– Как?!

– Видишь ли, оборотни бывают разными. Они не похожи на вампиров. Вампиры могут выпить немного крови у человека и остановиться, не причинив ему большого вреда. Оборотни же, охотясь, всегда убивают, потому что им нужно есть.

Мэри-Линетт с ужасом смотрела на нее, но Ровена как ни в чем не бывало продолжала:

– Иногда они съедают животное целиком, но вообще всегда поедают внутренние органы – сердце и печень. Им это необходимо – так же, как вампирам необходима кровь.

– И это значит...

– Что он не убивал тетю Опал. И козу. Ведь они остались целыми. – Ровена вздохнула. – Понимаешь, оборотни и вампиры традиционно ненавидят друг друга. Они – вечные соперники, и ламии считают оборотней... ну, в общем, существами низшего сорта. Но на самом деле среди них есть много достойных, таких, которые убивают только для того, чтобы есть.

– Какой ужас... – прошептала Мэри-Линетт. Прибавило ли ей счастья то, что она узнала все это? – Выходит, что парень, которого я считала хорошим, просто должен периодически есть как можно больше парной печени.

– Мэри-Линетт, ты не должна его осуждать. Как же тебе это объяснить? Ну, примерно так: оборотни – это не люди, которые иногда превращаются в волков. Это волки, которые иногда выглядят как люди.

– Но все же они убивают.

– Да, но только животных. Закон в этом отношении очень строг. Иначе люди тут же обо всем догадаются. Вампиры умеют скрывать свою работу, маскировать ее, представляя все так, будто жертве кто-то перерезал горло. Но когда убивает оборотень, это сразу видно.

– Так-так. Замечательно.

«Наверное, меня это должно было успокоить и обрадовать, – подумала Мэри-Линетт. – Но как я могла так слепо доверять человеку, который на самом деле волк? Им можно восхищаться, как восхищаются хитрым и красивым хищником, но доверять ему... нет!»

– Сейчас, когда мы вернемся, у нас могут возникнуть трудности, – предупредила Ровена. – Если Джереми поймет, что ты по кольцу узнала, кто он, он может догадаться, что мы рассказали тебе о... ну, ты понимаешь... – Она огляделась вокруг и понизила голос: – О Царстве Ночи.

– О боже...

– А это означает, что он будет обязан всех нас выдать. Или убить сам.

– Господи!

– Но я думаю, он этого не сделает. Ты ему нравишься, Мэри-Линетт. Очень. Вряд ли он сможет причинить тебе зло.

Мэри-Линетт почувствовала, как краснеет.

– Но тогда неприятности могут быть у него?

– Могут, если об этом узнает кто-нибудь еще. Давай-ка лучше вернемся и посмотрим, как там все. Может, он ни о чем не догадался. Может, Кестрель и Эшу удалось сбить его с толку.

ГЛАВА 14

Они быстро шли назад к заправочной станции, почти касаясь друг друга плечами. Близость Ровены, ее уравновешенность успокаивали Мэри-Линетт. Прежде у нее никогда не было подруги, с которой она была бы совершенно на равных, которая с одинаковой легкостью могла как заботиться о людях, так и принимать от них помощь.

Добравшись до бензоколонки, они увидели, что все столпились вокруг автомобиля Мэри-Линетт. Подняв капот, Джереми возился с мотором. Сзади, держась за руки, стояли Марк и Джейд, но Тигги нигде не было видно. Кестрель прислонилась к бензоколонке, а Эш что-то рассказывал Джереми.

– ...В общем, оборотень входит в кабинет второго врача и говорит: «Док, кажется, у меня бешенство. А доктор ему...»

«Ничего себе заливает», – подумала Мэри-Линетт. Закрыв глаза и втянув голову в плечи, Ровена остановила его:

– Эш, это вовсе не смешно.

А затем, открыв глаза, обратилась к Джереми:

– Извини. Он не подумал, прежде чем сказать.

– Он подумал, но это неважно. Я слыхивал и похуже. – Джереми опять склонился над мотором. Затем аккуратно закрутил крышку бензобака и взглянул на Мэри-Линетт.

Она не знала, что и сказать. Какие тут могут быть приличия, если ты только что обнаружил, что человек, стоящий рядом с тобой, – оборотень и что долг велит ему тебя съесть?

Ее глаза наполнились слезами. Сегодня она вообще не могла держать себя в руках.

Джереми глядел вдаль. Он медленно покачал головой, с горечью сжав губы.

