***

Защитники крепости были воодушевлены своей второй победой за день. Радость читалась на каждом лице, и они начали верить в то, что им удастся отстоять свой дом от захватчиков. Недавние рыбаки и сапожники, охотники и гончары взяли верх над вражескими воинами, ремеслом которых была война. Каждый чувствовал свой вклад в эту победу, но не все разделяли этих радостных настроений. Капитан Каракка прекрасно понимал, что им удалось удивить и напугать врага, но скоро он оправится от этого, и атаки будут идти волна за волной, некоторые из них будут разбиваться о крепостные стены, но рано или поздно этот поток затопит укрепления и смоет защитников. Лагерь, разбитый вдали, украшенный разноцветными штандартами и казавшийся бесконечным, сейчас был скрыт густым дымом. Капитан прекрасно осознавал, что это всего лишь малая часть армии, что надвигалась на восточные земли. Было даже страшно подумать о людском бескрайнем океане основных сил, которые ещё находились в пути.

- Спасибо тебе,  Герштаф, твой план и твоя смесь сработали на отлично, - не оборачиваясь и продолжая смотреть на полыхающих внизу врагов произнес Каракка. Капитан частенько удивлял окружающих своим умением определять тех, кто к нему подходил сзади. Подкрасться незамеченным было совершенно невозможно.

- Я рад, что мы успели всё сделать вовремя, - ответил горный великан, - давно хотел проверить свою горючую смесь в реальном сражении.

- Иногда я думаю, что тебя к нам послал один из богов, - задумчиво произнес Каракка, видимо, он уже обдумывал очередной оборонительный план, - если бы тебя не было, мы бы уже потеряли много людей и, возможно, были выбиты с первой линии стен. Благодаря твоим изобретениям нам удалось прожить на день дольше, чем нам отмеряно матерью Луной. Не думаю, что сегодня они решатся ещё на один штурм.

- Я тоже так думаю, - поделился своим мнением Герштаф, - за считанные минуты мы уничтожили около четырёх тысяч наших врагов - это целая армия. Теперь они вряд ли попробуют сунуться к нам, не подготовившись основательно. Страх удержит даже самые горячие головы.

- В лоб сегодня и, возможно, даже завтра они нас точно не будут атаковать, а вот штурм под покровом ночи малочисленным отрядом зверолюдов-лазутчиков весьма вероятен.

- Значит самое время под прикрытием стены из огня и дыма сделать вылазку и разложить мои грибы, - великан не договорил фразу, отвлекшись на одинокого воина, шедшего навстречу крепости, прикрывшись большим круглым щитом. Это было удивительно. Он весь - с ног до головы - был объят пламенем, но похоже это обстоятельство не вызывало у него ни малейшего беспокойства. Объятый пламенем воин шёл уверенной походкой.

Несмолкающее ликование защитников стен стали прерывать удивленные возгласы, и вскоре радостные крики сменились встревоженным ропотом. Герштаф вскинул свой арбалет и прицелился, но Каракка положил свою руку на массивное оружие горного великана.

- Не нужно, - сказал он и тут же выкрикнул приказ: «Не стрелять! Никому не стрелять!».

Герштаф уставился на капитана, и сквозь узкие прорези его костяного забрала было непонятно, вопрошает он или удивляется.

- Это всего лишь очередное дитя падшей Луны. Нам незачем его убивать, - капитан развернулся в сторону лестницы. - Пойдем вниз, предложим ему сдаться, лишний язык нам пригодится, учитывая, что те раненые, которых мы подобрали за стеной в прошлый раз, истекли кровью.

Глава 9. Длинная дорога в неизвестность.

Нилусу было интересно, что же происходит в начале обоза. Стараясь не терять из вида пространство вокруг себя, чтобы быть готовым к отражению любого нападения, он осторожно выглянул из-за повозки. Впереди сплошной стеной стоял лес, и дорога дальше шла через него, исчезая за казавшимся непроходимым частоколом из деревьев. Больше ничего разглядеть ему не удалось. Через несколько минут Радобор вернулся озабоченным и хмурым.

