанное в стиле мавзолея, оно представляло собой лабиринт узких проходов и маленьких камер. Два человека в униформе пошли рядом. Они прошли четыре одинаковых комнаты со стенами, уставленными рядами ящиков для хранения. Вероятно, номер Ф566 находился в пятой комнате, потому что миссис Баскин вошла туда и открыла свою маленькую черную коробочку. Дарби нервно оглянулась.