– Так я и думал. Я знал, что ты так прореагируешь. Иначе я бы сам сказал тебе об этом давным-давно.

– Ты бы сказал? – у Мэри-Линетт мгновенно высохли слезы. – Но... тогда у тебя могли быть неприятности. Ведь так?

Джереми слегка улыбнулся.

– Ну, мы здесь не так уж рьяно защищаем законы Царства Ночи.

Он произнес это совершенно обыденно. Эш и сестры машинально огляделись вокруг.

– Кто это мы? – спросила Мэри-Линетт.

– Моя семья. Сначала мы поселились здесь, потому что место это было заброшенное, такое, где мы никого не беспокоили бы и где никто не беспокоил бы нас. Теперь семьи уже нет. Остался только я.

В его словах не чувствовалось никакой жалости к себе, но Мэри-Линетт придвинулась ближе.

– Мне жаль...

Джейд придвинулась к Джереми с другой стороны, широко раскрыв серебристо-зеленые глаза.

– Но и мы пришли сюда по той же причине! Чтобы никто нас не беспокоил. Мы тоже не любим Царство Ночи.

Джереми еще раз слегка улыбнулся – одними глазами.

– Я знаю, – сказал он Джейд. – Вы родственники миссис Бердок, да?

– Она была нашей тетей, – ответила Кестрель, не спуская с Джереми немигающего взгляда золотистых глаз.

Выражение его лица чуть изменилось. Обернувшись, он в упор взглянул на Кестрель:

– Была?

– Да, она наткнулась на небольшую случайность в виде кола, – сказал Эш. – Забавно... Случается же такое.

Джереми снова изменился в лице. Будто ища опору, он прислонился к автомобилю.

– Кто это сделал? – Он бросил взгляд на Эша, и Мэри-Линетт увидела, как блеснули его зубы. – Погоди... ты думаешь, что это сделал я. Да?

– Эта мысль приходила нам в голову, – сказал Эш. – И похоже, она там прочно застряла. И все ходит и ходит, взад-вперед, взад-вперед. Наверное, пора нам соорудить там подземный переход.

– Заткнись, Эш! – разозлилась Мэри-Линетт.

– Значит, ты говоришь, что не делал этого, – сказал Марк, и одновременно с этим прозвучали слова Ровены:

– На самом деле Кестрель считает, что это был охотник на вампиров.

Она произнесла это тихо, но все еще раз оглянулись. Улица была по-прежнему пустынной.

– Здесь нет охотников на вампиров, – уверенно заявил Джереми.

– Значит, здесь есть вампир, – взволнованно прошептала Джейд. – Он должен здесь быть, судя по тому, как была убита тетя Опал. И коза.

– Коза?.. Ну, это уж слишком. С меня хватит. – Джереми захлопнул капот автомобиля и сказал Мэри-Линетт: – Все нормально. Просто иногда нужно менять масло. – А затем обернулся к Ровене:

– Мне жаль вашу тетю. Но если здесь и есть вампир, то он прячется. Очень хорошо прячется. Так же, как если б он был охотником на вампиров.

– Мы уже поняли это, – сказала Кестрель. Мэри-Линетт ожидала, что Эш поддержит разговор, но тот явно не собирался вступать в беседу. Засунув руки в карманы, погруженный в свои мысли, он пристально глядел на другую сторону улицы.

– Ты не знаешь ничего, что могло бы дать хоть какую-то подсказку? – обратилась Мэри-Линетт к Джереми. – Мы собирались осмотреть город.

Он встретил ее взгляд, не отводя глаз.

– Если бы я знал, я бы сказал тебе. – Джереми произнес это с едва заметным ударением на последнем слове. – Я помогу тебе, если смогу.

– Ну, тогда давай прокатимся. Можешь высунуть свою башку из окна, разрешаю, – сказал Эш, очнувшись.

Это было уж слишком. Мэри-Линетт шагнула к Эшу и, схватив его за руку, оглянулась на остальных.

– Извините нас.

Она дернула его за руку и потащила за бензоколонку.

– Ты, чучело!

– Но послушай...

– Заткнись! – Она ткнула пальцем ему в грудь. И неважно, что прикосновение к нему снова вызвало электрический разряд, – одной причиной больше, чтобы захотеть его убить. Продолжая кричать сквозь окутавшую ее розовую дымку, Мэри-Линетт вдруг подумала, что этот туман похож на облако гнева. – Ты хочешь быть в центре всех событий? Быть в центре внимания, выглядеть остроумным и всем затыкать рот?