— А-а!.. Ты уже сто раз говорила, что найдешь эти противные книги, и ничего не приносишь… У-у, чтобы тебе утонуть в каком-нибудь болоте!
— И это ты говоришь мне, своей мамочке? — рассердилась Гингема.
— Никакая ты мне не мать, а-а-а!.. Ты — противная, уродливая колдунья, и пещера твоя противная, и змеи твои противные… А-а-а!..
— Поплачь, поплачь, — усмехнулась Гингема. — А когда надоест, прибери в пещере, перебери мышей и почисти котел. Чую, что вернусь на этот раз не с пустыми руками!
![Дочь Гингемы (иллюстр. М. Мисуно) - i_018.jpg](https://all-library.ru/pic/9/5/2/8/4/95284/1333246353/i_018.jpg)
Колдунья села на помело и взмыла в небо. Корина проводила ее злым взглядом.
— Ну ладно, вздорная старуха, — прошептала она. — Когда-нибудь мы еще посчитаемся… А сейчас я уйду. Ни дня больше не останусь в этом противном месте!
Корина вошла в пещеру. Вместо уборки она опрокинула котел с варевом из лягушек и змей, разбросала горшки, сбросила со стен связки сушеных мышей, выбросила из ящиков колдовские травы и коренья. Она перевернула все, ища магическую книгу Гингемы, и все же не нашла ее.
![Дочь Гингемы (иллюстр. М. Мисуно) - i_019.jpg](https://all-library.ru/pic/9/5/2/8/4/95284/1333246358/i_019.jpg)
— Нарк, мы уходим, — раздраженно сказала Корина. — В этой грязной норе и взять-то нечего!
Железнозубый заколебался. Он обожал свою маленькую хозяйку, но побаивался гнева колдуньи.
— Куда же мы направимся? — с сомнением спросил он. — От Гингемы разве спрячешься?
— Мы пойдем в Фиолетовую страну, — заявила Корина, складывая в котомку еду. — Там нас Гингема искать не будет. Она знает, что Бастинда каждый день оглядывает границы своих владений и никогда не допустит туда ни одну волшебницу. Мамочка до дрожи боится Летучих Обезьян, и потому… Ой, прости, Нарк!
Волк вздрогнул при одном упоминании о Летучих Обезьянах. Тогда Корина обхватила его большую серую голову и ласково погладила крутой лоб.
— Не бойся, я не дам тебя в обиду, — твердо сказала она. — Как-никак, я умею немного колдовать. Дай срок, я подучусь, и тогда мы возьмемся за Бастинду. Поверь моему слову, когда-нибудь я буду жить во дворце и повелевать всей Волшебной страной!
Нарк не стал спорить. Ему самому давно надоело жить в пещере. Он тосковал о глухомани, в которой вырос, о своих друзьях по стае. Быть может, Бастинда оставила их в покое, и он, Нарк, сможет вновь стать вожаком железнозубых?
— Садись на меня, хозяйка, — сказал он, сверкая глазами. — Я знаю тайные тропы в Фиолетовую страну — даже Гингема нас не найдет!
Через несколько дней колдунья опустилась перед входом в пещеру. На ее плече сидел ворон, которого она встретила в лесу. Птица оказалась на редкость разумной. Это она посоветовала колдунье порыться в гнездах старых филинов, некогда живших в дуплах трех могучих сосен, что росли рядом с Кругосветными горами. Поговаривали, что один из этих филинов побывал когда-то в замке Торна.
Гингема так и сделала. На своем помеле она взмыла вверх и долго рылась в дуплах сосен. Ворон Арок не обманул ее — в одном гнезде колдунья нашла магическую книгу Торна! А в ней было то, что старуха искала давным-давно: заклинание, вызывающее могучий, на весь мир, ураган.
Долго среди сосен раздавался хохот Гингемы. Все, скоро настанет конец ненавистным людишкам из Большого мира! Она отомстит им за все прежние унижения! А затем настанет черед разделаться с этими тремя нахальными соседками-волшебницами.
В другом дупле Гингема обнаружила еще одну драгоценную находку — серебряные башмачки. В книге Торна говорилось, что они могут перенести кого угодно в любой уголок земли. Колдунья очень обрадовалась. «Хи-хи, хороший подарок я принесу дочке», — захихикала она.
Но, вернувшись, Гингема не нашла ни девочку, ни Нарка. В пещере все было перевернуто, а Корины и след простыл.
— Сбежала! — заверещала Гингема, потрясая костлявыми кулаками. — Ну, я ей покажу!
Ворон Арок уселся на сухом корне, торчащем из стены пещеры, и спокойно заметил:
— К чему кипятиться, хозяйка? А что, если они в Фиолетовой стране? Ведь Нарк из тех мест. А с Бастиндой шутки плохи!
Гингема разом остыла, вспомнив о свирепых Летучих Обезьянах.
— Ладно, — проворчала она. — Никуда Корина от меня не денется. Пусть поживет среди Мигунов. Они — народ работящий, лентяев не любят.
— А еще твоя дочка могла попасть в лапы Великому и Ужасному Гудвину, — прокаркал ворон.
Гингема насторожилась.
— Это кто еще такой? — подозрительно спросила она.
Ворон вытаращил на нее круглые, немигающие глаза.
— Ты не знаешь о Гудвине, Великом и Ужасном? Это же могучий волшебник! Пять лет назад он появился в Зеленой стране. Все птицы только о нем и говорят.
— Делать мне нечего — слушать болтовню птиц, — проворчала Гингема, а сама подумала:
«Только этого мне не хватало! Мало было Бастинды, Виллины и Стеллы, а тут еще один волшебник объявился!»
— И что же он может, этот твой Гудвин? — с интересом спросила Гингема.
— О-о, Великий и Ужасный может все! — торжественно воскликнул ворон. — Он прилетел в Зеленую страну на чудесном шаре, объявил себя правителем и стал строить большой город. Сейчас он уже почти закончен. Сороки болтают, будто Гудвин хочет украсить его огромными изумрудами. А затем он вроде собирается завоевать все остальные страны. Он может превращаться в шестилапого зверя, огненный шар, русалку…
— Замолчи! — злобно топнула ногой Гингема. — Чтобы я больше ни слова не слышала об этом Гудвине! Знаю я вас, пустоголовых птиц: ничего, кроме вранья да глупостей, от вас не услышишь.
Ворон испуганно замолчал.
А встревоженная Гингема занялась подготовкой могучего, всесокрушающего урагана. Помимо заклинания Торна, для этого колдовства нужно было особое зелье из тысячи змей, мышей, ужей, жаб и пауков. Того, что приносили Жевуны, не хватало. И Гингема решила увеличить дань.
О неблагодарной Корине злая чародейка старалась не вспоминать.
Глава четвертая
БЕГСТВО
Целую неделю Корина пробиралась в Фиолетовую страну. Нарк шел тайными тропами, обходя стороной деревни Жевунов. Несколько раз им пришлось идти через болота и даже ночевать на островках среди буро-зеленых трясин. На одном островке они наткнулись на каменного, замшелого идола. От его оскаленной улыбки девочке стало не по себе, и она впервые пожалела, что покинула пещеру Гингемы. Хоть колдунья и порядком ей надоела, однако со старухой было безопасно и не приходилось заботиться о пропитании.