– О, Кики! – искренне восхитилась Лераджия и взяла украшение.

Даже человек, не разбирающийся в аксессуарах, счел бы его великолепным. Кики вложил немало денег в покупку подвески с кулоном.

– Позвольте мне помочь вам его надеть…

– Хорошо. – Лераджия приподняла свои длинные огненно-красные волосы, обнажив перед Кики нежную белоснежную шею.

При виде такого зрелища Кики нервно сглотнул. Ему едва удалось подавить дикое желание прикоснуться губами к ее гладкой коже.

Еще не время. Кики глубоко вздохнул и надел на шею девушки баснословно дорогое драгоценное украшение.

Когда алый кулон исчез с шеи Лераджии, Кики почувствовал облегчение. К счастью, Джинджер уже не узнает правду!

– О, как вы прекрасны! Принц Изана запросто влюбится в вас на балу, – сказал Кики, не скрывая внутренней радости.

– Ха-ха, что за глупости вы говорите! Благодарю вас за подарок.

Лераджия ласкала его тонкую кисть.

– Теперь навещу Джинджер. Я предложил ей отправиться со мной на бал, но она, должно быть, очень сердится. Она всегда такая. – Кики церемонно поцеловал руку Лераджии. – Увидимся во дворце. Пожалуйста, будьте осторожны.

Лераджия неотрывно смотрела на Кики, который развернулся и направился к двери. Девушка не двигалась с места, пока он не покинул комнату.

Когда Кики удалился, Лераджия выждала некоторое время, после чего вышла из особняка и села в заранее подготовленную карету.

Как только экипаж тронулся с места, девушка сняла подарок Кики и вновь надела подвеску с алым драгоценным камнем.

– Странно, что Кики одержим моим украшением. В таком случае я обязана это сделать.

Еще несколько дней назад она заметила, как Кики ищет ее кулон. И Лераджия до сих пор не понимала, в чем дело. Однако несомненно одно: за подозрительным поведением Кики стоит Джинджер Торте.

Это было предположение Лераджии, но она хорошо знала Джинджер, поэтому сомнений почти не оставалось.

Когда я села в карету, чтобы отправиться на бал, дверца экипажа резко отворилась. Никто не должен меня сопровождать, верно?

Я с изумлением глядела на юношу, который буквально впихивал себя в карету.

– Кишон Микельсен?

– Ха-ха, Джинджер. Сегодня ты выглядишь особенно красивой.

Человеком, выдавшим банальную фразу, был именно он – Кишон Микельсен. И теперь он осмелился сесть напротив меня! Совсем недавно я любила жениха, а теперь он стал человеком, на которого я не могла смотреть без отвращения.

– Почему ты зде…

Едва я собралась спросить, зачем он пришел, как он быстро приложил палец к моим губам.

– Тсс.

Что он делает? Сжав палец Кики с такой силой, будто собиралась его сломать, я грозно взглянула на наглеца.

– Ай, Джинджер! Ты чего, мне же больно! Я все объясню, только отпусти!

– Что ты делаешь в моей карете? Я велела тебе сопровождать Лераджию.

Кишон смущенно улыбнулся и виновато заморгал. В ответ я еще сильнее сжала его палец. Улыбка мгновенно угасла.

– Ай! Ай! Джинджер, хорошо, я все скажу честно!

– Вот так бы с самого начала.

Я отпустила его палец, и Кишон неуверенно пролепетал:

– Ну, знаешь… я действительно пошел к Лераджии, но она сказала, чтобы я вернулся к тебе. Из уважения к тебе и к твоему статусу, Джинджер! Если кто-нибудь увидит меня вместе с Лераджией, это может повредить твоей репутации. А я все делаю ради тебя.

– То есть ты, мой жених, опять защищаешь Лераджию? Как ты вообще можешь быть таким… – Пораженная его словами, я не смогла закончить фразу и тяжело вздохнула.

Лераджия утверждала, что мой вкус на мужчин ужасен, хотя у нее были такие же пристрастия. Я задумалась. Что я могла найти в этом красивом снаружи и пустом внутри человеке, чтобы захотеть провести с ним всю жизнь? Это же самая абсурдная и тщетная надежда. Ожидать чего-то хорошего от ловеласа Кишона было ужасающим безрассудством и легкомыслием.