- Полезай внутрь, - скомандовал он, залез в повозку вслед за Нилусом и строгим голосом, которым обычно повелевают старшие в роду своим младшим соплеменникам, обратился к детям: «А вы сидите тихо и не выглядывайте.» Вскоре их транспортное средство качнулось, и небольшой караван вновь двинулся в путь. Юноша не стал продвигаться на свое место, где он находился с начала поездки, а сел на краю повозки, посматривая из стороны в сторону. Наконец они проехали то место, которое так напугало женщину из головы колонны -  по краям дороги как клыки кабана торчали два кривых кола, на которых были нанизаны человеческие тела, по одному на каждом. На мертвецах клочьями висела обветшавшая рваная одежда, а сами трупы были уже до половины исклеваны птицами, местами оголяя взорам незадачливых путников голые черепа и пустые глазницы. Юноша сразу вспомнил зомби, с которыми ему пришлось сражаться, и рука сама потянулась к рукояти меча. После встречи с культистом, который по своему желанию легкими манипуляциями своего разума заставил мертвецов вырезать целое селение, юноша понимал, что впереди могла грозить другая опасность.

Нил молча взглянул на старика, который также безмолвно посмотрел на него. Парень догадался, что Радобор не хотел пугать детей, находившихся внутри повозки, поэтому и не стал ничего объяснять. За те годы, что юноша прожил, работая посыльным, он научился защищаться, быстро бегать, преодолевать длинные расстояния, прятаться и легко переносить отсутствие пищи, воды или сна. Прошедшие сутки прошли для него словно год, который научил его новым навыкам выживания. Нил впервые убивал людей, хотя к этой категории сложно было отнести уже мёртвых зомби, да и кровожадного культиста тоже.  Люди не могли быть такими, как он, безжалостными и беспощадными, во всяком случае в своей жизни он ещё не встречал подобных.

- Дедушка, что там случилось? - спросила Лотта, не выдержав нависшей тишины, которая начала тяготить и давить на всех, находившихся в повозке. Даже два бойких сорванца поумерили свой нрав, прижавшись к своей сестре с двух сторон, и теперь походили на пару цыплят под крыльями своей мамы.

- Ничего страшного, девочка моя. Просто тётушка Лоретт испугалась лисицы, которая перебегала дорогу, - старик вновь стал весёлым, как и до недавней вынужденной остановки, а его прищуренные глаза вновь излучали улыбку и добродушие.

- Ох, она у нас всегда такая пугливая, - девушка доверчиво согласилась с объяснением своего деда. Её фраза была словно сигнал, которого давно ждали притихшие мальчишки, которые тут же выбрались из объятий своей родственницы и принялись вновь безжалостно разрывать тишину своими громкими высокими голосами и надоедливой вознёй.

От напряжения, которое царило внутри повозки, не осталось и следа, дети вновь начали играть со свойственной только им безалаберностью. Нил, пользуясь моментом, пододвинулся поближе к старику. Глядя на уплывающую из-под колес дорогу, он вполголоса спросил:

- Вы приняли решение ехать дальше? Мне кажется, что у опушки леса... Это были предостерегающие знаки!

Перед глазами вновь всплыли образы изуродованных тел на кольях, и Нила передернуло от этого воспоминания. Он снова подумал о своем доме, на месте которого осталось лишь пепелище. Юноша понимал, как сильно ему повезло, ведь было гораздо лучше двигаться с людьми, чем продираться по бездорожью вдвоем со своей маленькой сестренкой. Ехать в повозке было гораздо комфортнее, чем топтать мокасинами дорогу, да и вопрос с едой здесь не возникал. Пока их кормили, не требуя ничего взамен.

- Знаешь, буду честен, мы давно уже сбились с пути, но возвращаться назад нельзя. Объезжать лес,  - старик вновь потянул воздух через трубку, которую нервно крутил в руках, - объезжать его - дело туманное, неизвестно, насколько далеко он простирается.  Возможно, Лорель уже пала и орды с запада двигаются в эту строну, поэтому у нас нет другого выхода, кроме как просто ехать вперед. Раз тут есть дорога, значит люди уже ходили в этих местах.