Я едва не совершила роковую ошибку!

– Как ты вообще мог?.. Ладно, оставим это. Значит, Лераджия по своей доброте решила вернуть тебя мне? И ты, как пес, сорвавшийся с цепи, явился сюда?

– Эй, Джинджер. Пес, сорвавшийся с цепи… звучит жестко, ты не находишь? Я и в самом деле хотел прийти к тебе. Я ведь твой жених, – с гордостью произнес Кишон.

Я лишилась дара речи. О чем он думает? Возможно, он даже не считает измену грехом. Для такого повесы, как он, иметь романы, вероятно, столь же естественно, как для меня дышать. И осознав это, я наконец поняла: он ничем не лучше отбросов общества.

– Кишон Микельсен, ты и впрямь рехнулся? Твои мысли совершенно непостижимы. Не смей больше со мной разговаривать. – Сложив руки на груди и закрыв глаза, я решила, что общаться с ним – пустая трата времени.

Несмотря на его ворчание, я проигнорировала Кики, и в итоге он действительно умолк.

Хм, кажется, мне пора разорвать помолвку. Надо навестить его отца, герцога Микельсена.

Если Кишон боится его и трусит, я лично выступлю перед герцогом, не запятнаю себя и не упаду лицом в грязь.

Тем не менее внезапное появление Кишона принесло мне головную боль. Я начала тревожиться по поводу Лераджии. Если верить его словам, Кики отправился к ней, а затем вернулся ко мне. Бесспорно, он видел ее бальный наряд и украшения.

Надела ли Лераджия подвеску с алым кулоном? Наверное, нет, поэтому Кишон так спокоен?

Получается, что независимо от того, подлинный ли у меня кулон или фальшивый, на шее Лераджии сейчас точно нет никаких подвесок – ни настоящих, ни поддельных? Отлично. Такой расклад меня вполне устраивает и придает уверенности.

Мое настроение улучшилось, и я принялась мурлыкать какую-то мелодию себе под нос. Кишон, подхватив мое настроение, присоединился ко мне. Вот глупец!

В бальном зале уже собралось довольно много людей. Атмосфера была радостной – праздник в честь коронации монарха. Не знаю, как Изана за последние две недели убедил аристократов, но, как и сказала мать, все были очарованы Его Величеством. Странные слухи давно утихли.

Главный герой всегда опаздывает. Праздник начался, но Изана пока не появился. В зале звучала прекрасная музыка, и, невзирая на отсутствие коронованной особы, гости веселились и танцевали.

Больше всех наслаждался Кишон Микельсен. Он вовсю отплясывал в центре зала: юноша был изящен и неутомим, а на его лице было столь серьезное выражение, что окружающие могли бы подумать, что главный герой на празднике именно он.

Я лишь покачала головой.

– Действительно, впечатляет до слез.

Мое замечание было иронично, однако юные аристократки восхищенно поглядывали на Кики. Ну еще бы, ведь его танцевальные способности известны во всем королевстве. Хотя раньше я тоже была очарована его умением, теперь это не вызывало во мне никаких эмоций.

Просто танцует – и все.

Но почему-то мне не давала покоя ситуация с Лераджией, которой до сих пор не было в зале. Кстати, втайне я надеялась, что она не явится вовсе.

Кроме того, сюжет книги вновь вклинился в реальность. В дальнем конце галереи, опоясывающей зал, показались мужчины. Среди людей в униформе был один одетый скромнее других. Он носил простую одежду без каких-либо украшений, но именно он выделялся. Никто не сказал мне, кто он, но я с первого взгляда поняла – это Изана.

Тем временем мужчины уже спускались по лестнице. Когда они подошли ближе, я смогла разглядеть Изану еще лучше. Высокий, возможно… выше среднего роста. И очень стройный. Кожа его была бледной, поскольку он давно не видел солнечного света. Густые черные волосы касались лба, он с легкостью привычно проводил по ним рукой, отчего челка мягко падала назад, обнажая глубокие черные глаза.